Комбат. Олимпийский характер - Андрей Воронин

– Дальнобойщики привезли.

– А где эти ваши дальнобойщики? И водка где? Здесь же ни одной бутылки не видно.

– Один дальнобойщик вот, – Алевтина кивнула на Леонида, который все еще был без сознания, – а второй сбежал… Уехал на фуре. У него полная фура такой водки. И он, кстати, в Москву поехал. И водку туда эту повез. Я только номер фуры не запомнила.

– Я не следователь и не милиция, мне номеров фуры не надо! – остановил ее доктор и добавил: – Мне бы точно знать, чем они отравились. А то вы говорите водкой, водкой… А здесь ни одной бутылки я не вижу!

Алевтина осмотрела стол и, показав на налитую ей рюмку, сказала:

– Вот, стоит. Мне брат налил, а я не выпила.

Доктор взял рюмку, понюхал и, ставя на место, проговорил:

– Понятно…

– Что понятно? – спросила Алевтина.

– Да понятно. Сама не пила, а гостей всех отравила! – проговорил доктор, куражась.

При этом он еще раз прослушивал пульс у всех пострадавших.

Все, кто сидел за столом, один за другим приходили в себя. Но, как только кто-нибудь открывал глаза, он буквально скручивался от боли. Костика начало рвать кровью, у Леонида изо рта вытекала кровавая пена. Девушек в буквальном смысле сводило судорогой. А Вован, придя в себя, вдруг от боли сам сполз на пол и побледнел до синевы.

У Алевтины сил не было наблюдать за всем этим. И она в отчаянии воскликнула:

– Да сделайте же что-нибудь! Люди же мучаются!

– Сделаем, сделаем… – проговорил доктор. – А я бы вам советовал милицию вызвать. А то как бы поздно не было.

– Зачем милицию?! – возмутилась Алевтина Семеновна. – Уж не думаете ли вы и вправду, что я решила всех отравить?

– Я на эти темы не думаю, – сказал доктор. – Я людей спасаю. А на эти темы пусть милиция думает.

Но тут дверь распахнулась, и вошли еще четыре человека в белых халатах.

– Давайте носилки, срочно! – скомандовал доктор. – Грузите. И в Сочи.

– Всех грузить? – уточнил санитар.

– Всех, кроме этой мадам, – сказал доктор и, ерничая, добавил: – За ней другую повозку пришлют. Если она ее сама не вызовет!

– Вартанович вас в машине ждет! – сказал санитар.

– Да, я уже иду! – ответил доктор и, кивнув Алевтине, сказал: – Имейте в виду, я просто обязан сообщить о случившемся в милицию. Но я думаю, вы умная женщина и для своей же безопасности меня опередите.

Когда Алевтина Семеновна осталась одна, ей по-настоящему стало страшно. На столе стояла рюмка с водкой, которую она просто по чистой случайности не выпила. И от этого ей делалось просто жутко. Выпей она вместе со всеми, и скорой помощи вызвать было бы некому.

Хочешь не хочешь, нужно было вызывать милицию. Ведь доктор все равно сообщит о случившемся куда следует. Алевтина повернулась и ахнуть не успела: охранник Георгий, который был неизвестно где все это время, подошел к столу и, даже не спрашивая, влил себе в рот все еще стоявшую на столе ее полную рюмку. Он глотнул и как подкошенный упал на пол.

Алевтина в ужасе опять набрала номер «Скорой помощи».

– Это опять я. Трасса. «У Семеновны». У нас еще одна жертва… – проговорила она.

– Вернутся машины – мы вышлем, – проговорила дежурная. – Сейчас все машины на выезде.

– Я знаю, – проговорила Алевтина, боясь взглянуть на охранника.

Придя немного в себя, она, подумав, наконец решилась и набрала номер милиции.

– Але, дежурный капитан Ромашка слушает! – послышался усталый, а может, и заспанный голос.

– Это вам с трассы звонят. «У Семеновны». Здесь массовое отравление водкой произошло. Доктор сказал, что нужно вызывать милицию.

– Какой водкой? – уточнил дежурный.

– «Моя Московская», – сказала Алевтина Семеновна.

– Трупы есть? – спросил дежурный.

– Трупов пока нет. Отравленные только. Почти всех в больницу увезли, а за одним сейчас «скорая» приедет, – волнуясь, продолжала Алевтина.

– Хорошо. Оставайтесь на месте, ничего руками не трогайте, – строго сказал ей дежурный.

– Я поняла. Не маленькая, – сказал Алевтина Семеновна.

– Если трупов нет, к вам завтра приедут! – сказал дежурный и предупредил: – Только оставайтесь на месте и ничего не трогайте. Слышите?

– Слышу, слышу, – сказала Алевтина Семеновна, уже жалея о том, что все-таки послушала доктора и позвонила в милицию.

Глава 12

Оставив Ангелину Сойкину на ночлег у профессора Ивьева, капитан Рожкин решил сделать ход конем. Он не поехал сразу на дачу, где местное начальство организовало в честь его шашлыки и откуда он тайком уехал на «харлее», чтобы не выпустить из виду Гарика, а решил сыграть роль героя. Он вернулся в Сочи, на улицу Красную, где, спасая Ангелину, оглушил и оставил лежать того самого Гарика.

Гарик лежал в подвале у самой двери в той же позе. Он, похоже, пришел в себя, но сил подняться у него не было, и он уснул.

Капитан Рожкин попытался его разбудить, но Гарик, даже не открывая глаз, только пошевелил усами и что-то пробормотал. Тогда капитан Рожкин погрузил его на «харлей» впереди себя, потом, подумав, привязал веревкой и, заведя машину, направился на дачу.

Очевидно, вечер удался. Потому что ворота ему открыл абсолютно бесстрастный охранник. А на его вопрос: «Где все?» – охранник так же бесстрастно ответил: «Спят».

Капитан Рожкин только покачал головой.

Мангал еще не остыл и источал приятный пьянящий аромат. На столе лежали недоеденный шашлык, надкусанные помидоры и перевернутые одноразовые стаканчики. И хотя в некоторых окнах горел свет, никакого шума слышно не было. Очевидно, действительно все спали.

– Занеси его в постель, – попросил капитан Рожкин, отвязывая Гарика от мотоцикла, – я его едва довез.

Охранник кивнул, взвалил Гарика на плечи и потащил в дом.

Капитан Рожкин присел у стола, налил себе из бутылки красного вина, настоящего, местного, с ярким, терпким привкусом винограда, и не