Жесткая рекогносцировка - Лев Пучков

Возможно, я погорячился. Даже ведь возражать Не стал, сразу начал детали уточнять, обсуждать технические вопросы...

Короче, я долго думал и решил это делать в одиночку. Никого из отделения привлекать не стал. Вообще решил, что моим людям не нужно знать об этом. Нет, понятно, что он мерзавец. Но правильно заметил генерал: это наш мерзавец. Не знаю, как отреагируют ребята из моего отделения, когда я скажу, что мы идем убивать сотрудника. Я знаю их не очень долго, чтобы на сто процентов поручиться за каждого. Люди ведь неглупые, могут возникнуть нездоровые ассоциации. Из серии «...сегодня — мы его, завтра кто-нибудь из своих точно так же — нас...»

Так что подумал: не стоит экспериментировать, это может привести к самым непредсказуемым последствиям.

После завтрака получил у спецов табельный «ПМ» с одним снаряженным магазином.

— Зачем тебе эта пукалка? — Разуваев со значением посмотрел на меня (я в первый раз за все время получал оружие «на вынос»). — У нас тут есть чем экипироваться, ты только намекни, в каких условиях работать собираешься...

— Верно заметил — собираюсь работать. Стрелять не собираюсь. Это так — для поддержки штанов.

— Ну-ну...

Я и в самом деле не собирался стрелять. Генерал попросил: «...чтобы это выглядело по возможности естественно...». А когда человеку всаживают пулю в башку, согласитесь, это не совсем естественно. Богатырем Исаев не выглядит, так что вариант с «нечаянным спотыканием» подобрать можно.

Потом наведался в НТО. Без особой, впрочем, надежды: никто из нас к ним еще не обращался, что они умеют — никто не знает. Может, они, как обычные эксперты в отделах, будут «стволы» в трубу отстреливать, пули идентифицировать да разные анализы изучать.

Объяснил, что мне надо. Надо мне электромагнитный номерной замок на дверях подъезда открыть. Набирать наобум коды квартир и хриплым голосом бурчать в домофон «забыл ключ!», придерживать выходящей бабульке двери (а они здесь все — «чекистки»), вообще как-то проявлять активность возле подъезда мне стоило только в самом крайнем случае. Тем более красть у кого-то ключи с брелком от подъездной двери. Если следствие будет, такие интересные факты всплывут быстро, а хотелось бы как-нибудь обойтись без этого.

Мне нужно войти быстро, «в одно касание». Других вариантов я не допускаю. Если не получится, буду быстро искать местечко попроще.

Начальник отдела Виталий уточнил, что это за замок. Я объяснил — накануне интересовался, да и особых новаций там не было, стандартный замок, как и на сотнях других подъездов, может, даже одна фирма их здесь ставит.

— Не вопрос, — сказал Виталий. — Тащи зажигалку с пьезоэлементом. Лучше в металлическом корпусе.

У меня зажигалки нет вообще никакого типа — я не курю. Пошел трясти наших куряк. Нашел зажигалку в металлическом корпусе, с откидной крышкой и суровым названием «Tiger» и, клятвенно пообещав вернуть, потащил в НТО.

Оказывается, угадал.

— То, что надо, — одобрил Виталий. — Следи за руками...

Двенадцать секунд работы — зажигалка трансформировалась в универсальную отмычку для электромагнитных замков.

— Держи свою «гаджетину». Открывает все замки такого типа, что ты описал. Если не мочить и не швырять об пол, будет работать безотказно...

Я внимательно следил за руками мастера, думаю, что теперь сам могу такую «отмычку» сделать. Ввиду явной простоты процесс трансформации и принцип действия оглашать не буду, иначе все восьмиклассники с пивом и сигаретами тут же попрутся в чужие подъезды, а фирмы, выпускающие системы коллективной безопасности, подадут на меня в суд.

