Риск - это наша работа - Сергей Самаров

Подполковник Разин спал недолго. Когда начинается боевая работа, он всегда спит урывками и просыпается сразу с ясной головой. Привычка въелась в кровь прочно и действует безотказно. Засыпает и просыпается с одними и теми же мыслями в голове, а иногда и с готовым решением, прямо во сне и пришедшим.

Так и сейчас произошло.

Разин проснулся, сел на полу казармы и сразу понял, что его разбудило.

Мысль… Созревшая мысль…

Засаду они устроили не зря. Туда обязательно попытается добраться не только Шерхан Дзагоев, но и люди, которым принадлежат пять с лишним миллионов долларов. Эти деньги прибыли из-за границы, потому что упаковка пачек показывает на обработку в иностранном банке. Нет, скорее всего, Шерхан собирается прикарманить чьи-то чужие деньги, о которых он слышал, может быть, от брата. Тогда следует обязательно ждать и второго визитера.

Зная реальные суммы, поставляемые чеченским боевикам из-за границы, Разин сразу понял, что это не обычная поставка, скажем, для финансирования террористической деятельности. Там от силы набралось бы двести-триста тысяч, но никак не пять миллионов долларов. Для каких целей они? Эти деньги принадлежат, несомненно, не просто боевикам, а той их части, которая связана с мафией. На чем мафия может делать такие большие деньги? Только два вида «теневого» бизнеса дают такую прибыль – торговля наркотиками или оружием. Чаще всего они между собой тесно связаны и включают еще третью серьезную составляющую – терроризм. Но Батухан Дзагоев никогда, согласно разведданным, не был замечен в связях с мафией. Он в первое время своей бытности полевым командиром даже считался идейным бойцом. И только потом, когда все в Чечне пошло наперекосяк, стал заниматься похищением людей. То есть превратился в обыкновенного бандита.

Значит, сделал вывод Разин, за деньгами должны прийти люди мафии.

Он даже обрадовался такому, потому что личная трагедия – беда, произошедшая с дочерью, обозлила его и настроила против всех, кто с наркоторговлей связан. В душе он готов был к тому, чтобы лично уничтожать всех наркоторговцев и думских либералов, с чьей легкой руки наркоторговля процветает, и только привычная офицерская ответственность держит его.

Итак, мафия…

И следует знать, как с этой мафией вести себя, кто в нее входит, кто «правит бал», не выходя из тени. Как это узнать? Просто заманить боевиков в засаду и перебить – на это много ума не надо. Это сумели бы даже те самые внутривойсковики или пограничники. Пусть с меньшим успехом и, возможно, с потерями для себя, но сумели бы. А если подойти к делу тонко, то…

Разин встал и вышел в штабную комнату, где его ноги сразу обдало сквозняком и морозцем.

А если подойти к делу тонко, то его должны похитить!

С этой мыслью Разин взял со стола трубку сотового телефона и набрал номер майора Веллера.

* * *

Майор Веллер вместе с капитаном Страховым приехали через десять минут. В городке районного значения, в соответствии с его размерами, расстояния не могут быть большими, и пешком дойти можно с таким же успехом, как добраться до нужного места на машине. Они предпочли «колеса» неспешной прогулке по морозцу.

Разин открыл дверь. В штабной комнате уже ждали Парамоша и Стогов. Поднимать остальных, которым ночью ехать на смену, подполковник не стал. Пусть отоспятся перед работой, требующей повышенной внимательности.

Веллер вежливый и аккуратный. Он обязательно предварительно стучит.

Парамоша распахнул дверь. Гостеприимно отвел в сторону руку:

– Заходите, господа мужики, чайком побаловаться, если только наш подполковник не проявит обычную свою жадность. Он нам разрешает чай только из чайника пить. А кружку свою прячет…

– В нашем городишке нет общественных туалетов, – ворчливо возразил Страхов, – пить чай опасно…

– По-моему, здесь половина города из себя туалет представляет, – возразил Парамоша. – Кругом развалины. Куда ни глянь, везде туалет.

– Да, восстановлением родного райцентра местный министр строительства интересуется мало, – сказал Веллер. – Ему просто не хватает времени, чтобы добраться сюда. Другими делами по горло занят…

Стогов, как младший по званию во всей офицерской компании, освободил единственное, кроме командирского стула, место для сидения – подоконник. Туда тут же уселся капитан. Майор же упер кулаки в карту района, заменяющую на столе скатерть.

– Итак?… – спросил Веллер.

– Итак, меня интересуют ваши данные. Что вы имеете по отдельности на министра строительства республики и на обладателя пяти миллионов долларов. Хотя бы предположительно, кто это может быть?

Страхов даже рассмеялся:

– Ничего мы не имеем. На министра досье собирается в спешном порядке. Взяли на прослушивание все его телефонные разговоры, фиксируют контакты. То, что было раньше, не устраивает в силу сложившихся обстоятельств. Это еще связано с тем, что в Шерхана Алиевича Дзагоева вчера стреляли. Но со стрельбой все ясно. Из обыкновенной воровской разборки с подачи президента пытаются сделать большое шоу. Правда, большинство телеканалов так и ограничилось короткой информацией о происшествии. Остальные просто пропустили это яркое событие мимо ушей. Шоу во всероссийском масштабе не удалось. Но министром занялись плотно. Мы сможем запросить данные. Думаю, к завтрашнему дню нам их смогут предоставить.

– Что же касается второй части вопроса, то у нас есть некоторые подозрения, – добавил Веллер. – Вернее, не у нас, а у республиканского управления. Мы в курсе дела только через ориентировку, а ориентировка не дает подробных сведений. Эта ориентировка говорит, что некий афганский бизнесмен продал чеченским боевикам-эмигрантам свой завод по производству героина именно за пять миллионов долларов. Ровно за пять, не за пять семьсот. В настоящее время завод демонтирован и упакован для отправки. По другим сведениям, он уже отправлен. Находится транзитом где-то на территории Азербайджана. Только пока неизвестно, куда его собираются отправлять. Данные поступили из московского бюро Интерпола. Но нет никаких концов, за которые можно уцепиться. Кроме одного-единственного. Этого афганца зовут Ильхом Сайдулла, и он сейчас находится в Грозном с непонятным неофициальным визитом. Кстати, по рекомендации влиятельных московских чеченцев, несколько раз в дружеской обстановке встречался с президентом Чечни. Якобы для обсуждения вопроса об инвестициях в чеченскую экономику. Можно подумать, что Афганистан страна настолько развитая и благополучная, что там некуда вкладывать деньги… В Грозный господин Сайдулла приехал из Таджикистана. Сейчас срочно отслеживаются его контакты там. Возникает законный вопрос – если деньги предназначены Сайдулле, то почему переброску их осуществляют через Чечню, такой опасный район. На это можно ответить двояко. Во-первых, предположить использование этих денег здесь. Во-вторых, при всей опасности любых операций здесь, в Чечне, они все же проводятся чаще без эксцессов, чем в других регионах, где порядка больше и контроль строже. Есть еще и гипотетическое «в-третьих». Это уже предположение наших экспертов из республиканского управления. В последнее время замечаются попытки налаживания более тесных контактов между чеченскими и таджикскими группировками наркоторговцев. И нельзя исключить, что мы столкнулись с одним из элементов этой работы.