Тревожная группа - Михаил Серегин

– Деньги тянет? – усмехнулся Стас, сморщив веснушчатое лицо.

– Тянет, сволочь, – кивнул Чистяков. – А еще она квартиру собралась продавать.

– Знакомая ситуация.

– Ты лучше расскажи, как у вас там все начиналось и чем закончилось, – попросил Мостовой.

– Да так и начиналось. Мы ведь отдельно живем, – стал рассказывать Стас. – Она в родительской квартире, а я с женой – в своей. Вот и не уследил, когда этот момент настал. Ну, познакомилась с парнем – и познакомилась, дело обычное. Потом смотрю, одного кольца на пальце не вижу, потом другого. А потом исчезли серьги дорогие.

– Украл? – поинтересовался Чистяков.

– Нет, продавала она все, чтобы дружку своему помочь в период «временных» трудностей. Потом деньги у меня стала занимать. Я ведь не сразу понял, что к чему, а когда понял, поздно было. Втюрилась она в этого Артура по самые уши и слышать ничего не желала. Он, видите ли, бизнесмен, только у него некоторые проблемы. Но он вот-вот с ними разберется, и они поженятся.

– Одна схема, – покачал головой Мостовой. – И тут он бизнесменом представился.

– Что, и у вас он тоже бизнесмен? – поинтересовался Стас.

– Тоже! – рассмеялся Чистяков, с наслаждением потягивая ледяное пиво. – Только у нас он не Артур, а Эдуард. А еще он в нашем случае особняк недостроенный за городом показывал. Обещал, что они там скоро будут жить. Твоей сестре не показывал?

– Нет, про особняк разговоров не было, а про квартиру в Москве был.

– Удобно, – развел руками Мостовой, – и не проверишь! А про ограбление квартиры расскажи.

– Особенного ограбления не было, брать там уже было почти нечего.

– Ты на него думаешь, на Артура? – поинтересовался Чистяков.

– На Артура? – удивился Стас. – Милиция его тоже подозревала, только он с сестренкой моей в это время был. Они на турбазе отдыхали. Да и зачем ему это, если он знал, что там брать уже нечего, сам все вытянул. Я думаю, если бы он сам ее квартиру грабанул, то исчез бы из поля зрения. А он продолжал к ней ходить.

– А сейчас ходит? – быстро спросил Чистяков и выразительно посмотрел на Мостового.

– И ходит, и не ходит.

– Как это?

– Ну, вроде как обиду разыгрывает, что его подозревали, что я его прессую. Я же из-за него с сестренкой поссорился, – поморщился Стас. Помолчав немного, он добавил: – Значит, он теперь с вашей коллегой занимается?

– Мы вот чего никак не поймем, – хлопнул широкой ладонью по столу Мостовой. – Если он живет тем, что присасывается к молоденьким и доверчивым женщинам, то зачем ему квартирные кражи?

– Как? – не понял Стас. – Вы что, считаете, что это все-таки он квартиру ограбил?

– Боря имеет в виду, что точно такой же след за ним тянется аж из Пятигорска. А что было до этого, никто не знает. И схема точно такая же.

– Значит, не первый раз. Ах он сволочь!

– Еще какая, – согласился Чистяков, успевая прихлебывать во время разговора пиво и кидать в рот чипсы и соленые орешки. – Очень большое у нас желание вывести этого типа по имени Эдуард, Артур и Серега Ванечкин на чистую воду. А скажи, Стас… Извини, конечно, за такой вопрос, глубоко интимный… А не слышал ли ты, что у этого типа на члене есть наколка в виде скорпиона?

– Такими подробностями не располагаю, – зыркнув на спасателя угрюмым взглядом, ответил Стас. – Не делилась со мной сестренка таким подробностями. Но если с квартирными кражами тоже он проделывает, то почему до сих пор на свободе? В Пятигорске менты не смогли доказать?

– Я же говорю, что его надо выводить на чистую воду, – кивнул Чистяков. – Очень нам хочется узнать, как он все это проделывает. Ведь во всех случаях одна и та же схема. Любятся, любятся, а потом хлоп – и квартиру обокрали. Соседи говорят, что примерно во время совершения преступления этого Ванечкина в подъезде или около дома видели, а у него алиби. Он в этот момент с хозяйкой квартиры в другом месте развлекался. А его отпечатков пальцев в доме и так полно, раз он там бывал неоднократно.

Ничего нового общение со Стасом спасателям не дало, хотя они и надеялись на кое-какие интересные подробности.

– Слушай, Борь, – задумчиво проговорил Чистяков, когда поздно вечером они расставались на улице. – Как ты думаешь, почему все милицейские протоколы такие одинаковые? Как, впрочем, и протоколы следователей.

– В каком смысле одинаковые? – не понял Мостовой.

– А потому, Боря, – сам себе ответил Чистяков, – что пишутся они милиционерами.

– Что-то я тебя не пойму, – наморщил лоб Мостовой. – Это ты сейчас гениальное открытие сделал, что ли?

Друзья стояли лицом к лицу посередине тротуара и дышали друг на друга пивом. В каждом его было литра по полтора или два. Это обстоятельство несколько тормозило реакции как в мыслях, так и в словах. Прохожие обходили двух парней, бросая в их сторону осуждающие взгляды.

– Нет, Боря, не сделал, – возразил Чистяков. – Точнее, сделал, но про себя и не выразил в вербальной форме.

– Так вырази.

– Выражаю. Смотри, Боря! Вот милиционер приглашает в кабинет человека или к нему человека подводят на месте преступления. Он-то, милиционер, привычный ко всему этому.

– К чему?

– Ну, к кабинету своему казенному, месту происшествия. А для гражданина, далекого от всего этого, ситуация напряженная. Гражданин, Боря, в такой ситуации теряется, и ему трудно выражать свои мысли. Вербально.

– Как нам с тобой сейчас? – дыхнул пивом на друга Мостовой.

– Нет, Боря, совсем иначе. Ты меня не сбивай! Гражданин теряется, и ему сложно выражать мысли.

– Ты уже говорил, Игорек.

– А я специально повторяю, чтобы ты не терял нить моих рассуждений. А когда гражданин теряется и не может вразумительно ответить, то милиционер предлагает ему, как при тестировании, варианты ответа. Какого роста был подозреваемый? Выше меня, к примеру, или ниже. Ага, выше, а у меня метр семьдесят, значит, пишем в протоколе: «Рост метр семьдесят пять – метр восемьдесят». Потом дальше так же с возрастом, цветом волос, формой носа, телосложением. Понимаешь? Все милиционеры обучены мыслить и писать в одной форме – форме протокола. Вот я тебе и намекаю, причем очень тонко, что внешность Ванечкина описана свидетелями с подачи милиционера. Он ведь подозреваемый номер один у них. Вот они и задают вопросы так, что по описанию, как ни крути, получается Ванечкин. Это как в том анекдоте, когда мужик с военного завода, где дополнительно выпускали еще и ширпотреб в виде мясорубок, выносил их по частям, а дома собрать не мог. И так собирал и эдак, а все автомат Калашникова получался.

– Ну?

– Может, Ванечкин и не причастен к квартирным кражам?

– Так бы сразу и сказал, – пробасил Мостовой, – а то крутишь мне мозги автоматами.