Вашингтонский узел. Время испытаний - Александр Афанасьев

Старая добрая Вена… истинная столица Дуная. Город, из которого по сути и происходит современная Европа. Граф Рихард Куденхофе, истинный основатель и теоретик объединённой Европы, первый предложивший в качестве европейского гимна «Оду к радости» Бетховена – вырос здесь, в этом городе, является сыном этой земли. Здесь, ещё до Первой мировой начиналась та Европа, которую мы знаем сейчас…

Для поездки в Вену я не обратился к своим знакомым в Управлении и не взял у них самолёт. У Управления полно самолётов, которые числятся за левыми фирмами, они изъяты у торговцев наркотиками или у тех кто отмывал деньги торговцев наркотиками и используются для так называемой «Чрезвычайной выдачи»^[55]. Взять один из них – нет проблем, но всё равно – полет этот оставит след в бюрократической машине и это будет ниточка, за которую можно будет потянуть. Потому я честь по чести оплатил чартер, и вот сейчас – мы приземляемся… не в аэропорту имени Фредерика Шопена. Мы приземляемся в аэропорту Братиславы, потому что он намного дешевле, чем австрийский, за ним не так сильно следят, и вообще – мне совсем не надо, чтобы данные о нашем визите в Австрию где-то остались. Братислава и Вена – две самые близкорасположенные столицы стран в Европе. Между ними всего несколько десятков километров по отличной дороге.

Кстати, многие мои коллеги так и не могли мыслить километрами, всё измеряя в милях даже в Европе, а я вот – могу.

Прилетели…

Пограничный контроль тут простой и незатейливый – Словакия развивает туризм и потому придирчивостью не отличается. Машина уже ждёт нас, я её заказал по интернету в пакете с самим рейсом и оплатил на три дня. С карточки.

Дейв садится за руль. Я рядом. Стив вместе с нашим подопечным – назад…

– Чёртова малолитражка.

Вообще то это «Шкода Октавиа», в Европе она считается машиной среднего класса, семейной. Но в США она малолитражка.

– Давай, я за руль пересяду.

– И то правда. Чёртова малолитражка…

Я вручаю Дейву навигатор. Там уже забита точка…

* * *

Через полчаса мы останавливаемся в небольшом словацком городке, у самой границы. Указатели на двух языках, много хостелов…

Нам нужна автобусная станция.

На автобусной станции я достаю сотовый телефон со специальной прошивкой, и захожу в «глубокий интернет». Глубокий интернет – это всё, что не ловится поисковиками, и там есть много чего интересного. Мой собеседник из Чехии, страны с самым либеральным в мире оружейным законодательством.

Мы открываем чат.

– Ты все привёз?

В ответ – мне приходят две фотографии. На одной из них сумка, большая, открытая, на другой – процесс её закладки в камеру хранения.

– Все работает? – посылаю я сообщение – Без обмана?

– Мужик, я не первый год этим занимаюсь…

Говорим мы по-русски. Чехи славяне и многие говорят по-русски

Делать нечего – придётся рискнуть. Перевожу сто пятьдесят тысяч чешских крон – солидная сумма.

– Перевёл – пишу я – мужик, если кинешь, найду и в ж… отымею.

Это очень по-русски – так угрожать. Почему то русские обожают угрожать не смертью, а гомосексуальным изнасилованием. Почему – этого не знаю даже я.

* * *

Ещё полчаса спустя – мы стоим уже на территории Австрии, на опушке небольшого, аккуратного, как и всё в Австрии, леса и разбираем купленное оружие. Если бы у меня было время, я бы сварганил документы и пошёл бы в «Зелены Спорт»^[56]**, купил то же самое в три раза дешевле. Но у меня нет времени и документов.