Русская рулетка - Сергей Зверев

– Не знаю, – сморщился, отворачиваясь, Виктор.

– А вот я, кажется, догадываюсь, – выпрямился Лукьянов. – У тебя в багажнике нашли ружье, и, насколько я понимаю, это тот самый «ягуар», который я тебе подарил на день рождения.

Романчук молчал, ощупывая ссадины на лице.

– Можешь не прикрываться! – в сердцах воскликнул Лукьянов. – Вижу, как у тебя глазки забегали. Ты хоть понимаешь, дурак, что наделал? Столько дерьма после себя оставил, что мне теперь долго разгребать придется. Это ж надо умудриться за один вечер столько наделать?..

– Да что вы меня как пацана отчитываете? – со злостью бросил Романчук. – Собираетесь своего будущего зятя сдать ментам? Ну так сдавайте! А если нет… Не хрен душу из меня выматывать. Мало ли, чего я наделал, со всяким бывает.

Лукьянов тяжело вздохнул и, отвернувшись, долго смотрел в окно.

– Ну, ладно, – уже более спокойно сказал он, снова поворачиваясь к Виктору. – Только ради Ларисы и дружеских отношений с твоим отцом. Слушай меня внимательно. Пока у милиции на тебя ничего нет, кроме заявления этого гаишника и ружья. Со всем этим я разберусь. Заявлению хода не дадим, в крайнем случае отделаешься штрафом.

– А ружье?.. – уныло протянул Романчук. – Оно ж без регистрации.

– Эх, дурак, – покачал головой Лукьянов. – Что бы ты без меня делал? Я же тебе еще на прошлой неделе говорил – зайди ко мне, забери документы.

Лукьянов вынул из плаща, лежавшего на подоконнике, какие-то бумаги и показал Виктору.

– Здесь членский билет Общества охотников и рыболовов, разрешение из ОВД на приобретение и хранение гладкоствольного охотничьего ружья. По этим документам ружье тебе вернут. Сразу же избавься от него, как только заберешь.

– Как это «избавиться»? – недоуменно спросил Романчук, пряча документы во внутренний карман пиджака.

– А вот так. В лесу закопай или в речку выбрось, мне все равно. Но чтобы этот ствол навсегда исчез. Если что – скажешь, что украли. В реанимации лежит человек, на котором от дроби живого места нет. Твое счастье, что он в живых остался…

– Вот падла, – засопел Романчук. – Жалко, не те патроны взял…

– Замолчи! – крикнул Лукьянов. – Больше об этом ни слова, никому. Понял? – Понял, понял.

– И вообще, до выяснения всех подробностей, тебе лучше уехать из Запрудного.

– А как же Лариска? У нас после Нового года свадьба должна быть.

Терпеливо, как учитель, читающий нотацию туповатому ученику, Лукьянов сказал:

– Я хорошо помню, что у вас с Ларисой должна состояться свадьба. Именно потому и прошу тебя уехать из города. Неожиданностей уже вполне достаточно.

– Куда ж я поеду? – криво усмехнулся Романчук. – На деревню к дедушке?..

– Езжай в Москву. Столица, слава богу, недалеко, деньги у тебя есть, поживи в гостинице или у друзей. От этого будет двойная польза. Надеюсь, ты не забыл о некоторых делах в Москве?

– Не забыл, – шмыгнул носом Романчук.

– Вот и хорошо. Твое присутствие там должно обеспечить хороший старт.

– А чего там обеспечивать? Мое дело – свести Трошина с Неупокоевым. Я свой процент за это получу, а дальше они пусть сами между собой разбираются.

– Вы, кажется, вместе учились?

– С кем? С Валеркой Неупокоевым? Да, было дело. И бизнес кое-какой вместе делали.

– Вот и хорошо. Только очень прошу тебя, Виктор, постарайся больше не попадать ни в какие истории. Хватит! – утомленно произнес прокурор и, помедлив мгновение, добавил: – А теперь вставай, пойдем. Тебе здесь больше делать нечего.