Якудза из клана Кимура-кай - Геннадий Борчанинов

— Бедняжка, — протянула она участливо. — Что у вас за работа такая…

— Такая вот… — вздохнул я.

— Ну иди, отдыхай, — сказала она.

Именно этим я и планировал заняться. Подремать пару часиков, а потом привести себя в порядок перед важной встречей.

Я ушёл в свою комнату, закрылся, завесил шторы.

Пистолет пришлось сунуть под подушку, прятать его в бачке смысла я не видел, во всяком случае, пока что. Завёл будильник просто на всякий случай, а потом рухнул спать. Вечер обещал быть непростым.

К такой встрече стоило подготовиться, так что я не стал валяться до самого вечера, проснулся примерно к обеду. Даже не по будильнику, а благодаря аппетитным запахам, доносящимся с кухни. Там что-то шкворчало, шипело и бурлило, так что я продрал глаза, чувствуя, как желудок сжимается от голода.

Выперся наружу в домашнем, в пижаме, хищно принюхиваясь к ароматам домашней еды.

— Выспался? — улыбнулась мне мать.

Она, пользуясь перерывом, листала каналы по телевизору, и я, наверное, впервые увидел её бездельничающей.

— Более-менее, — сказал я.

— Как новая работа? Нравится? — спросила она, поднимаясь с места, чтобы наложить мне поесть.

Я не знал, что ответить. По правде говоря, мало кому понравится жизнь якудза. Не та, показная, сторона с походами по барам и катанием на дорогих тачках, а настоящая. Изнанка всей этой роскоши и понтов, с ежедневными стрессами, конфликтами, сборами дани, беспрекословным подчинением боссу и так далее. Пожалуй, только тому, кто другой жизни и не видел и слаще редьки ничего не едал.

— Нормально, — ответил я, пожав плечами.

— Норма-а-ально, — передразнила она. — Как отец же, тоже ничего не скажешь по существу.

— Так я работать только начал, что я по существу могу сказать? — посмеялся я.

— Ну… Тоже верно, — сказала мать. — Кушать будешь? По глазам вижу, голодный.

Отказываться не стал, для того и вышел, собственно. Госпожа Кимура вновь приготовила обед из нескольких блюд, и я пододвинул к себе тарелку с гречневой лапшой и жареным тофу. Мать села напротив, тоже принялась за обед.

Идеально, переговоры всегда проходят лучше, если вести их на сытый желудок.

Я дождался, пока она перекусит, сам тоже опустошил тарелку, перешёл к закускам из нарезанных овощей.

— Я хочу переехать, — сообщил я.

— Вот как, — удивлённо хмыкнула мать, замерев с палочками в руке.

— Да. Поближе к работе, за речку, — сказал я. — Я уже взрослый, пора из родительского гнезда выпорхнуть.

— У нас пока нет денег, чтобы снять тебе квартиру, Кадзуки-кун, — задумчиво произнесла она.

— Я же работаю, — пожал я плечами. — Моей зарплаты хватит. Тем более, я же не в Гиндзе хочу снимать.

— Ещё бы, — усмехнулась мать, и я понял, что она в принципе не против, а возражает только потому что так надо. Чтобы не показаться плохой матерью.

Уделили немного внимания обеду, помолчали.

— Надо обсудить это с отцом, — сказала она чуть погодя.

— Не думаю, что он будет против, — сказал я. — Да и Юрико-тян тоже.

— Ох, Кадзуки-кун, как быстро ты повзрослел… — вздохнула она. — Вроде вот, совсем недавно, за юбку хватался, не хотел в детский сад идти…

Я пожал плечами.

— Кейташи-кун повзрослел ещё быстрее, — упомянул я старшего брата.

— Ой, не смеши меня! — воскликнула мать. — Он и шнурки только к выпускному научился завязывать! Одно хорошо, что умненький, отличник, а в остальном-то дитя дитём!

— Он, кстати, звонил? — спросил я.

— Когда… В выходной звонил… Ты где-то пропадал опять. У него всё хорошо, учится, — сказала она.

«В отличие от тебя», мысленно продолжил я. Кадзуки этим регулярно попрекали. Вот, мол, Кейташи молодец, поступил, а ты нет, учись усерднее, работай усерднее, иначе так дураком и помрёшь.

— Спасибо, всё было очень вкусно, — поблагодарил я, выбираясь из-за стола.

Главное, что добро на переезд фактически получено. А вопрос с деньгами и квартирой решается гораздо проще.

Я вернулся в комнату, начал потихоньку готовиться к вечерней встрече. Почистить костюм, туфли, погладить рубашку, помыться и побриться самому. Всё должно быть если не идеально, то хотя бы близко к этому. Приходить по приглашению главы организации, одетым, как какой-нибудь чинпира, это просто неуважение. А неуважения люди такого масштаба не терпят.

Долго раздумывал над тем, брать с собой пистолет или не брать. Убирал его в шкаф, снова доставал, разглядывал, прятал, потом забирал. В итоге решил перестраховаться и взять, огневая мощь никогда не бывает лишней. Особенно тут, где огнестрел вообще днём с огнём не сыскать.

Аккурат к пяти часам вечера я был готов к труду и обороне. Посмотрел на себя в зеркало, удовлетворённо хмыкнул, отмечая, что выгляжу теперь не обезьяной, а представительным молодым мужчиной. Даже я подумал бы дважды, прежде чем связываться с таким.

— Я пошёл! — объявил я.

— Куда ты? — нахмурилась мать. — Скоро Юрико-тян придёт, я думала, мы кино вместе посмотрим, как раньше.

— В другой раз посмотрим. Дела зовут, — сказал я.

— Какие дела? Пятница, вечер. Или ты опять…

— Нет, пить я не собираюсь, — сказал я, безошибочно поняв намёк. — По работе кое-что.

Она нахмурилась, но всё-таки перевязала мне галстук.

— Разве можно так стажёров гонять? — проворчала она. — У всех уже выходные…

— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Вернусь… Не знаю когда. Может и завтра.

— Что за график у вас такой… — вздохнула мать.

— Это консалтинг, в любой момент может наша помощь понадобиться, — немного слукавил я.

— Иди уже, помощник, — проворчала она.

Дорогу к станции я помнил уже наизусть и мог пройти хоть с закрытыми глазами. Солнце уже начинало клониться к западу, но ещё изрядно припекало, и на станции, кроме билета на поезд и пачки «Лаки Страйка», пришлось взять ещё и банку холодного чая, чтобы немного освежиться.

У офиса «Одзава Консалтинг» меня повстречал Хироми, который припарковался неподалёку на своей «Короне».

— Только не говори, что поедем на твоей, — усмехнулся я после того, как мы поздоровались.

— Шутишь, что ли? — не понял он. — Вон «Мерседес» оябуна.

Почти у самого входа стоял блестящий чёрный «секач», сто двадцать шестой, удлинённая версия. Настоящая классика представительских седанов.

— Жаль, «Ниссан» спалили. Так бы на двух поехали, а теперь придётся опять тесниться, — добавил Хироми.

А уж как мне жаль. Но ехать на разбитой «Короне» — несолидно. Вшестером в одном мерине — тоже, но всё-таки лучше, чем на разноцветном корыте.

— Пошли, аники, — сказал я.

В офис мы поднялись вместе. Одзава-сан и его заместитель были на месте, Накамура-сан и Такуя-кун где-то отсутствовали. Мы поклонились, поздоровались. Я взглянул на часы. Без десяти шесть.

— Ждём ещё десять минут и выдвигаемся, — хмуро сказал оябун.

Сбор был назначен в шесть, я не видел ничего предосудительного