Африканский ритуал - Александр Тамоников

— Только их тоже придется снимать с карты.

— Кстати, насчет карты. Я снял сто пятьдесят тысяч, остаток — триста пятьдесят. За сто тысяч купил нож, а вот, — достал Фокс из кейса пять пачек стодолларовых купюр, — оставшиеся пятьдесят тысяч.

Одну пачку Джамар вернул ему и неожиданно произнес:

— Извини, Фокс, это, конечно, не мое дело, но хочется спросить.

— Спрашивай.

— У тебя семья в другом месте проживает?

— Да, — грустно улыбнулся Кетулу. — И это не дворец, не дом, не трущобы, это — рай.

— Не понял.

— Отвечаю. Моя жена с сыном поехали к ее родителям, взяли с собой подарки, я только что купил сыну машину. Сгоревший ее остов и обезображенные трупы жены и сына полиция нашла в десяти километрах от Банги. Их убили, господин Джамар.

— Извини еще раз и прими мои самые искренние соболезнования.

— Благодарю.

— И ты не пытался найти убийц?

— Пытался, нанимал частных агентов, платил полиции. В ответ получил объяснение, что это сделала банда радикальной группировки. К сожалению, Умар, если позволишь так называть тебя, это здесь в порядке вещей!

— Конечно, называй по имени и на «ты». Еще раз соболезную. Да успокоит Всевышний души невинно убиенных.

Они провели ладонями по лицам, прошептав короткую молитву.

После чего Джамар спросил:

— А где Амос? Что-то я не вижу его.

— Он отгоняет машину к своему дому, там за ней присмотрит его брат, а потом пойдет на рынок, купит продукты и займется приготовлением обеда. А что, он нужен тебе?

— Да нет, в общем, просто спросил.

— Понятно. Готовьтесь. Обед после интервью. Я сам встречу господина Пауни, приведу в дом, познакомлю с вами. Ну, а далее — ваша работа.

— Еще раз большое спасибо.

— И тебе, Умар, спасибо. Знаешь, мне приходилось встречать много иностранцев из Европы, США, Канады, работать с ними, но никто из них не интересовался, почему я живу один. Они не обратили на это никакого внимания. Ты обратил. Вы, русские, я имею в виду россияне, потому что Россия — это земля многих национальностей и народов, совершенно другие, человечнее, что ли. Спасибо.

— Да что ты, Фокс, не за что. Пошел я.

— Ступай!

Джамар поднял коллег, объявил о предстоящем интервью, журналисты начали подготовку. Здесь потребовалась помощь хозяина дома. Для того чтобы усилить освещение, нужны были экраны. Их роль могли сыграть простыни и более мощные электрические лампы. Кетулу позвонил помощнику, велел ему купить лампы нужной мощности, дополнительные светильники.

Рогуену вновь пришлось ехать по магазинам. С заданием он справился в течение часа и привез кучу светильников, ламп. Раденко соорудил экран, выбрал место у окна, где посадить интервьюируемого. Кетулу заменил занавески на тюль и красно-зеленого цвета шторы. Помощник привез и кресло. К 12:00 все было готово.

Через десять минут в дом вошли Кетулу и неизвестный мужчина, одетый в обычный костюм безо всяких наворотов. Внешне и не подумаешь, что это ближайший к главе государства человек. Впрочем, так помощник президента оделся специально.

Войдя в комнату, он осмотрел всех, взглянул на Кетулу.

— Господа, — произнес Фокс, — перед вами помощник президента республики Алиф Пауни, а это, — указал он на журналистов, — съемочная группа из России, корреспондент Умар Джамар, режиссер Алексей Растанов, оператор Аркадий Раденко.

Чиновник кивнул, прошел к окну и, сев в кресло, сказал:

— Прошу показать мне список вопросов, на которые вы хотели бы получить ответы.

Джамар передал подготовленный список.

Пауни прочитал, достал ручку «Паркер», вычеркнул несколько пунктов и, вернув список, произнес:

— У нас, господа, на интервью ровно один час. Если готовы, можем начинать.

— Да, господин Пауни.

— Одно условие, господин Джамар.

— Слушаю!

— Видео не должно разойтись по африканским СМИ. Подчеркиваю, во всей Африке, а не только Центральной. Не советую нарушать данное условие, последствия для вас в случае нарушения будут очень серьезными. Это понятно?

— Да, господин Пауни. Обещаю, запись не будет передана в СМИ Африканского континента.

— Начинайте. Я готов.

Джамар начал задавать вопросы, Раденко снимать, Растанов смотрел за съемкой, увеличивая и уменьшая звук, направляя свет и микрофон так, чтобы запись получалась качественной.

Алиф Пауни отвечал спокойно и обстоятельно. Но ничего нового, чего бы не знали журналисты, он не говорил. Да, в республике идет гражданская война, да, иногда столкновения противоборствующих сторон заканчиваются массовыми жертвами, да, частные военные компании помогают обеим сторонам, но это все процессы временные. В таком состоянии страна живет уже десятилетия. Президент, правительство и армия ЦАР совместно с миротворцами из разных стран, в том числе и с российскими советниками, в состоянии прекратить междоусобицу. Предпринимаются дипломатические усилия в ООН. Руководство страны не сомневается, что все экстремистские группировки, в конце концов, будут подавлены, на многострадальной земле наступит мир. В качестве примера он привел Сирию, где медленно, с издержками, противоречиями в стане союзников, различиями в отношениях к президенту Асаду, ситуация постепенно нормализуется. На вопрос Джамара, не планирует ли правительство республики обратиться напрямую к какой-либо стране, например, к России, с просьбой оказать помощь в установлении мира, Пауни ответил:

— В этом пока нет необходимости. Для наведения порядка и нормализации жизни в стране вполне достаточно правительственных войск и миротворческих подразделений, а также той гуманитарной помощи, которую оказывают соседние африканские страны.

Впрочем, для Джамара главное было не то, что говорит чиновник, а то, что группа берет интервью у ближайшего к президенту помощника, лица во властной иерархии достаточно влиятельного. Посему он не настаивал на обсуждении вопросов, вычеркнутых Алифом Пауни.

Час пролетел незаметно. Группа уложилась в уговоренное время.

В 13:00 оператор Раденко отключил профессиональную камеру, незаметно включив скрытую, о чем сигнализировал Джамару.

Растанов отключил звук, свет.

Пауни поднялся. Снял микрофон, оставил его в кресле.

— Это все, господа. Надеюсь, вы узнали мнение правительства и президента о ситуации в государстве и усилиях по ее нормализации.

— Да, господин Пауни. Нас все устраивает, но сейчас, когда камера выключена, не работает микрофон, может быть, вы ответите всего на один вопрос, который вы вычеркнули из списка?

— Учитывая то, какой подарок вы мне сделали, я согласен, — усмехнулся Пауни. — Что за вопрос вас интересует?