Якудза из клана Кимура-кай - Геннадий Борчанинов

— Нужно разгромить одно заведение, — прямо и без экивоков сказал Такуя. — Массажный салон, на деле — подпольный бордель. Принадлежит Кодзиме. Справишься?

— Если позвать ещё кого-нибудь, то справлюсь, — сказал я.

Если бы это было что-то легальное вроде той же лапшичной, как у семьи Ироха, я бы отказался. Но подпольный бордель… Там ведь наверняка и девчонки работают просто за еду, без паспортов и возможности вернуться домой, на родные Филиппины или ещё куда.

— Хочешь — зови, но платим фиксированно. Полмиллиона, дальше делите как хотите, — сказал Такуя.

— Я понимаю, — сказал я. — Что там с охраной?

Якудза отхлебнул пива и закинул в рот обжаренную в кляре креветку.

— Понимаешь, да. Охрана есть, — произнёс он с набитым ртом. — Постоянно там торчат как минимум трое. Выкинуть буйного клиента, может, девку на место поставить. Работают по сменам.

— Откуда-то может подмога прибыть? Если говоришь «постоянно», — спросил я.

— В здании напротив есть идзакая. Там люди Кодзимы бывают, но не регулярно, могут прибежать оттуда, если вдруг поднимется шум, — пояснил Такуя.

— Понял. Срок выполнения?

— Чем раньше — тем лучше. И да, если что-то пойдёт не так, Одзава-кай не при делах, выручать тебя никто не будет, — сказал он. — Оябун и Кодзима — лейтенанты одной семьи, названые братья.

Я понимающе закивал. Обоим придётся соблюдать хотя бы видимость приличий, даже если на улицах будет литься кровь. А кумитё вмешается, только если дела пойдут совсем скверно, и обоим это не понравится.

— Сделаю, — сказал я, и он назвал адрес заведения.

— Знаешь, я даже рад, что тебя отметелили те босодзоку, — ухмыльнулся он. — Иначе мы бы не познакомились.

Лично я предпочёл бы и дальше спокойно существовать в качестве Георгия Сергеевича Каменева. С другой стороны, если кто-то дал мне второй шанс, то глупо будет им не воспользоваться. А то, что вокруг Япония, а не моя родная постсоветская пустошь… С чем-то придётся мириться.

— Как ты вообще стал гокудо? — спросил я.

Такуя пожал плечами, неопределённо поводил загипсованной рукой в воздухе.

— Да я с детства как-то… Знаешь, сражайся с сильными, защищай слабых… Мне это как-то ближе, чем в офисе всяким болванам кланяться, — сказал он. — У меня и вариантов-то других не было.

— Всегда есть варианты, — хмыкнул я.

— Это у вас есть. А у нас, у буракуминов, два пути, либо в якудза, либо хвататься за самые дерьмовые и грязные работы, потому что на другие нас не берут, — сказал он и широко улыбнулся. — Ты не знал, да? Точно вижу, не знал. Что, противно стало?

Я пожал плечами.

— У меня нет предрассудков, — спокойно сказал я. — Я даже хожу в зал для бураку, возле начальной школы Кита-Сэндзю. На кикбоксинг.

— К Хонда-сану? — удивился Такуя. — Он же не берёт учеников.

Я просто развёл руками.

— Утром он выбил из меня всё дерьмо на тренировке, — сказал я. — У него есть, чему поучиться.

— Это точно, — усмехнулся Такуя. — Я вот тоже одно время тренировался. Не там, в другом месте. Приметили, предложили работёнку, проявил себя. Одзава-сан предложил выпить сакэ. Он кого попало не берёт.

Накано Такуя, похоже, искренне гордился своим положением. Хотя ничего удивительного в этом нет, многие в его возрасте ещё только начинают мальчиками на побегушках. А он уже в семье, хоть и на положении самого младшего.

— За самых достойных, — предложил я тост.

— Кампай, — поддержал Такуя.

Выпили бесплатного пива, опустошили тарелку с закусками. Якудза порывался заказать ещё, мол, тут его готовы поить бесплатно, пока он не упадёт, но я напомнил ему, что мы тут не просто так. Что мне, вообще-то, пора. Он ещё раз назвал мне адрес массажного салона Кодзимы, убедился, что я запомнил всё правильно, выдал сто тысяч авансом, а потом мы разошлись, я — на станцию метро, а он скрылся в глубине подворотен Секибары.

Я проехался в поезде метро, поглазев на страшненьких школьниц, вышел на родной станции, продолжая раздумывать, кого позвать на столь ответственное задание. Масахиро — однозначно, хотя бы для того, чтобы стоял на стрёме, но этого будет недостаточно. Мои знакомые чинпира… Сомнительно. Да и делиться заработком с этой шпаной не хотелось, жаба снова протянула свои холодные лапы к моему горлу.

Но и в одиночку идти в такое место будет максимально глупо с моей стороны. Мало того, что там своя собственная охрана, так ещё и подкрепление может прибыть. И даже клиенты в случае заварушки могут встать на сторону охраны, скорее всего, завсегдатаями такого заведения были люди, так или иначе связанные с криминальным миром. Вряд ли приличные люди будут пользоваться услугами подпольного борделя.

Всё ещё пребывая в раздумьях, я добрался до лапшичной Ироха-сана, и в этот раз за стойкой колдовал не мой дружок Масахиро, а его дядя, низенький плешивый мужичок в фартуке и поварском колпаке.

Завидев меня, он бросил все дела и выбежал из-за стойки.

— Кимура-сан! — воскликнул он, низко кланяясь. — Я не знаю, как вас благодарить, Кимура-сан!

Мне даже стало как-то неловко. Ещё и все остальные посетители начали коситься на нас.

— Перестаньте, Ироха-сан, это меньшее, что я мог сделать для вас и вашего племянника, — сказал я, тоже изобразив поклон.

— Нет-нет, Кимура-сан! Вы даже не представляете, как вы нас выручили! — затараторил Ироха Юдзиро. — Если бы не вы…

— Могу только попросить вас больше не играть в маджонг на деньги, — улыбнулся я.

— О, нет, никакого больше маджонга! Никогда в жизни больше не притронусь! — воскликнул он. — Кимура-сан, может быть, лапши? С говядиной, только-только с плиты!

— Нет, Ироха-сан, благодарю вас. Я ищу Масахиро-куна, — сказал я.

— Я отпустил его на выходной, — сказал хозяин лапшичной. — Парнишка работал целыми днями, он заслужил.

— Не знаете, где он? Он мне нужен, — сказал я.

— Нет. Но я передам, что вы его искали, — кивнул Ироха-сан.

— Спасибо, — сказал я.

— Нет, это вам спасибо, Кимура-сан! — воскликнул он снова.

Я кое-как сумел покинуть его лапшевню, раз за разом отбиваясь от настойчивых попыток меня накормить.

Отправился домой. Можно было бы побродить по району в поисках возможных исполнителей, но я хотел сперва обсудить всё с Масахиро, а уже потом искать кого-нибудь ещё.

Вся семья была дома, и мой новый образ привёл их всех в замешательство. Отец даже оторвался от просмотра какой-то идиотской телепередачи, а мать на мгновение прекратила мыть посуду.

— Кадзуки-кун? Откуда у тебя этот костюм? — спросил Кимура-сан.

— Купил. Получил аванс, — сказал я, не желая вдаваться в подробности.

Отец изумлённо покачал головой, даже подошёл и потрогал ткань.

— Ты даже не похож теперь