Погранзона - Александр Тамоников

С утра офицеры прибыли в Кулябский мотострелковый полк. Встретили их заместитель командира по вооружению и начальник бронетанковой службы. Капитан Маджитов приказал механикам принять технику, сам же с зампотехом полка прошел в штаб, оформлять какие-то документы.

Начальник бронетанковой службы капитан Дмитрий Никитин, этакий живчик, провел офицеров формирующегося батальона к парку боевых машин, за которым на открытом участке стояли танки, БМП, бронетранспортеры, автомобильная техника.

– Ну вот, ребята, смотрите, принимайте.

Марин проговорил:

– Наверное, свезли сюда весь ненужный металлолом, да?

Капитан усмехнулся:

– А ты хотел, чтобы тебе новенькие, прямо в масле машины с завода подогнали? Но насчет металлолома ты зря. Техника, конечно, старая, еще в Афгане побывавшая, но нормальная, воевать можно. Да вы сами смотрите. Если что забракуете, может, и заменят.

– Спасибо, товарищ капитан, успокоили.

– Не за что.

Левченко доверил прием техники экипажу Джалилова, так как эти ребята имели опыт боевых действий именно на БМП-2, которые и поступали в батальон. Сам же Михаил задержался с начальником бронетанковой службы полка.

Вернее, Никитин задержал Левченко.

– Слушай, лейтенант, у нас поговаривают, что вы добровольцами прибыли в Таджикистан, досрочно выпущены из училищ. Экзаменов не сдавали, рапорты написали и получили погоны с дипломами. Это так?

– Да, так, – ответил Левченко. – Кинули нас, товарищ капитан, как пацанов провели.

– В смысле?..

Левченко объяснил, что курсантам была предложена отправка в Таджикистан, причем добровольная, в российскую двести первую мотострелковую дивизию. Они должны были прослужить в ней максимум год, а потом замениться в любой регион России со льготами, в том числе и жилищными.

Услышав это, капитан рассмеялся и спросил:

– И вы повелись на явную лажу?

– А вы бы не повелись?

– Да что ты мне выкаешь!.. Давай на «ты». Я не твой начальник, ты не мой, а разница в звании – ерунда. Повелся бы я? – Капитан ненадолго задумался и ответил честно: – Знаешь, наверное, тоже повелся бы. Помню, как на четвертом курсе дни считали до последнего наряда, караула, до государственных экзаменов и, наконец, до выпуска. А тут такое предложение, выпуск без всяких проблем на полгода раньше.

– Вот и мы повелись.

– Суки все эти генералы так называемых независимых республик. На хрена было обманывать? Или в Узбекистане не знали, куда конкретно вас посылают? Знали!

– Наш комбат, нормальный, между прочим, мужик, как-то проговорился, что за каждого из нас Таджикистан неплохо заплатил правительству Узбекистана, рассчитался золотом. В общем, Дима, продали нас, как баранов на базаре перед Курбан-байрамом.

Капитан кивнул:

– Вот и говорю, суки. Бабки-то нормальные обещали платить?

– Двадцать пять штук в тылу, полтинник на боевых.

– Да ты что? – удивился капитан. – У нас летеха-взводный получает около трехсот тысяч.

– Так вы ведь в ведомстве России. А мы? Скажи, Дима, как-то перебраться к вам в дивизию можно?

– Не знаю. Эту тему надо с кадровиками перетирать. Но, думаю, вряд ли. Вот закончил бы ты училище как положено, а не досрочно, подал бы рапорт на отправку в дивизию, тогда попал бы к нам без проблем. А так, чтобы из таджикской армии – не знаю.

Левченко вздохнул: