Крутой и два баклана - Максим Шахов

Дверь в правом крыле банка распахнулась, и на пороге возник тот самый инкассатор. Он был один, и Андрей тут же напрягся.

На этот раз инкассатор не стал задерживаться и сразу сбежал по ступеням, скрывшись за микроавтобусом, но инкассаторскую сумку в его руке Воробей успел заметить и даже неплохо рассмотреть.

Сто тысяч долларов – бешеные, по его понятиям, деньги – занимали до смешного мало места. Сумка была свернута втрое или даже вчетверо, так что размерами соответствовала большой книге или какому-нибудь фотоальбому.

Неизвестно почему, но это показалось Андрею хорошим знаком. Он взволнованно проглотил комок и приготовился к броску. Счет пошел уже на секунды. Оставалось только немного выждать, затем вырубить водителя с инкассатором, прихватить сумку-фотоальбом и перескочить через забор, где его поджидал на тачке Володька.

Пантелей рассчитал все буквально по секундам, и Андрей не сомневался, что теперь все пойдет как по маслу в соответствии с планом. И так оно и пошло, во всяком случае поначалу.

– Эй, Петруччо! – постучал по микроавтобусу инкассатор. – Открывай свою «душегубку»!

Голос инкассатора показался Андрею каким-то хриплым, что, учитывая похмелье, было в общем-то объяснимо. Теперь дело было только за водителем.

Покосившись в боковое зеркало, водитель приоткрыл дверцу и выглянул наружу.

– Какого хрена? А Витек где?

– Поскакал премию получать. Пархомов только что ведомость в кассу отнес, на лестнице встретили…

– Задрал этот Витек! – сплюнул водитель. – Каждый раз одно и то же! А мы что, рыжие? У меня тоже деньги кончились, на «Приму» еле наскреб.

– А я при чем? – бросил инкассатор. – Открой мне «душегубку» и иди получай!

– Ага, получай! – снова сплюнул водитель. – Пархомов застукает, мигом с работы вылетишь! Витек твой тоже когда-нибудь доиграется.

– Да не мой он! – нервно вырвалось у инкассатора. – Ты открываешь или нет?

– Иду, – пробурчал водитель, поворачиваясь, чтобы вытащить из замка зажигания ключ.

Двигатель он оставил работать. Чувствовалось, что ему до чертиков обидно, что хитрозадый Витек сейчас получает премию, а ему, Петрухе, приходится за этого чертового Витька отпирать дверь, а потом еще и давиться дешевой «Примой» до понедельника, когда он сам сможет получить свои деньги.

За время этих бессмысленных препирательств Андрей взмок окончательно и решил, что врежет Петрухе от души – не только чтобы отключить, но и в счет морального ущерба. Петруха наконец выпрыгнул из машины и, размахивая связкой ключей с брелоком, пошел открывать дверь.

Инкассатор подался за микроавтобус, освобождая ему проход. Андрей приготовился. Едва сутулая спина Петрухи исчезла за машиной, он бесшумно стартовал из-за угла и в несколько прыжков достиг микроавтобуса.

Прижавшись спиной к радиаторной решетке, Воробей перевел дух и подался к левой фаре. Самое трудное осталось позади, теперь главное было расслышать шаги водителя и выскочить до того, как он откроет дверцу.

Вырубить Петруху можно было и шарахнув его дверцей, но в этом случае инкассатор мог услышать подозрительный шум и насторожиться.

Андрей замер, стараясь не пропустить ни единого звука. Радиаторная решетка за его спиной легонько подрагивала, мотор негромко урчал, но слышимость была неплохой.

Голоса и звуки отдавались во дворике эхом, так что Воробей прекрасно ориентировался в происходящем. Сперва приглушенно щелкнул замок, потом с легким скрипом открылась дверь, микроавтобус при этом слегка вздрогнул.

– Пожалуйста! – едко проговорил водитель, вытащив ключ. – Милости просим! Больше нечего делать, как бегать вам открывать двери.

– Спасибо, Петруха! – сказал инкассатор, хлопнув водителя по плечу. – Это ж не я. Стребуй с Витька бутылку!

– Ага, с вас стребуешь, – вздохнул Петруха и двинулся обратно.

Было слышно, как он, слегка шаркая ногами, повернул и направился к кабине. Андрей подался к самому крылу, приготовился и внезапно уловил сзади какое-то движение…