Сахара - Клайв Касслер

– Стало быть, самое время покинуть сцену, эффектно, но с осторожностью.

– С осторожностью, это ты верно подметил.

Питт подошел к люку и осмотрел снаружи палубу, тянущуюся до кормы плавучего дома. Он прошел до ограждений и посмотрел вверх. Сквозь большие иллюминаторы салона виднелись гости в вечерних костюмах и платьях, пьющие и беспечно беседующие, в то время как прямо у них под ногами страдали двое пленников.

Питт махнул Джордино, чтобы тот следовал за ним, и они бесшумно двинулись по палубе, пригибаясь под иллюминаторами, пока не добрались до трапа. Там, прижавшись в тени ступеней, они стали всматриваться в открытое пространство наверху. Отчетливо видимый, словно в самый разгар дня, под высоко подвешенными фонарями, на фоне черного неба четко выделялся красно-белый вертолет Массарда, закрепленный на палубе, служащей крышей главному салону. Никакой охраны около него не было.

– Наш фаэтон ждет, – ухмыльнулся Питт.

– Надоело плавать, – согласился Джордино. – Если бы этот французишка знал, что оказал гостеприимство паре старых военных летчиков, он бы никогда не оставил вертолет без присмотра.

– Его оплошность – наша удача, – кротко заметил Питт.

Он взобрался по трапу, осмотрел палубу и заглянул в ближайшие иллюминаторы, выискивая признаки жизни. Обнаруженные в некоторых каютах спящие не интересовались происходящим снаружи, и на них можно было не обращать внимания. Питт тихонько прокрался по палубе, открыл дверцу вертолета и влез внутрь. Джордино вытащил клинья из-под колес и отцепил крепежные канаты, а затем последовал за Питтом, закрыл дверцу и устроился на правом сиденье.

– И что мы тут имеем? – промурлыкал Джордино, изучая панель управления.

– Судя по всему, это современная модель французской постройки с двумя турбинами «Экюрейль», – ответил Питт. – Не могу сказать, какая именно, но у нас нет времени на перевод всех этих этикеток. Так что загружай топку, и поехали.

Две драгоценных минуты ушло на запуск, а тревога все еще не поднялась. Питт освободил тормоза, и лопасти ротора начинали медленно вращаться, постепенно набирая обороты, чтобы достичь скорости вращения, необходимой для взлета. Центробежная сила заставила вертолет дрожать. Как и большинство пилотов, Питт не нуждался в переводах французских надписей на индикаторах, датчиках и выключателях, разбросанных по панели. Он и так знал, что они означают. Управление было универсальным и не представляло для него проблем.

Появился какой-то матрос и с любопытством уставился на них сквозь ветровое стекло. Джордино помахал ему и широко улыбнулся, в то время как тот застыл с нерешительным выражением лица.

– Этот малый никак не может дотумкать, кто мы такие, – сказал Джордино.

– Он вооружен?

– Нет, но его приятели, которые спешат сюда по лестнице, выглядят не очень приветливо.

– Самое время смываться.

– К взлету все готово, – твердо сказал Джордино.

Питт не стал больше ждать. Он глубоко вдохнул, поднял вертолет и на короткое мгновение завис над палубой, прежде чем опустить нос машины и добавить газу, пуская ее вперед. Плавучий дом канул вниз, оставшись гроздью огней на фоне темной реки. Теперь уже, оказавшись в свободном полете, Питт снизился чуть ли не до десяти метров и повел аппарат вниз по течению реки.

– Куда направляемся? – небрежно поинтересовался Джордино.

– К той точке, где Руди определил сброс загрязнений в реку.

– А мы идем в правильном направлении? Ведь мы обнаружили сброс токсинов в добрых ста километрах в обратном направлении.

– Просто запутываю следы для преследующих собак. Как только мы удалимся на безопасную дистанцию от Гао, я развернусь на юг, и мы полетим над пустыней, а через тридцать километров снова окажемся над рекой, в верхней части течения.

– А почему бы нам не завалиться в аэропорт, прихватить Руди и убраться ко всем чертям из этой негостеприимной страны?

– По многим причинам, – объяснил Питт, кивая на указатель топлива. – Во-первых, у нас горючего хватит не больше чем на двести километров. Во-вторых, как только Массард и его приятель Казим поднимут тревогу, малийские реактивные истребители засекут нас с помощью наземных радаров и заставят приземлиться или взорвут в воздухе. Я думаю, что этот вариант сценария займет не более пятнадцати минут. И третье. Казим думает, что нас было только двое. И чем дальше мы будем находиться от Руди, тем больше у него шансов смыться вместе с пробами.

– И все это снизошло на тебя с неба? – жалобно спросил Джордино. – Или ты связался с прорицателями по междугородной связи?

– Учитывая наши дружеские отношения, я по-соседски предрекаю тебе наше будущее, – снисходительно пояснил Питт.

– Тебе бы надо было пройти пробу на ярмарочного предсказателя судьбы, – сухо сказал Джордино.

– Но разве не я вытащил нас как из душегубки, так и с этого судна?

– А теперь мы летим, над Сахарой – пока у нас не кончится горючее. Затем бродим по самой большой в мире пустыне в поисках сами-не-знаем-чего, пока не загнемся или нас не сгноят в пыточных камерах малийских вояк.

– У тебя просто талант расписывать мрачные картины, – язвительно заметил Питт.

– Позволь мне смотреть правде в глаза.

– Ну, тогда будь по-твоему, – кивнул Питт. – Как только доберемся до того места, где загрязнения сливаются в реку, мы сразу избавимся от вертолета.

Джордино понимающе усмехнулся:

– Утопим?

– Ну, раз уж мы будем как раз над рекой...

– Только не вздумай устраивать очередной заплыв в этой вонючей воде, хватит с меня одного раза! – Джордино решительно замотал головой. – Ты еще более чокнутый, чем Вуди Вудпеккер.

– "Каждое слово – истина, каждое движение – совершенство", – весело откликнулся Питт, а затем серьезно добавил: – Все малийские самолеты поднимут в воздух на поиск этой птички. А когда мы похороним ее под водой, у них не будет исходной позиции для выслеживания и поимки беглых преступников, то есть нас с тобой. И потому последнее место, где Казим будет нас ожидать, – это на севере пустыни, где мы и будем искать токсичные загрязнители.

– Подлец, – сказал Джордино. – Но даже этого слова ты не заслуживаешь.

Питт опустил руку и вытащил из кармашка сиденья карту.

– Возьми-ка управление на себя, пока я проложу курс.

– Взял, – подтвердил Джордино.

– Поднимайся на высоту сто метров, пять минут лети над рекой, а затем разворачивайся на курс двести шестьдесят градусов.

Джордино последовал наставлениям Питта и набрал высоту сто метров, прежде чем глянуть вниз. Он едва различал поверхность реки.

– Хорошо еще, что звезды отражаются в воде, а то бы я не смог ни черта определить, куда двигаться.