Медуза - Пол Кемпрекос

И снова Остин, стиснув зубы, смотрел, как трос выходит из океана без груза, погружаемый аппарат пропал. Он выругался, как матрос, – и позвонил на мостик.

– Трос ДУА перерезан так же, как у батисферы, – сказал Остин. – Похоже, кто-то поработал секатором.

– Но это безумие! – закричал капитан Гэннон. Успокоившись, он спросил: – Отправить вниз другой ДУА?

– Пока подождите, – ответил Остин. – Мне нужно подумать.

Он уставился на волнующуюся сапфирную поверхность моря. Постарался забыть о двух людях, запертых в стальном шаре на глубине, в полумиле под корпусом судна, и сосредоточился на технической проблеме подъема батисферы. Его острый ум начал конструировать план спасения и подбирать необходимое оборудование.

Вскоре он снова позвонил капитану.

– У меня есть идея, но понадобится ваша помощь.

– Скажите, что вам нужно, и оно ваше, Курт.

– Спасибо, капитан. Встретимся в мастерской.

Мастерская «Биба», расположенная под главной палубой, была жизненно важной частью операций судна. Исследовательское судно – это, в сущности, платформа, которая позволяет ученым спускать под воду инструменты и погружаемые аппараты. Мощные силы океана постоянно бьют по судну. Мастерская позволяла «Бибу» продолжать работу, хотя в ее штат входило всего три человека во главе со старшим механиком. Зато здесь были самые разнообразные инструменты, способные резать, шлифовать, поворачивать, формовать, фрезеровать и штамповать.

В мастерской постоянно шла работа, связанная с обслуживанием спуска батискафа. Директор проекта, Остин поддерживал тесную профессиональную связь со старшим механиком, коренастым, похожим на тролля мужчиной по имени Хэнк, который обычно встречал его заказы словами: «Недурно для правительственной работы».

Хэнк, должно быть, уже слышал, что произошло с Б-3, потому что встретил Остина с серьезным лицом.

– Чем могу помочь, Курт?

Остин развернул схему Б-3 и расстелил ее на столе. Показал на шарнир в форме подковы, которым трос присоединялся к батисфере.

– Мне нужно подхватить батисферу вот здесь. – Остин нарисовал на тросе крюк и показал Хэнку. – Можете сделать меньше чем за час?

– Сорок пять минут самое большое, – ответил Хэнк. – Я сращу трос с крюком. Но, честно говоря, сомневаюсь, что он выдержит все полмили подъема на поверхность.

– Мне нужны только первые пять или десять футов, – сказал Остин. – Как только Б-3 освободится от ила, он сможет включить систему всплытия.

– Подцепить крюком шарнир на такой глубине будет трудно, – сказал Гэннон. – Расстояние между шарниром и верхом батисферы – всего несколько дюймов. – Он поднял большой и указательный пальцы. – Все равно что пытаться подхватить с вертолета такую вот штукенцию на высоте в полмили. По-моему, это почти невозможно.

– Не согласен, – запротестовал Остин. – Это абсолютно невозможно. Поэтому я и не собираюсь делать это с поверхности.

– Но как тогда… – На лице капитана появилось задумчивое выражение. – «Бабблз»?

– А почему бы и нет? Он прошел испытания на глубине пять тысяч футов.

– Но…

– Поговорим об этом в станции управления, – сказал Остин.

Подвижная станция управления, длиной двадцать футов, выполненная в форме нормобарического скафандра, стояла рядом с судовым гаражом, где хранились погружаемые аппараты и прочее глубоководное «железо». В нем была консоль, отделенная от управления погружаемыми аппаратами, и мастерская, где хранился «Бабблз».

Остин и Гэннон стояли перед макетом человеческой фигуры с раздутыми конечностями, напоминающим мишленовского человечка. Прозрачный купол, венчавший конструкцию, походил на пузырь из жвачки.

Технически «Бабблз» назывался «скафандром, оснащенным системой для проведения водолазных работ с подачей воздуха с поверхности», но его считали антропоморфной подводной лодкой. С помощью этого аппарата можно было погружаться на большие глубины, не беспокоясь о смертоносном давлении и не нуждаясь в декомпенсации. Громоздкая система жизнеобеспечения, расположенная на спине алюминиевого корпуса, обеспечивала потребности пилота в течение шести-восьми часов, а в случае необходимости даже дольше.

Экспериментальный скафандр «Бабблз» был собственностью военно-морского флота США. Его предшественник, скафандр «Хардсьют-2000», был разработан для операций по спасению экипажей подводных лодок. Исследовательское судно просто перевозило его и после погружения Б-3 должно было передать военному кораблю возле Бермуд.

Гэннон стоял подбоченясь и энергично качал головой.

– Я не могу разрешить это, Курт, – говорил капитан. – «Бабблз» – прототип. Он еще не испытан в полевых условиях. Насколько я знаю, в последний раз его испытывали на глубине две с половиной тысячи футов.

– Джо подтвердит, что любой инженер, достойный своего звания, закладывает в свои разработки многократный запас прочности, – сказал Остин. – «Хардсьют-2000» на контрольных испытаниях погружался на три тысячи футов.

– Это были контрольные испытания, а не оперативные погружения. И это факт.