На всякий случай взял у них плоскогубцы и полотно по металлу и поехал опробовать «гаджетину». Машину поставил, прогулялся пешочком по прилегающему к месту предстоящей акции району. Без какого-либо отбора, наобум, попробовал открыть несколько запертых на номерные замки дверей в подъездах, возле которых не было людей.

Работает. Замки открываются одним щелчком. Единственно — надо очень проворно дергать дверь за ручку. Удержание ригеля происходит буквально полсекунды, потом он отщелкивает обратно.

Уфф... Ну, пора на место происшествия. Наверное, не совсем правильно назвал: место происшествия — это когда там уже что-то случилось. Просто так привычнее. В общем, пора отправляться в район расположения художественной студии. Времени осталось не так уж и много, надо провести рекогносцировку.

Студия располагается в трехподъездном четырнадцатиэтажном доме, фасад которого выходит на набережную Волги. Художники-"передвижники" выкупили на верхнем этаже среднего блока две квартиры и оборудовали себе гнездышко для работы и черт знает еще чего. Внутри никто из наших не был, но когда добывали информацию, общались с местными жителями. Один соседский дед пожаловался: чтобы сделать панорамные окна с видом на Волгу, «гомики проклятые» раздолбали на своем этаже всю несущую стену. Теперь всю середину четырнадцатого этажа занимают две огромные продолговатые линзы с голубоватым отливом. Если смотреть с другого берега или проплывающего по реке прогулочного теплохода, кажется, что дом надел солнцезащитные очки. Вот уж точно — «...я художник, я так вижу...»!

Выставляются художники исключительно «местно», никуда свои шедевры не возят, продаются весьма вяло... А дела у них тем не менее идут неплохо. Цены на квартиры здесь почти сопоставимы с московскими, да и каприз этот — «очки», думаю, влетел им в копеечку...

Машину я оставил у соседнего дома, взял большой пластиковый пакет с заблаговременно приготовленной имитацией, вошел в подъезд «в одно касание»... Но нарисовался. У подъезда на лавках бабки сидят, щебечут, на Волгу любуются, тут же рядышком две молодые мамаши с колясками, лясы точат, чуть ниже (здесь набережная ступенчатыми уступами спускается к воде) несколько юных оболтусов на роликах катаются.

Ничего, это не смертельно. Ничего запоминающегося я не сделал (с замком не возился, вопросов не задавал, вошел как хозяин), а по внешности прицепиться не к чему. Я «серый», говорил уже. Если потом и вспомнят, что накануне кто-то незнакомый заходил в подъезд, так ведь и описать его толком не смогут. Ни одной особой приметы я им не подарил.

Имитация: два пакета поменьше, набитые травой. Замечено: в провинции незнакомый человек, который входит с вещами, привлекает меньше внимания, чем без ничего. Внимание рассеивается, распределяется равномерно, если человек невзрачный и ничем не примечательный. Два объекта — вещи и человек. Если вещей нет, все внимание сосредоточивается на человеке. А так — к кому-то пришел, чего-то принес. Интересно, чего это он тащит? Общественное сознание окраины не успело перестроиться: люди в провинции больше боятся воров, чем террористов. Вот если бы зашел пустой, а вышел с вещами — тогда бы точно без раздумий в милицию позвонили. А что он может бомбу пронести — это вряд ли, у нас такого случиться не может, кому мы нужны...

На последний этаж я поднялся пешком. Лифт — ловушка. Если надо сделать что-то срочное-важное и здоровье позволяет, лучше не рисковать. Шанс застрять сравнительно невелик, но он присутствует и нельзя им пренебрегать. Кроме того, лифт лишает свободы маневра. Бывает ведь так, что приехал на этаж, выходишь из лифта — и нос к носу с каким-нибудь старожилом. Контакт. А поднимаешься по лестнице — всегда можно послушать, что творится в блоке, избежать встречи, вообще, как-то сманеврировать.