Бой в ливийской пустыне - Александр Тамоников

– Читал. Но у него все слишком мрачно. Впрочем, я не знаток литературы. Во Франции Достоевский и Толстой пользуются большой популярностью и по сей день.

– Значит, хочешь размяться? Засиделся в гостях у Аль Дина?

– Не отказался бы.

– Разомнешься. Еще вспоминать будешь, как хорошо было в гостевом доме Мухаммада, с кондиционером, душем, всеми удобствами.

– Возможно, но это будет потом, а сейчас сидеть в этой благоустроенной клетке, скажем так, неуютно.

– А я с удовольствием приму душ и высплюсь.

– Понятно, вы же работали.

– Всем здесь найдется работа, Хакер, не переживай! Завтра в девять быть на связи с Москвой.

– Я все понял, командир, повторять не надо.

– Повторение, Хакер, да будет тебе известно, мать учения.

– Слышал об этом.

– Вот и хорошо. Я к себе.

– Приятного отдыха, командир!

– Тебе того же.

На следующий день, в среду 20 июня в 9.5 °Cедов зашел к Лерою:

– Доброе утро, Хакер!

– Доброе, командир. Как отдохнули?

– Прелестно. Выспался на несколько суток вперед.

– А я не мог уснуть.

– Что такое? Не заболел ли?

– Да нет, просто не мог уснуть.

– И часто такое бывает с тобой?

– Этой ночью впервые.

– Плохой признак. Надо проконсультироваться у специалистов.

– Вы имеете в виду спецов Аль Дина?

– Я имею в виду специалистов Совета.

– Где они, а где мы.

– Так у тебя твой волшебный чемодан с собой. Используй его. Да, кстати, время выхода в эфир. Спутниковая станция готова?

– Так точно.

Лерой взглянул на часы:

– Еще минута.

– Начинай набор номера.

Французский капитан набрал номер генерал-полковника Белоногова:

– Центр? Хакер! Здравия желаю… Благодарю… Так точно, на месте… передаю.

Лерой протянул трубку Седову.

– Доброе утро, Дмитрий Сергеевич.

– Здравствуй, Валера. Сначала свежие разведданные. По базе у Эль-Азизии. Низар Аль-Галади держит товар в небольшом лагере в трех километрах от города. Более подробную информацию тебе даст Аль Дин.

– Аль Дин? – удивился Седов.

– Да. У него работает свой человек в окружении Аль-Галади.

– А где у Мухаммада нет своего человека?

– Это ты у него спроси. Теперь задача. Совместно с Аль Дином спланировать и провести мероприятия по имитации попытки установления контроля над базой Аль-Галади. Охрана объекта должна вас увидеть. В дальнейшем следует разгромить эту базу. Но… не силами отряда.

– Лагерь у Эль-Азизии должны атаковать люди Аль Дина?

– Нет! Другое формирование повстанцев.

– Ничего не понимаю.

– Аль Дин введет тебя в курс дела. Потребуется встреча с представителем указанного формирования, встречайся, я разрешаю.

– Что нам даст разгром базы Низар Аль-Галади?

– Выход на главную базу. Вчера из Кандагара в Пакистан выехал Ален Бретон в сопровождении наложницы Мусаллаха Элизы Клодель, ставшей с подачи Хайруллы любовницей Бретона, и небольшой охраны. По данным разведки, Бретон с любовницей направляются в пригород Исламабада, где ему должна быть сделана пластическая операция.

– Даже так? Значит, Мусаллах по-серьезному решил использовать Бретона. Не для того он оплачивает дорогую операцию, чтобы пропавший без вести сотрудник ЦРУ мог спокойно вернуться к мирной жизни весьма обеспеченным человеком.

Генерал согласился:

– Верно. Скорее всего Бретон, с измененной внешностью, под другим именем и должен будет доставить «Эфу» на основную базу в Ливии. Более надежного курьера Мусаллаху не найти. Бретон повязан с ним кровью, и Хайрулла всегда сможет сдать его.

Седов поинтересовался:

– А этой, Элизе, тоже будут менять внешность?

– Не исключено, на ее сопровождении настоял сам Бретон. Возможно, у него проявились чувства к мадемуазель Клодель. Тогда ей также должны сменить имя, сделав новые документы. Чтобы и далее находилась при любовнике.

– Как я понял, все движения Бретона находятся под плотным контролем Службы внешней разведки?

– Ты не хуже меня понимаешь, насколько хрупок этот контроль. Но пока, по данным, что я получаю из СВР, разведка ведет его плотно. В Пакистане также готовы принять его.

– А сколько дней потребуется, чтобы Бретону сделали операцию и он оклемался после нее?

– Наши спецслужбы утверждают, что при работе высокопрофессиональных хирургов и создании всех условий реабилитации Бретон, или кем он станет, уже через неделю сможет вернуться к полноценной жизни. Во всех смыслах.

– Ну, насчет профессионалов в области медицины у талибов проблем нет. У них хватит средств нанять любых пластических хирургов любой страны. И сделать это скрытно. Вот только, думаю, специалистам этим уже не суждено будет вернуться домой.

– Да! Я тоже думаю, что операцию проведут втайне и свидетелей ее среди медперсонала и лиц, организовавших операцию, талибы не оставят. Но это нас не касается. В общем, ты работай вместе с Аль Дином, по базе у Эль-Азизии, как только станут ясны планы Мусаллаха по Бретону, я сообщу о них отдельно. Дополнительно уточню и последующую задачу.

– Значит, я должен продолжать действовать в Ливии в тесном контакте с Мухаммадом Аль Дином?

– Да.

– Но вы представляете, сколько вопросов мне придется уточнять с вами? Это, практически, постоянно быть на связи.

– Я разрешаю тебе принимать решения совместно с Аль Дином без дополнительных согласований.

– Вы удивляете меня, Дмитрий Сергеевич.

Слышно было, как генерал усмехнулся:

– Ты поговори с Мухаммадом. Уверен, после разговора ты перестанешь удивляться. И сомневаться в чем-либо, точнее, в рамках, естественно, проводимой на данный момент операции.

– Я все понял!

– В случае необходимости на связи Трепанов. Я ближайшие дни буду занят в «Совете шести».

– Есть!

– Работай, Седов!

– И хотелось бы ответить, что от работы кони дохнут, да безделье гораздо хуже. Работаю.

– Удачи. Отбой!

– Отбой!

Седов передал трубку Лерою.

– Что-то не так, командир? – спросил французский капитан.

– Почему ты так решил?

– Вид у вас, извините, такой, словно вам стало известно об измене собственной жены. Одним словом, задумчиво-растерянный.