Имя приказано забыть - Сергей Самаров

С первой встречи, прошедшей не слишком тепло и не холодно, Абу Обейда не потребовал от Доусона разговора наедине. Это естественно, и, если разговор в самом деле предстоит серьезный, он не может состояться сразу, с разбега… И Дэвид не включал запись. Но стоит присматривать за обоими внимательно, чтобы не пропустить момент. Полковник, если ему самому необходим серьезный разговор, слишком опытен, чтобы удаляться для него в сторону и тем самым привлекать к себе внимание. Он даже, по привычке разведчика быть всегда неприметным, а вовсе не по какому-то умыслу, превратит в него обычную болтовню во время марша. Несколько слов с одной стороны, несколько слов с другой – вперемежку с разговорами о погоде, и все. И никто ничего не заподозрит.

* * *

Обейда выглядел по-восточному невозмутимым и загадочным и выказывал достоинство, приветствуя полковника Доусона, прижимаясь щекой к его щеке. Но полковник сразу почувствовал настороженность своего бывшего ученика. Доусон не сильно ломал себе голову над тем, зачем он Абу Обейде понадобился – подойдет время, все прояснится, однако тот, опять же с восточной мудростью, не поспешил сразу выложить свои карты на стол. Впрочем, полковник и не ожидал иного.

Конечно, за годы, которые они не виделись, Абу Обейда изменился. Из горячего страстного, не умеющего управлять собой и яростью юноши он превратился в серьезного и, кажется, мудрого командира. Наверное, достаточно мудрого и умелого, если он до сих пор жив и воюет, когда война практически окончилась. Надо суметь в такой обстановке сохранить значительные силы, как это сделал Обейда, когда в местных отрядах уже превратившихся, по сути дела, в маленькие группки, осталось в основном по три-четыре человека. Абу Обейда словно бы ждал своего случая здесь, на территории России, и дождался, когда ему предложили миллион долларов. Даже для большого арабского мира, богатого нефтью, это большие деньги. А для малого, куда входят такие страны, как родина Обейды, это вообще неслыханное богатство. И Обейда своего упустить не желает… Полковник готов помочь ему в обмен на встречную помощь, тем не менее условие, согласно которому обязательным было присутствие Доусона, пока непонятно.

– Как обстановка вокруг? – поинтересовался полковник, не тратя время на посторонние, не касающиеся дела разговоры.

– Как везде в Ичкерии – трудная.

– Это мне ничего не говорит. – Доусон строгим голосом показал, что он по-прежнему считает себя здесь старшим и отвечать ему требуется конкретно.

Обейда, кажется, понял это.

– Меня никто не преследовал. Хотя я боялся, что преследование может быть. Должно быть, слухи поползли об оплате. – Он бросил короткий, но выразительный взгляд на Завгата, о чем-то разговаривающего со своими бойцами, и тихо посмеивающегося. Полковник этот взгляд уловил, и чуть заметно кивнул. – Кроме того, мне сообщили, что известными вам событиями сильно заинтересовались китайцы. В горах появилась группа китайского спецназа, но сам я спецназовцев не видел и в контакт с ними не вступал. Если до китайцев дойдет слух о нашем интересе, они наверняка проявят желание помешать нам.

– Китайцы или еще кто-то… Короче, нам в Тбилиси уже пытались помешать. Возможно, это были китайцы. Они стреляли по нашей машине. Капитан Дэн убил одного.

– Лучше было бы, если бы он убил всех, – проворчал Абу Обейда.

– Но у меня нет гарантии, что это китайцы.

– Лучше, если бы это оказались они.

– Чем лучше?

– Если это не китайцы, значит, есть еще какая-то сила, которая стремится нам помешать. И сила нам неизвестная. Это опасно.

– Если так рассуждать, я могу согласиться. Я могу даже пожелать, чтобы это были китайцы. Мы ждем сообщения. Дэвиду позвонят.

– Да, я жду звонка, – согласился Дэн.

– Значит, они знают о вашем приезде. – Обейда задумался. – Стоит ждать неприятностей. Я на всякий случай собрал всех своих людей. Четырнадцать человек вместе со мной здесь, и еще пятнадцать ждут в стороне. Они блокируют китайцев, если те появятся. Мы блокируем их, если они появятся с другой стороны. Надо еще занять людей Завгата… Оставим их, пожалуй, охранять этот проход.

– Завгата я планировал отправить на аэродром, откуда самолеты будут взлететь.

– Это далеко?

– В Волгоградской области, – подсказал капитан Дэн.

– Бесполезно. Их поймают раньше, чем они из Чечни выберутся. Лучше не рисковать. Да Завгат и сам туда не поедет.

Полковник переглянулся с Дэвидом. Тот соглашаясь, кивнул. От затеи с аэродромом следует, пожалуй, отказаться.

– Ладно. Тогда не будем терять время. Испытания начнутся…

– По моим данным, – сказал капитан Дэн, – завтра около двух часов дня. Нам еще предстоит выйти на место, подыскать площадку и расставить оборудование.

– Еще один важный момент, о котором вы забыли.

– Что еще? – спросил полковник.

– Оплата.

Капитан Дэн, не говоря ни слова, протянул Обейде сумку.

– Здесь половина. Можешь не считать. Вторую половину, как договаривались, получишь по окончании дела в Тбилиси.

– Тогда не будем терять время, – приняв сумку и крепко вцепившись в ручку, решил Абу Обейда. Завгат!

Чеченец подошел.

– Ты со своими людьми останешься здесь охранять проход. Если появятся китайцы, примешь бой – проход перекрыть нетрудно, но обязательно сообщи нам. – И он протянул ему коротковолновую радиостанцию. – Дальности связи должно хватить. Если связи не будет и китайцев будет много, тихо отходите в другую сторону – уводи их за собой и пошли человека, чтобы он постарался нас найти. Ты знаешь, где мы будем.

* * *

В марш вышли сразу, только поправив тяжелые рюкзаки за плечами. Первыми пошли люди Обейды – пара разведчиков, за ними остальные. Американцы вместе с Абу Обейдой заняли места в середине отряда, при этом боевики с явным неодобрением посматривали на Клер Такуа, идущую налегке, если не считать большой палки, которую выломал ей в лесу Дэвид, чтобы было на что опираться при необходимости, как на посох.

– Я двух человек уже выслал вперед, для соединения со второй группой, – сообщил йеменец. – Они проверят тропу. Хотя дорога должна быть и без того безопасна.

– Долго нам идти?

– Практически до рассвета. В пути сделаем два коротких привала.

Втянувшись в ритм марша днем, американцы никак не могли привыкнуть к ночному маршу через заросли и камни. И приходилось очень стараться, чтобы не отстать от тренированных наемников Обейды. За час дошли до второго прохода, соединяющего основное ущелье уже с новым.

– Здесь отдыхаем, – распорядился Обейда, усаживаясь на камень.

И что-то сказал своему человеку. Тот сделал знак другому, и пара разведчиков, понимая свои обязанности с полуслова, двинулась назад, чтобы организовать охранение на случай возможного преследования.