Посвящение в герои - Сергей Зверев

Вверх идти было гораздо труднее, чем спускаться. Верблюд решительно не хотел карабкаться по круче и то и дело останавливался. Тогда они брались за него втроем: один тянул за повод, двое толкали сзади. Наконец они поднялись почти до уровня плато. Здесь Лавров велел товарищам подождать, а сам полез наверх.

Пока поднимался, почувствовал, что голова начинает кружиться, а еще — клонит в сон. Это означало, что действие стимулятора заканчивалось. Майор оставался перед выбором — принимать вторую ампулу подряд, чего медики решительно не советовали делать, или как-то бороться со сном. «Попробую побороться, — решил Лавров. — Тем более никаких важных решений принимать вроде уже не надо».

Майор выбрался наверх, отполз от края ущелья, осторожно огляделся. Вроде никого. Тогда он направился к видневшемуся неподалеку холму, взобрался на него и вынул бинокль. Сначала поглядел назад, к истокам вади. Там уже никого не было — ни верблюдов, ни машин. Тогда Лавров взглянул вперед — и обнаружил группу всадников верхом на верблюдах. Они находились примерно в километре от него и быстро удалялись, двигаясь вдоль спуска в ущелье. А на другой стороне вади Лавров обнаружил и машины: они успели проехать значительно дальше, сейчас до них было километра два. Автомобили остановились у края ущелья, вышедшие из них люди начали спускаться вниз. «Примерно полчаса им потребуется, чтобы понять свою ошибку, а потом вернуться назад, — прикинул майор. — За это время нам нужно уйти как можно дальше».

После этого Лавров поглядел вперед — туда, куда, по его расчетам, им теперь следовало идти. Там виднелась обычная картина саванны: трава, кусты, редкие кучки деревьев, небольшие пригорки.

Он поспешно вернулся к морякам и описал обстановку. Они выбрались наверх и двинулись прочь от вади. Сначала Лавров настаивал на том, что они трое идут, а верблюд шагает налегке и несет лишь поклажу. Однако с каждым шагом майор шел все медленнее, он стал спотыкаться, голова клонилась на грудь.

— Нет, так не пойдет, — решительно заявил Костя. — А то мы как в сказке: три осла шагают, а один верблюд идет налегке. Давайте, лезьте на верблюда. Иначе силой посадим!

Лавров уже и сам понимал, что упрямиться больше не стоит. По просьбе Мельникова он отдал ему бинокль, потом с помощью моряков забрался на верблюда. Товарищи прикрутили его к сиденью ремнями, чтобы он не упал во сне. «Я совсем как те скатки, которые мы недавно делали», — мелькнуло в голове у майора. И это была последняя мысль до того, как он погрузился в сон.

Теперь стали двигаться немного быстрее. Прошло полчаса, а они все так же шли на юг, с небольшим уклоном к западу. Мельников то и дело прикладывал к глазам бинокль, осматривая окрестности, — теперь он взял на себя роль разведчика. Вдруг ему показалось, что справа среди кустов что-то мелькнуло. Может быть, жираф или антилопа? Надо было проверить. Костя вбежал на ближайший бугорок, пригляделся…

— Наши! — закричал он, повернувшись к Муравьеву. — Точно, наши!

От этого крика спящий Лавров встрепенулся, поднял голову, всматриваясь вдаль, но потом вновь склонился к верблюжьей шее, пробормотал: «Триста километров южнее, капитан…» — и снова заснул. А моряки, схватив верблюда с двух сторон под уздцы, дружно потащили его туда, где Костя заметил караван. Там тоже заметили друзей; раздались приветственные крики, несколько человек отделились от процессии и, опережая ее, кинулись им навстречу.

Спустя несколько минут Костя Мельников уже обнимал Настю, а Муравьев жал руки Куликову, Плотникову, Резчикову и всем остальным. Однако долго отмечать встречу было некогда. По изможденным лицам товарищей Мельников и Муравьев ясно увидели, что они страдают от жажды. Да и верблюдам надо было дать хоть немного воды. Друзья быстро достали бутыли с водой, Анисимов на правах старшего распределил, кому сколько. Пока люди утоляли жажду, друзья докладывали Анисимову и Горшенину обстановку. Когда они дошли в своем рассказе до появления Хасана и его группы, все дружно перестали пить и удивленно уставились на них.

— Хасан нас нашел? Но как? Не может быть! — послышались возгласы.

— Мы точно не знаем, Хасан это или нет, — уточнил Костя. — Хотя мне показалось, что я его узнал. Да и машины похожи. Мы даже не уверены, что первая группа, которая на нас напала, — это люди Омара. Да и какая нам, в сущности, разница? Тут важны два момента. Первое — что они не подрались между собой, сумели договориться. И это плохо. А второе — что они клюнули на нашу приманку с муляжами. Это хорошо. Майор, прежде чем уснуть, говорил, что у нас есть фора примерно в полчаса. И еще он все время, даже во сне, повторял, что нужно выйти в точку триста километров южнее чего-то…

— Насчет трехсот километров — уже не так важно, — поправил его Горшенин. — Мы связались с Центром, и нам сказали, что надо просто выйти к океану, в любую точку побережья. Там нас встретят. Командование уже выслало сторожевой корабль «Стерегущий», на нем рота десантников. Так что проблема только одна — сможем мы пробиться к океану или нет.

— А далеко здесь до океана? — спросил Мельников.

— Да можно сказать, совсем рядом, — ответил Анисимов. — Километров семьдесят осталось. Часов за шесть-семь должны дойти.

— Как раз к вечеру получится… — кивнул Муравьев. — Это хорошо…

— Это если никто не помешает, — счел своим долгом уточнить капитан.