Африканский ритуал - Александр Тамоников

— Западные СМИ утверждают, что несметные богатства республики, в первую очередь золотые прииски, месторождения алмазов, нефти, находятся под контролем экстремистских группировок и, по сути, разбазариваются без какого-либо участия государства, но… с участием некоторых высокопоставленных правительственных и армейских чиновников…

— Как говорится, без протокола, скажу, известные СМИ, как всегда, утрируют ситуацию, но случаи захвата месторождений, в том числе с участием чиновников, имена которых я вам не назову, имеют место быть. Мы смогли уличить в захвате золотого прииска и организации контрабандной продажи золота двух министров. Их имена по понятным причинам я называть тоже не буду. Они расстреляны. Мы ведем борьбу с крупными контрабандистами, к сожалению, не столь эффективную, на которую рассчитывали, но ведем.

— А если…

Пауни поднял руку, не дав договорить:

— Все, господин Джамар, я вижу, вы профессионал, пытаетесь заполучить информацию, дискредитирующую действующую власть. Больше ни на какие вопросы отвечать не буду. На прощание хочу посоветовать, не лезьте в дела правительства и армии. Это для вас закончится плохо.

— Вы нам угрожаете?

— Ну что вы, я даю совет. К моим советам прислушивается президент, и он до сих пор занимает свой пост. Прислушайтесь и вы. Ну, а если поступите иначе, извините, пеняйте на себя. Благодарю за подарок. Я давно присматривался к этому кинжалу, но даже для меня торговец установил слишком высокую цену.

— Так забрали бы его силой. Уверен, торгаш в полицию не побежал бы, — собирая камеру, заметил Раденко.

— А вот этого я от вас не ожидал, — повысил голос Пауни. — Я не мародер, а человек аппарата президента и соблюдаю законы страны. Прощайте, господа! А ты, Кетулу, больше не приходи просить встречи с кем-либо. Достаточно этой!

— Конечно, господин Пауни, я все понял, — поклонился Кетулу.

— Проводи!

— Да, господин Пауни.

Хозяин дома проводил помощника президента до калитки. Там чиновник уперся пальцем ему в грудь:

— Ты хорошо понял меня, Фокс?

— Насчет встреч? О да, господин. Мне не беспокоить вас и в том случае, если кто-то привезет в подарок дорогой кинжал или саблю?

— А ты знаешь, на что надавить, — рассмеялся Пауни. — Будет у твоих гостей то, что может заинтересовать меня, позвони, запомни прямой номер.

— Я забью его в телефон.

— Нет. Запомни. И после того, как позвонишь, ты должен удалить его. Никаких следов, Фокс, никаких!

— Понял, господин Пауни. Мне проводить вас до дворца?

— Это лишнее.

— До свидания!

— Удачи!

Пауни быстро направился к зданию резиденции президента. Кетулу видел, как со всех сторон в том же направлении двинулись молодые, крепкие охранники в белых костюмах. Любили здесь белый цвет.

Пока хозяин дома отсутствовал, Джамар спросил у Раденко:

— Все нормально, Аркадий?

— Да. Я еще записал и то, что говорил этот чиновник после интервью.

— Я понял это. Хорошо.

Он повернулся к Растанову:

— Запись качественная?

— Вполне. Немного подработаю, и можно пускать в эфир.

— Не для того снимали.

— Ну, тогда Хондарский должен быть доволен. Но, думаю, только фактом интервью, то, что говорил Пауни, вряд ли вызовет у олигарха интерес.

— Это была прелюдия. Мы должны были зафиксировать точку зрения официальных лиц, и мы это сделали.

— Что дальше?

— Это будет зависеть от Кетулу, я бы не против уже сегодня отправиться в район, контролируемый группировкой «Коалиция» или ее противниками. Но без нашего африканского друга невозможно что-либо планировать, дождемся его.

— После обеда, Умар, только после обеда, — хмыкнул Раденко.

— Само собой!

Когда Кетулу вернулся в дом, Джамар спросил у него:

— Ну, что, Фокс, Пауни как-нибудь прокомментировал интервью?

— Мне показалось, что он недоволен. Но подарок сделал свое дело. Стоило перевести разговор на оружие, он сразу же помягчел. А вы получили, что хотели?

— Да. Хотя ничего нового не услышали, но мы и не рассчитывали, что помощник президента будет предельно откровенным и выдаст в камеру реальное состояние дел. Для начала неплохо. Но надо продолжать. Как насчет встречи с представителями «Коалиции» или «Антибалаки» либо с главарем какой-нибудь третьей силы, можно с каким-нибудь влиятельным армейским чином?

— Сегодня ничего не получится. Завтра займусь «Селекой» или «Коалицией». И пожалуйста, не переоценивайте мои возможности. А сейчас, господа, обед?

На следующий день с утра Фокс Кетулу куда-то уехал с Амосом Рогуеном. Когда российские журналисты проснулись, они увидели накрытые скатертью блюда к завтраку. Это значило, что хозяин дома с помощником отъехали не на час и не на два.

Позавтракав, Раденко и Растанов занялись монтажом материала. Это отняло около часа, после чего он был отправлен в Лондон.

В 10:30 Джамар устроился на топчане. С ним был спутниковый телефон. Включив его, он набрал номер Хондарского. Тот ответил сразу. В Лондоне было примерно столько же времени:

— Да?!

— Это Умар Джамар, доброго дня, Михаил Владимирович!

— Здравствуй, Умар!

— Мы отправили вам первый материал.

— Да, я получил и только что ознакомился с ним. Вы справились с частью задания, Умар. Интервью с помощником президента страны, который, по сути, и решает главные вопросы государственного управления, что будет отмечено в фильме, создаст благоприятный фон. Тем интереснее будет позже зрителю узнать, что господин Алиф Пауни банально врал и является таким же взяточником, как и его высокопоставленные коллеги. Кинжал за сто тысяч долларов в обмен на информацию иначе как взяткой назвать нельзя. Хорошее начало, Умар, и сделано все профессионально, только я одного не могу понять, почему Пауни вдруг разоткровенничался после официального интервью?

— А он не знал, что его записывают и снимают, — ответил Джамар.

— Пауни не видел, что камера включена?

— Михаил Владимирович, у вас есть свои методы политической деятельности, у нас свои.

— Я начинаю понимать, вы использовали скрытую камеру.

— Заметьте, я этого не говорил.

— Конечно, конечно. Вы имеете задание, и как выполнить его на месте, решать только вам. Первый материал мне понравился.

— Сейчас наш друг Фокс Кетулу должен заниматься организацией встречи с кем-нибудь из «Селеки», или «Антибалаки», или любой другой запрещенной группировки. Таким образом, мы покажем из интервью с лидерами противоборствующих сторон или их представителями, насколько противоречива ситуация в стране и насколько глубоко развился конфликт. Что движет группировками в их стремлении захватить власть, какова степень участия в этой борьбе частных военных компаний.