Скалолаз - Михаил Нестеров

– Какую Алину?! – Рядом с незнакомым следом Кепке сделал оттиск подошвы своего ботинка. – Следы сорок шестого размера! Такие ботинки есть только у Вестервалле, Вальтера и Лемке… Были у Лемке, – поправился помощник.

Шеель нервничал.

– Не хочешь ли ты сказать, что это Лемке прошел здесь ночью? Я сказал тебе, чтобы ты посмотрел, где Алина.

– Я здесь, Ларс. – Женщина уже стояла возле палатки и зашнуровывала ботинок.

– Вальтер! – Шеель подозвал к себе Майера. – Возьми с собой Йорга и отправляйтесь вниз. Посмотрите, откуда ведут эти следы. И вообще, есть ли они там.

Майер, еще не до конца проснувшись, не понимал, чего хочет от него командир. Он хлопал глазами и силился что-то понять.

Шеель махнул на него рукой и подозвал Крамера:

– Дитер, ты, надеюсь, слышал, о чем я просил? Посмотри на эти следы и поищи такие же внизу. Если таковые найдутся, попробуй определить, откуда пришел этот человек. – Шеель внезапно опустил руки. – Хотя и так ясно, откуда: снизу.

К нему подошел Кепке:

– Ларс, я думаю, для начала нужно спросить…

Капитан не дал ему договорить. Он обвел всех взглядом:

– Ну, никто никуда не ходил ночью?

Ответом послужило молчание.

Командир знаком отпустил Крамера и Больгера и обратился к Майеру:

– Ты проснулся, Вальтер?

Тот кивнул.

– Тогда бери с собой Мартина – и вперед, по следам. Стрелять без глушителя не разрешаю. Все. Алина и Хорст готовят завтрак, остальные снимают палатки. Да, Хорст, поднимай русских, пусть выходят на связь с поисково-спасательной базой.

– А кто мне будет помогать?

– Русские. Бери их в помощь.

Шеель проводил глазами быстро удаляющиеся от него фигуры Майера и Вестервалле. Пожалуй, он правильно сделал, что вперед послал именно Вальтера: тот работал в горах, у него неплохой опыт за плечами. Гиндукуш – те же Гималаи, только вид сбоку.

– Ларс, кто же так дерзко протопал по лагерю?

Шеель обернулся, чтобы ответить Алине, но она задала очередной вопрос:

– Может, понадеялся, что его следы скроет снег?

– Наверное, это так, – пожал плечами Ларс. – А снега как раз и не было. Ничего, Вальтер и Мартин быстро достанут его. Им стоит только преодолеть небольшой подъем под лавиноопасным склоном, а там откроется широкая панорама. Они возьмут его.

«Но кто же это, кто?» – вслед за Алиной повторил он.

…Скоков жадно ловил обеспокоенные взгляды командира. Он упивался ими. Еще ничего не зная, ни о чем не догадываясь, он доверился своему сердцу; а оно стукало сегодня возбужденно, отдаваясь в висках предчувственно.

Он сворачивал палатку, бросая взгляды на двух террористов, бойко уходивших вперед. А впереди них – едва заметная ниточка следов; она вела их от лагеря к крутому склону. Сегодня что-то должно произойти, думал Скоков, не представляя, однако, что и как. Но знал, что именно сегодня.

– Ты думаешь, это Серега? – шепнул ему Вадим, когда они укладывали палатку в чехол.

– Пока ясно только одно: это не их человек. А если не их, то наш.

– Я не пойму его тактики – если это действительно Сергей. Чего он может этим добиться?

– Не знаю, Вадим, но скоро все станет ясно. Он единственный военный в нашей экспедиции.

– Думаешь, он нашел трупы?

– Думаю, да.

– Но почему не сообщил?

– Кому?

– Хотя бы в поисково-спасательную базу. Один он ничего не сможет сделать.

– Наверное, на то у него были причины. Серега – ответственный парень.

– А может, это и не он, – закончил разговор Паненок.

Крамер и Больгер вернулись через полчаса. Командир мрачно выслушал доклад: следы уходят далеко – наверное, к предыдущей стоянке. Туда, где они с Кепке так жестоко расправились с Дитером Лемке. А теперь именно его ботинки (у всех была обувь одной фирмы) сорок шестого размера прошагали в ночи мимо лагеря. Капитан не боялся покойников, иначе он давно сошел бы с ума. К тому же покойники не ходят и не возвращаются. Все, кого отправил на тот свет Ларс Шеель, до сего времени никак себя не проявили. И не проявят. Он имел дело с живым человеком, который либо одолжил обувь у Лемке, либо носил тот же размер от той же английской фирмы. А Лемке там, где ему положено быть: под снегом в расщелине.

Майер и Вестервалле ушли час сорок минут назад, сейчас все было готово, чтобы двинуться вслед за ними. Но Шеель не торопился.

Кепке напомнил ему, что пора уходить.

– Успеем, подождем еще немного. Может быть, Мартин и Вальтер уже возвращаются.

– Если мы будем медлить, чехи сократят дистанцию.

– Не сократят. В лагере, где они провели ночь, они останутся еще на сутки.

– Послушай, Ларс, ведь это не только твое дело, – Кепке постарался перечить командиру мягко. – Ты сказал, что чехи останутся в лагере еще на сутки, это точные сведения?

– Да, информацию я получил вчера вечером. Если Мартина и Вальтера не будет еще два-три часа, мы снимемся с места.

Кепке промолчал. Любыми степенями иронии, начиная с легкой, он не владел. Но что-то заставило его усомниться в правдивости командира. Отсрочка, которая, в общем-то, была сейчас нужна, представлялась как бы сама собой, но ее прародителем был Координатор. Невидимый и всезнающий. У Кепке иногда складывалось впечатление, что, когда нужно, он находится в их отряде, а если необходимость в нем отпадала, он телепортировался в отряд Мирослава Кроужека. А сегодня что-то подсказывало Кепке, что все наоборот: это не Шеель узнал о какой-то заминке у чехов, а там узнали, что отряду Шееля нужна отсрочка. Ларс всегда говорил, что держит с Координатором постоянную связь, но Хорст ни разу не слышал разговора командира с Координатором: Шеель, вооружаясь рацией и мобильным, адаптированным к спутнику телефоном, около десяти вечера уединялся. Но разговаривал ли он с Координатором действительно, Кепке не знал.

«Черт его знает… Может, просто делает вид», – думал он.