Все дело в отваге - Альберт Байкалов

– Погоди! – крикнул Матвей, но было поздно. Марта уже выскочила из-за руля.

– Вы чего, совсем очумели? – раздался голос Пономаря.

Между тем мужчина наконец увидел машину и упал.

Матвей взял лежащий под сиденьем пистолет, который забрал у Черепа, осторожно открыл дверцу и вышел наружу.

– Что с вами? – Марта теребила мужчину за щеки.

Озираясь по сторонам, Матвей открыл заднюю дверцу.

– Чего остановились? – взволнованно спросил Пономарь, заподозрив неладное.

Кораблев взял сумку с лекарствами и бинтами, которую укомплектовала Марта.

– Странные у тебя здесь дела творятся.

– Какие? Что за дела? – Пономарев попытался выглянуть через спинку водительского сиденья на дорогу. Но оно было нестандартным, с подголовником, и ему это не удалось.

– Теперь воду! – потребовала Марта, расстегивая их «неотложку».

Матвей вернулся к машине.

– У него два ранения в грудь, оба навылет, – стала перечислять девушка, когда Кораблев снова опустился рядом с фляжкой в руках. – Нога прострелена… Кажется, плечо.

Пока Матвей ходил, Марта распорола раненому на животе свободного покроя рубашку, на которой, как оказалось, не было пуговиц. Она надевалась через голову. Теперь можно было угадать ее цвет. Он был салатовый. Такого же цвета и штаны.

– Тебе его одежда ничего не напоминает? – следя за тем, как Марта ловкими, едва уловимыми движениями убирает смоченным в воде тампоном с лица и тела раненого грязь, спросил Матвей.

– ОМОБ, операционная стерильная одноразовая одежда и белье, – Марта ловко разрезала майку, обнажив бледный торс. – Обеспечивает стерильность операционного поля. Он врач?

– У него наверняка пневмоторакс, – заявил Матвей, отмахиваясь от вмиг налетевших комаров и мошкары.

– Откуда такая информированность? – не поднимая головы, спросила девушка.

– В Интернете читал, – соврал он.

– Приподними его, – попросила Марта.

Матвей выполнил просьбу. Девушка сняла с незнакомца куртку, обработала рану на спине. После чего наложила на раны куски упаковки и стала бинтовать. Когда закончила, смочила ватку нашатырным спиртом, потерла мужчине виски и сунула под нос. Он открыл глаза:

– Кто вы? – тихо спросил незнакомец.

– А вы? – спросила Марта.

– Уходите, иначе вас тоже… – он облизнул губы и вновь закрыл глаза.

– Эй, товарищ! – Девушка стала хлестать его ладонями по щекам.

– Я один выжил, остальных убили, – не открывая глаз, сказал раненый.

– Кто убил? – Марта посмотрела в том направлении, откуда он шел. – Далеко убитые?

– Нет, – выдавил он. – У поворота… Справа.

– Давай его в машину, – девушка решительно взяла врача за лодыжки.

– Долгих?! – изумленно воскликнул Пономарь, когда, сдвинув в сторону баул со спальными мешками и ящик, в который были загружены консервы, Матвей втащил раненого и уложил рядом с ним.

– Вам знаком этот человек? – Матвей уставился на Ивана в ожидании ответа.

– Нет! – Глаза негодяя забегали. – Вообще-то, он раньше в городе работал…

– Короче, это один из тех, о ком ты говорил? – догадался Кораблев, доставая телефон. – Сейчас позвонишь своему помощнику и спросишь, что происходит.

– Не буду звонить, – Пономарь отвернулся. – И так знаю. Он расстрелял весь персонал больницы.

– Что? – одновременно спросили Матвей и Марта.

– Этот пес совсем с катушек съехал, – охрипшим вдруг голосом сказал Иван. – Он думает, что в регионе работает целая бригада из ФСБ.

– Кто ему мог дать повод так считать? – нахмурился Кораблев.

– Он, как зверь, опасность за версту чует, – сказал с каким-то потаенным страхом негодяй.

«Вот это новость! – удивился Матвей. – Неужели Пономарь боится своего помощника? Интересно, почему? Вполне возможно, что этот самый Рыбак и вовсе первую скрипку играет в их банде».

Они проехали пару сотен метров и снова остановились. Здесь дорога круто уходила вправо. Запахло болотом. Матвей достал тюбик с репеллентом, открутил колпачок.

– Что, не выдержал? – Марта насмешливо посмотрела на Кораблева. – Изменил своим принципам?

– Мне кажется, что, если здесь привязать человека к дереву, комары за десять минут закусают его до смерти. – Матвей выдавил немного белого, с резким запахом крема на ладонь, намазал шею, лицо, провел несколько раз уже почти сухой ладонью по волосам.

В армии они не пользовались подобными средствами. В горах даже запах мыла чувствовался за несколько десятков метров. Кроме того, при больших физических нагрузках, смешиваясь с потом, все эти препараты разъедали глаза и кожу.

– Давай спреем одежду обработаем? – предложила Марта.

– Некогда, – отмахнулся Кораблев.

Он вышел из машины и огляделся. Со слов врача, где-то здесь люди Рыбака убили его коллег.

Осторожно ступая, он вошел в лес и остановился. Прислушался. Было тихо. Лишь комары с неистовством носились вокруг него, не решаясь сесть. Двинулся дальше. Через пару десятков метров под ногами зачавкала вода. Левая нога провалилась по щиколотку в грязь. Матвей понял, что место экзекуции где-то совсем рядом, ведь у подобранного ими раненого одежда и все тело были в болотной жиже. Он повернул вправо и пошел по кругу. Наконец увидел углубления, напоминающие человеческие следы, и кровь. Очевидно, человек шел, теряя силы. Сомнений не было: именно здесь шел найденный ими врач.

Пройдя еще немного, Матвей увидел впереди лежащих в воде людей. Он осторожно подошел ближе. Двое мужчин и женщина в такой же одежде, как и раненый, в разных позах застыли в болотной жиже. Проверять, остался ли кто-то среди них живой, смысла не было. Все лежали лицом вниз. Зеленоватая вода вокруг была окрашена в алый цвет. Матвею достаточно было пары минут, чтобы установить, с какого места стреляли и куда ушли. Зеленая ряска, еще не успевшая затянуться, образовывала неширокую полосу черной воды в направлении трассы. Сокрушенно вздохнув, он отправился обратно.

Треск автоматной очереди, раздавшейся где-то совсем рядом, заставил Кораблева броситься к машине бегом. Он на ходу достал пистолет.

«УАЗ» стоял на старом месте.

– Ну, что там? – с тревогой спросила Марта, когда он рванул дверцу на себя.

– Поехали! – Матвей махнул рукой. – В больнице стреляли.

Девушка рванула машину вперед.

* * *

Николай Егорович шел первым. Осторожно ступая, он спускался по лестнице. Следом, придерживая под руки Данилу, ковыляли толстяк и седой мужчина, которого, как выяснилось, звали Руслан Геннадиевич. Оба с энтузиазмом взялись помогать «брату».