Бой в ливийской пустыне - Александр Тамоников

– Приветствую вас на земле Ливии, господин Седой.

– Благодарю. Места у вас красивые.

Вокруг города лежала безжизненная каменистая пустыня.

И вновь Мухаммад рассмеялся:

– Вы правы, места здесь красивые.

Полевой командир и командир отряда пожали друг другу руку.

Седов спросил:

– Вы тоже учились в России, господин Аль Дин?

– В Союзе, господин Седой, еще в Советском Союзе, я окончил Военную академию имени Фрунзе.

– Так вы военный?

– А что, не заметно?

– Заметно. Но давайте перейдем к делу.

– Конечно!

Аль Дин повернулся к машине, подал рукой сигнал водителю.

– Сейчас подойдет автобус, и ваших людей отвезут в специально подготовленный дом, где им будут предоставлены уютные комнаты со всеми удобствами.

– А командиру отряда предстоит находиться вне этого дома?

– Вы мой гость, господин Седой. Лично для вас подготовлена отдельная комната в моем доме.

– Думаю, это не совсем правильно и удобно. Вы же военный, господин Аль Дин, и должны знать, командир должен быть вместе с подчиненными.

– Я хотел, как лучше, но если вы желаете находиться с подчиненными, то, пожалуйста, комната для вас приготовлена и в гостевом доме.

Подъехал автобус «Мерседес».

Седов передал команду отряду покинуть борт вертолета и пересесть в автобус.

Когда спецназовцы с десантными сумками проходили мимо полевого командира, Седова и Фархуни, Аль Дин взглянул на российского майора:

– Скажите, Седой, глупо, но я должен называть вас именно так.

– Ничего. Как вас мне называть?

– Как удобно. Думаю, удобнее просто по имени.

– Хорошо, Мухаммад, вы что-то хотели спросить?

– Да! Мне сообщили, что отряд состоит из бойцов шести стран. Ну, с русскими, украинцами, белорусами, понятно, но спецы из стран НАТО? Германии, Турции, Франции? Они что, наемники? Но вроде и советский, а затем и российский спецназ вполне обходился и без наемников. Более того, иностранцы только обучались в Союзе и России?! Кто эти люди?

– Как вы правильно заметили, Мухаммад, мы не пользуемся услугами «солдат удачи». В этом нет никакой необходимости. Офицеры, что входят в отряд, это профи из указанных вами стран. Они равноправные члены боевого подразделения, подчиненного Совету представителей шести государств, так называемому «Совету шести». Более полную информацию, при желании, я сообщу вам позже. И постараюсь объяснить, почему создано интернациональное подразделение, хотя задачи, которые ставятся перед ним, мог решить и российский спецназ. Естественно, в части, не касающейся закрытых, секретных данных.

– Само собой. Прошу в мой автомобиль?

– У вас отличная машина.

– Я, господин Седой, иногда могу позволить себе дорогие покупки.

– Не сомневаюсь.

Полевой командир, его помощник и командир отряда «Z» сели в «БМВ», и колонна из лимузина и автобуса пошла к южной стороне усадьбы, к центральным воротам, откуда начиналась одна из улиц города Гарьяна. Вертолет остался на месте. Дорога заняла считаные минуты, и в 15.10 автомобиль и автобус остановились на просторной площадке перед глухой стеной большого дома.

– Странное расположение усадьбы, господин Мухаммад, не находите?

– Ну, почему? Здесь все размещено, как и принято в мусульманских странах. Окна домов выходят во внутренний двор. Там же места отдыха, игр для детей. Внутри усадьбы небольшой сад, землю приходится издалека завозить. Очень дорогая земля. С водой пришлось повозиться, пока не пробили глубокую скважину. Внешне, согласен, усадьба выглядит мрачно, но внутри, впрочем, вы сами сможете убедиться, что внутри дома и усадьбы все удобно и уютно. Я придаю своему жилищу большое значение. Это мой дом, моя крепость.

– Посмотрим.

Мухаммад окликнул помощника:

– Хасан! Займись размещением гостей. Затем узнай, что они хотели бы видеть в меню ужина, и дай команду поварам обеспечить гостей тем, что они пожелают.

– В этом нет никакой необходимости, Мухаммад, – остановил полевого командира Седов, – вы же помните, чем вас кормили в столовой академии?

Аль Дин улыбнулся:

– Помню!

– Вот вам и меню!

– Я понял вас! Хасан, размещай гостей, поварам передай команду приготовить ужин на восемнадцать ноль-ноль из блюд, что обычно заказывали российские советники и специалисты.

– Слушаюсь!

– Ну а мы, если не против, осмотрим усадьбу?

– Хорошо, – согласился Седов, – только быстро. Нам надо в срочном порядке снимать проблему по Владимирову.

– Я в курсе. И кое-что уже приготовил для вас по этому вопросу.

– Прекрасно!

Седов передал свою сумку снайперу Николаеву и пошел вместе с Аль Дином смотреть его усадьбу. Главный дом с просторным тенистым двором внутри не поражал воображение особым великолепием, он был красив, но лишен всевозможных излишеств. Ухоженный сад, в основном из финиковых пальм, апельсиновых и оливковых деревьев, занимал большую часть усадьбы, в его конце стоял гостевой дом. Мухаммад Аль Дин указал на этот дом:

– Здесь будет размещен весь отряд.

Седов попросил:

– Мне хотелось бы узнать о жизни ливийцев больше, чем я получил в справочной информации.

– Вы любознательный человек.

– Мне необходимо понять, в какой обстановке придется работать, дабы не допустить незначительных, казалось бы, ошибок, которые смогут повлиять на исход операции.

– Это правильный, профессиональный подход. Ну, что ж, я постараюсь пополнить багаж ваших знаний о стране пребывания. Ливийцы, если можно так выразиться, смесь местных берберских народов и пришлых арабских племен. Большее количество ливийцев называют кхоалоагли, или, в переводе, сыновьями солдат. Это те ливийцы, что произошли от браков оттоманских солдат с ливийскими женщинами, они проживают главным образом в Мисрате, Тажоуре, пригороде Триполи, Эз-Завии, но западнее столицы государства. Также в стране проживают туареги – берберское население и племенные тебу, сосредоточенные на юге, ведущие кочевой или полукочевой образ жизни. Иностранцев мало, это граждане других африканских наций, прежде всего египтян и тунисцев. Ливийские берберы и арабы составляют девяносто семь процентов населения Ливии. Вероисповедание – ислам суннитского толка, официальный язык арабский. Ливийцы говорят на ливийском диалекте арабского языка, входящем в магрибскую группу диалектов. Для ливийцев очень важна семейная жизнь. Большинство населения проживает в квартирах или домах, но многим по душе кочевой образ жизни. Поэтому богатые ливийцы-горожане в выходные дни стремятся в пустыню даже в очень жаркое время, ставят палаточные городки, подобные бедуинским стоянкам. Но с автомобилями вместо верблюдов и электрогенераторами для переносных кондиционеров. Употребление алкоголя в стране запрещено. Человек в возрасте пользуется авторитетом. Женщин в бизнесе нет. Собака и свинья считаются нечистыми животными. Держать даже охранного пса в доме запрещено. К иностранцам отношение негативное. Сейчас это проявляется гораздо острее, чем раньше.