Комбат. Олимпийский характер - Андрей Воронин

– Ну, Семеновна, – говорил Гарик, застегивая пуговицы на рубашке, – это наше все. Короче, на дороге домик у нее, с выпивкой, закусью и ночлегом для дальнобойщиков. Ну и для нас, конечно, если застрянем где-нибудь в пути. Сейчас поедем, и я тебя с ней познакомлю. Не женщина – сказка! Но просто так к ней не подъедешь. Строга.

Минут через пятнадцать в милицейском «уазике», который, как оказалось, тоже стоял в гараже, они втроем – шофер, Гарик и он, капитан Рожкин, – выехали на трассу, к Семеновне. Все остальные, кто оставался в доме, были неподъемными даже после аспирина. И кроме как опохмелиться, им ничего не хотелось. Генерал с хозяином тоже, похоже, решили продолжить банкет.

– А как у вас в Сочи насчет паленой водки, часто попадается? – поинтересовался капитан Рожкин, когда они выехали по направлению к трассе.

– Нэт, у нас водки паленой не бывает! – решил поюморить Гарик. – Всю в Москву отправляем.

– Не смешно, – пожал плечами капитан Рожкин и вполне серьезно добавил: – Я, кстати, сюда к вам по вполне конкретному адресу приехал. В московский фирменный магазин водка поступила с Красной улицы, пять. Знаешь такую?

– Есть у нас такая улица. Только, по-моему, теперь там олимпийское строительство началось. Руины там… А на руинах разве что самогонный аппарат поставить можно, – хмыкнул Гарик.

– Самогонный не самогонный, а проверить надо, – сказал капитан Рожкин.

– Проверим, – махнул рукой Гарик и попросил шофера: – У магазина притормози! Без пива совсем голова не варит. Сгоняй купи мое любимое, «Балтика-5».

Шофер притормозил, соскочил на землю и спросил у капитана Рожкина:

– А вам какого?

– Мне не надо, – покачал головой капитан Рожкин.

– Обижаешь! – возмутился Гарик.

– Да не хочу я! – недовольно повел плечом капитан Рожкин, понимая, что в любом случае, если разговор идет о паленой водке, там важна будет каждая деталь.

– Ну, как знаешь! – насупился Гарик.

Но через несколько минут, потягивая из жестянки пиво, он уже был в прекрасном расположении духа.

Когда они подъехали к домику, на котором красовалась, хотя было уже утро, все еще светящаяся неоном надпись «У Семеновны», от него отъезжала «скорая помощь».

– Вот это да! – сказал Гарик. – Что это, Семеновна нас не дождалась, что ли…

Но тут на пороге появилась яркая, коротко стриженная блондинка в наброшенном на плечи цветастом платке.

– Семеновна! Алевтина! – закричал Гарик, размахивая полупустой жестянкой с пивом. – Сколько лет, сколько зим!

Женщина, по всему видно совсем неожиданно для Гарика, никак не отреагировала. Она была бледна и вся дрожала.

– Алевтина, что с тобой?! – не на шутку встревожился Гарик.

– Гарик, родненький, – бросилась она на шею пьяноватому стражу порядка. – Не травила я их никого! Это все водка! Ее дальнобойщики привезли.

– Откуда и кто привез водку? – вступил в диалог капитан Рожкин, тоже выходя из машины и направляясь в дом.

– Я же говорю, дальнобойщики, – сказала Алевтина Семеновна и совсем растерялась, – Михаил и Леонид. Фамилий я не спрашивала.

– Вы их давно знаете?

– Да это второй рейс. Они недавно на трассе у нас появились.

– А откуда они водку везли? – продолжал капитан Рожкин, заходя в дом.

– Из Сочи, – проговорила Алевтина, едва не заикаясь.

– А куда? – спросил капитан Рожкин.

– В Москву, – сказала Алевтина.

– А почему она вдруг у вас оказалась? – продолжал допрос Рожкин, внимательно изучая то, что стояло на столе. – Только будьте абсолютно правдивы, слышите, абсолютно правдивы.

– Так мне всегда дальнобойщики обязательно ящик того, что везут, оставляют… – вздохнула Алевтина.

– Хорошо, а вас саму как зовут? – спросил капитан Рожкин.

– Алевтина Семеновна Моторина, – представилась Алевтина.

Капитан Рожкин достал блокнот, ручку и, сев к столу, начал записывать.

– Что за водка была? Где бутылки? И кто отравился? – продолжал он.

Гарик тем временем тоже вошел в дом, сходил в туалет, а потом развалился на диване с еще одной жестянкой пива. Он наблюдал за тем, как капитан Рожкин ведет допрос, с нескрываемым скепсисом.

– Подождите, давайте не все сразу, – попросила Алевтина, – а то я не совсем хорошо соображаю.

– Да вы садитесь, – предложил капитан Рожкин, указывая ей на стул напротив.

– Спасибо… – испуганно проговорила Алевтина Семеновна, но села.

– Итак, как называлась водка?

– «Моя Московская», – заикаясь, сказала Алевтина Семеновна.

– Да вы что?! – не смог скрыть не то радости, не то удивления капитан Рожкин.

– Да, я точно помню, «Моя Московская», – кивнула Алевтина Семеновна.

– А где же бутылка? Я что-то не вижу здесь ни ящика, о котором вы говорили, ни бутылок. Или хотя бы бутылки… – продолжал капитан Рожкин.

– Их Михаил забрал. Сволочь! – не сдержалась Алевтина Семеновна. – И ящик и бутылки… Вы мне теперь точно не поверите. Все улики, гад, увез.

– Нет, так не пойдет, – покачал головой капитан Рожкин. – Давайте все по порядку.

– А с какого момента? – спросила Алевтина Семеновна с готовностью.

– С самого начала вечера. С того момента, когда водка к вам попала.

– В общем, постояльцев у меня вчера не было. И охранник отдыхать пошел. Если бы он потом не появился и рюмку ту злосчастную не выпил, у вас бы хоть водка была. Для анализа. А так охранника только что тоже «скорая» увезла…

– Подождите. Не забегайте вперед, – остановил женщину капитан Рожкин. – Вернемся во вчерашний вечер.

– Да, так вот, клиентов не было. Я уже спать собиралась. А тут эти, Ленчик и Миха, на своей фуре подкатили.

– Леонид и Михаил… – проговорил и записал капитан Рожкин.

– Ну да… – кивнула Алевтина Семеновна, – Леонид и Михаил.

– А фамилии?

– Фамилий я не знаю.

– Как это не знаете? Они же ваши постояльцы.

– Ну да… но я…

– Вы не всех и не всегда записываете? – строго уточнил капитан Рожкин.

Алевтина Семеновна промолчала.

– Ладно, – махнул рукой капитан Рожкин, – рассказывайте дальше.

– Они, Ленчик, Леонид, и Михаил, – поправилась Алевтина Семеновна, – принесли ящик водки.

– С ней так все рассчитываются, – включился