Оперативник с ИИ. Том 2 - Рафаэль Дамиров

Щёлк.

Затвор встал в заднем положении, на задержке.

А это значит, что патроны кончились.

Чёрт. Я расстрелял весь свой восьмизарядный магазин. В окно палил по колесам на трассе, а теперь… Но у меня есть ещё запасной.

Смена магазина.

Рука нырнула в кармашек кобуры. Выдернула запасной магазин. Большим пальцем я уже нажал кнопку сброса — пустой магазин выпал на землю. Новый в секунду встал в рукоять.

Оставалось нажать на кнопку затворной задержки. Еще мгновение и…

— Осторожно! — крикнула в этот момент Иби.

Горящий человек замахнулся железякой.

Я не успевал на какие-то доли секунды.

Бах!

Выстрел раздался за моей спиной.

Пуля вошла в глаз монстра. Из глазницы брызнуло, железяка повисла в его руке, опустилась, едва не зацепив меня.

Бах!

Вторая пуля пробила горло.

Бах!

Третья — лоб.

Горящий человек рухнул на камни. Уже, наверное, был мёртв, когда падал.

Я резко обернулся.

Петя стоял с пистолетом в вытянутых руках.

И это был не табельный ПМ. Модель какая-то явно нестандартная.

Он не улыбался. Лицо серьёзное и сосредоточенное.

— А… ты чего? — вырвалось у меня.

— Я тут тебе помог немного, Егор, — сказал он, убирая пистолет.

— Спасибо… — всё ещё слегка обалдело ответил я.

Я посмотрел на оружие в его руке.

— Ну, рассказывай, Коровин. Кто ты у нас такой?

— В каком смысле? — удивился он. — Я? Перевёлся из участковых…

— Ага, я понял, да, — я вытер пот, лившийся со лба от жара и напряжения. — А что за пистолет у тебя?

— Да, это я изъял в своё время, — спокойно сказал Петя, но снова с фирменной улыбочкой беззаботного пионера. — Приберёг на чёрный день. Да, Егор, я знаю, так делать нельзя, но уж больно понравился этот пистолет.

Я посмотрел на него внимательно. Задержал взгляд и только потом заговорил:

— Понравился, ага. И что ты мне тут заливаешь, Пётр? Бутылку ты тогда швырнул в лобовое, когда меня пытались вкатать в землю на «Жигулях». Не случайно ведь. На осмотре в квартире у Эбеля ты чётко выдал версию про отрубленные пальцы. В актовом зале наступил Пантелееву на ногу — я тогда подумал, случайность. А теперь понимаю, ты проверял реакцию. И да, я навёл справки. Никакого участкового Коровина у нас нет.

Он выдохнул.

— Я и не сомневался в тебе, Егор. Ну теперь уже можно рассказать. Ты свой. Наше ведомство давно разрабатывало Кольева и его махинации.

— Я уже понял… Только скажи, а зачем тебя приставили именно ко мне?

— Признаться, поначалу мы и тебя подозревали. Ты слишком активно копал. Слишком близко подошёл к проекту «Селена». Думали, можешь работать на третью сторону.

— Из какого ты отдела? — спросил я.

Он помолчал секунду.

— Управление по кибербезопасности.

— Не слышал о таком.

— И не должен был. Это закрытое структурное подразделение ФСБ. Курирует технологические угрозы и внутреннюю диверсию через высокие технологии. Формально нас не существует.

Я присвистнул.

— И вы знали про Селену?

— Знали, что ведётся некая разработка. Но не знали масштабов. А потом получили информацию, что иностранные спецслужбы пытаются завладеть материалами.

— Какими именно?

— Искусственный интеллект.

Я кивнул, а ФСБшник продолжил:

— Мы знаем, что есть биологический прототип. Но не понимали, как он работает. И неизвестно, где он сейчас.

— Прототип у Разумовского, — сказал я.

Петя посмотрел на меня без удивления, потом спокойно кивнул.

— Мы тоже пришли к этому выводу.

— Ну, конечно, — резко хмыкнул я, а потом повёл рукой в сторону останков автомонстра. — И что дальше?

Он перевёл взгляд на догорающий остов броневика.

— Дальше, Егор, игра продолжится. Разумовский будет сегодня арестован. Надеюсь, все закончится.

— Наверное, теперь Селена уничтожена, она была внутри Пантелеева, — сказал я. — А он мертв. Всё кончено.

— Егор… — тихо и с удивлением произнесла Иби. — Селена не уничтожена.

— Как это? — я не сдержался, проговорил это вслух. — Это невозможно.

— Я тоже так думала. Но я до сих пор чувствую её.

Я посмотрел на обугленный труп. Нет, теперь уж он точно мертв, мертвее не бывает.

— Это что получается? Пантелеев не был единственным носителем?

Я замер от осознания.

— Получается, не был. Он действительно отвлекал. И нас тоже. Спецназ, полицию, всех. Чтобы основной носитель смог уйти из города.

— Кто, черт возьми, этот основной носитель?

Кулаки сжимались сами собой. Хотелось отбросить бесполезный теперь пистолет и бежать, продолжая погоню — пешком, если надо.

Но за кем?

— Я не знаю.

— Думай, Егор, думай, — пробормотал я сам себе.

И вдруг меня осенило.

— Я знаю, кто это! Тот, кто приказал Пантелееву убить Кольева прямо на демонстрации.

— Но зачем ему это? — спросила Иби.

— Не ему. Ей. — Я почувствовал холод внутри. — Она хочет большего. Не просто внедрения в МВД. Она хочет распространиться по всей стране, по всему миру. Убрав Кольева, она избавилась от человека, который собирался использовать её локально. А теперь у неё совершенно другой план. Гораздо более масштабный.

— Какой?

— Есть предположения пока только…

Я посмотрел на Петра.

— Кто ещё покинул город сегодня, из тех, кто был у вас в разработке? Какие самолёты вылетели? Международные рейсы были?

Иби уже считала.

— Есть один рейс. Чартер. Но он завтра.

Я почувствовал, как внутри всё сжимается.

— Нет, Петя, мы не закончили. Мы только начали.

* * *

Подполковник Еремеев подъехал к кромке леса на берегу реки на служебной машине. Место было выбрано не случайно — просёлочная дорога, густой сосняк, вокруг ни души. Хорошее место для встречи, о которой не должны узнать.

Он заглушил двигатель, вылез из автомобиля и нарочито громко хлопнул дверью. Дал понять — он на месте. Тот, с кем ему предстояло встретиться, мог уже скрываться где-то в кустах и наблюдать.

Еремеев закурил, прикрывая огонёк ладонью от ветра. Сигарета тлела нехотя, но он затянулся и выпустил дым, осматривая опушку.

В этот момент на просёлке показалась неприметная бюджетная малолитражка.

Машина остановилась на поляне, из неё вышел Разумовский.

— Вы, как всегда, точны, — сказал Еремеев, усмехнувшись и демонстративно взглянув на смарт-часы. — Однако, я так понимаю, ждём третьего участника нашего, так сказать, совещания?

Он протянул руку. Разумовский подошёл, но на жест не ответил.

— Да. Ждём.