Рок-н-ролл со смертью - Борис Седов

Самолет набрал высоту, и только теперь для Маши стал очевидным факт, который раньше воспринимался со смехом: она летела в Соединенные Штаты.

Пересадка в Ганновере случилась, как случается короткое приятное забытье между двумя днями яркого праздника. «Боинг» опустился на ровную как зеркало посадочную полосу аэропорта, в динамиках салона послышалась сначала привычная слуху Маши речь на английском, потом этот же голос на немецком говорил что-то насчет Seelenfrieden [22] .

Потом в ресторане они с Мартыновым выпили по чашке кофе и вдоволь наслушались болтовни на языке Гёте, доносящейся со всех сторон – Андрей подмигнул ей: «То ли еще будет!» – и вот они снова поднимаются по трапу на борт авиалайнера с упрямым, выступающим затылком на фюзеляже.

Она летит в Америку…

Скажи ей кто-нибудь об этом месяц назад, она с истомой потянулась бы, улыбнулась и сказала: «Хорошо бы…» Но теперь, когда «Боинг» германской авиакомпании нес ее строго на запад, происходящее уже не казалось ей сном.

– Я совсем не знаю, как вести себя там, – сказала она, поняла, что сказала смешное, и рассмеялась.

Улыбнулся и Мартынов. Он вспомнил времена, когда мучился теми же проблемами.

Если бы стюардесса, с этой своей резиновой улыбкой проходящая мимо, была более внимательна, она обязательно заметила бы, как в глазах пассажира, предъявившего билет на имя Desnin, сверкнул огонек. В Мартынова и впрямь вселился бес. Машина непосредственность позабавила его, и он решил преподать ей урок, пока девушка не опустилась на землю самой демократической страны в мире.

– Тебе, как человеку порядочному, нужно себя вести так, чтобы всем было видно, что ты человек порядочный, – промолвил он, стараясь выглядеть убедительно и серьезно. Если бы Маша не была очарована происходящим вокруг, то и она заметила бы блеск в глазах Мартынова. – На самом деле это невероятно трудно, но является единственным способом уберечь себя от неприятностей. Мне было труднее. С моим послужным списком приходилось выполнять задачу двойной сложности – быть тем, кем я есть в России, и одновременно следовать предписаниям законов США. Блатной мир Америки не склонен к сантиментам. Он не страдает и хорошей памятью. А потому, чтобы быть своим для американских жуликов, коими являются все до единого представители «Хэммет Старс», и в то же время оставаться самим собой, мне приходилось играть определенную роль.

– Тебе играть ничего не нужно, – на лице Мартынова снова появилась улыбка. – Тебе просто следует запомнить шесть основных правил поведения на улицах и в помещениях США. И тогда даже русской женщине открыты все двери. Остальное сделают деньги.

– Вот как? – удивилась Маша. – Шесть правил – и я своя?

– Я думал, ты спросишь, где тебе взять денег! – рассмеялся Мартынов.

– У меня их много, – подумав, ответила женщина, – что-то около десяти миллионов. Зачем ты выбросил кейс и рассовал бумаги по карманам?

– Чем меньше тяжестей в руках, тем лучше.

– Так что же это за правила, мой дорогой гид по дорогам Америки?

– Запомнить их невероятно просто, но каждый день соблюдать – очень тяжело. Срабатывает русский менталитет. Итак, правило первое: как вести себя в гостинице.

В гостиничном душе, воспользовавшись полотенцем, бросай его на пол. Если повесишь его на крючок, тебе не принесут свежего.

Не оставляй в номере на тумбочке часы, деньги или косметику. Прислуга в гостиницах часто из стран Азии, где считается, что все оставленное постояльцем в номере на тумбочке является подарком для прислуги.

Чаевые портье, швейцару и горничной надо подавать в виде купюры, переломленной пополам, и ни в коем случае не в кулаке, и не сломанной так, словно ты передаешь агентурную записку. Даже стодолларовая купюра, скатанная в трубочку, будет расценена как признак дурного тона.

Правило второе: как вести себя дома.

Никогда и никого не приглашай к себе домой, разве что в Рождество и на свой день рождения и день рождения твоих детей. В Америке не принято ходить в гости просто так.

– А когда в Америке Рождество? – наивно спросила Маша.

– Как и во всех католических странах мира – в декабре. Я не понимаю, почему в декабре, потому что достоверно известно, что Христос родился в марте, но в Америке положено соблюдать законы. А потому, если за три месяца до Рождества Христова к тебе в дом постучат и начнут петь, удивляться не нужно. Идем дальше. Как вести себя на улице.

Не вздумай попросить на улице сигарету у прохожего. В США, если ты стреляешь курево, могут сделать вывод, что у тебя нет работы и, соответственно, денег на сигареты. Американцы в таких случаях либо бросают курить, либо срочно устраиваются на работу. Человек без работы вызывает в Нью-Йорке и остальных городах раздражение и опаску.

– Опаску – понятно, – пробормотала Маша, – а почему раздражение?

– Видишь ли, милая… – Мартынов пожевал губами, подумав, как лучше смоделировать ответ. Кажется, он говорил серьезно: – Американцы – идиоты.

Страдая комплексом развитой демократии, они, не подозревая, что этой демократией могут воспользоваться умные люди, например из России, сами способствуют тому, чтобы их обманывали. Я знаю одну русскую семью из Омска. Они развелись.

– Боже мой…

– Только не надо упоминать Всевышнего в этой связи, – предупредил, улыбаясь, Мартынов. – Они развелись, чтобы получать ежемесячное пособие для одиноких в размере 500 долларов. В дополнение к этому платят за квартиру по низшим расценкам. Они снимают квартиру на Манхэттене, и плюс к этому он подрабатывает мусорщиком. Ты слышала когда-нибудь, чтобы безработная семья беженцев снимала квартиру где-нибудь на Ильинке или Невском, и при этом, чтобы иметь деньги на пиво, мужик подрабатывал мусорщиком?

– Немного же купишь пива на средства мусорщика…

– Тебе нужно срочно перестраиваться на американский лад, – посоветовал Мартынов. – Мусорщики в США получают по 18 долларов в час, и очередь на эту должность стоит длиною в милю. Я сам хотел по приезде таскать мешки с улиц, но мне не удалось устроиться.

– С ума сойти.

– Продолжаем уличную версию. Никогда не вынимай из сумки кошелек и не демонстрируй наличные. По соображениям американской шпаны, у добропорядочного американца должно быть в карманах не более ста долларов на такси и прочие мелочи, остальные деньги он хранит на кредитных картах. При виде стопки денег у ограниченных американских жуликов тотчас возникает мысль, что ты человек не добропорядочный, а потому, если у тебя тиснуть кошелек, то в полицию ты вряд ли направишься. Ущерб может быть минимален, но сам факт того, что тебя взяли на «кражу с криком» где-нибудь в подворотне, малоприятен, согласись.