Выстрел в прошлое - Николай Чергинец

Перед тем, как отпустить дорогих гостей, князь отвел их в оружейную комнату. Оказалось, что он не забыл своего обещания подарить им оружие, «достойное настоящего мужчины», — просто он не торопился его выполнять, пока соглашение не будет достигнуто. Теперь же он с многословными похвалами преподнес им два ствола. Взамен «трофейного» «Макарова», Марат получил отличный израильский «Джерихо-941», запасной магазин и коробку 9-миллиметровых патронов к нему.

— О, «Орленок»! — обрадованно сказал Марат, поглаживая длинный ствол и убеждаясь, что глубокая рукоятка удобно сидит в руке.

— Его так зовут? — удивился князь.

— В Америке он называется «Baby Eagles» — маленький орел. А этот произведен в Израиле и носит марку «Джерихо». Это и есть 45-й калибр — наши девять миллиметров.

Марат извлек коробчатый магазин, убедился, что он рассчитан на максимальное для этой марки количество патронов — 16 штук. Затем сдвинул назад затвор, заглянул в патронник, щелкнул довольно тугим крючком. Отвел затвор и, нажав справа на ось затворной задержки, извлек ее из рамки. Снял затвор со стволом, вытряхнул из него возвратную пружину с направляющим стержнем, извлек ствол и внимательно рассмотрел его изнутри на свет — там сверкали чистотой шесть нарезов. Затем снарядил магазин, вскрыв коробку, собрал пистолет в обратном порядке, загнал патрон в патронник и перевел в безопасное положение флажок предохранителя на затворе-кожухе.

— Боец Суворов к стрельбе готов, — браво доложил он князю. — Спасибо, отличное оружие. Хорошо бы опробовать в гараже.

— Пожалуйста, дорогой мой! — расплылся в радушной улыбке князь.

Боб получил в подарок не такую дорогую импортную «волыну», а новенькую отечественную «Гюрзу», чей массивный кожух полностью скрывал внутри себя ствол.

— О, «Гюрза» — моя любимица, — обрадовался он. — Жаль, патроны у нас разные, мои длиннее на полсантиметра. Постреляем? Спасибо, Давид Луарсабович, уважил, этот пистолет по мне. Из него медведя остановить можно и по бронежилетам хорошо бить — не пробивает, но ребра ломает классно!

Постреляв внизу в импровизированном тире и оставшись весьма довольны личным оружием, они оставили на столе ненужные три «Макарова» сели в машину к Мамуке, у которого был свой непьющий шофер, чтобы вернуться после полуторасуточного отсутствия в гостиницу.

Развалившись на мягких сиденьях новенькой машины «Лексус GS», они переглянулись. Суворов демонстративно крутил в руках свой подарок, который стоил раза в три больше, чем оружие Кочарова.

— Поменяемся? — предложил Марат.

— Ищи дурака! — ответил ему Боб.

Переодевшись в гостинице, они заторопились в популярное туристическое агентство «Иверия», которое разместилось в ряду многочисленных магазинчиков напротив здания Оперы. Они проскочили под проспектом Шота Руставели по знаменитому в Тбилиси подземному переходу, где происходил непрерывный джем-сейшен непрофессиональных музыкантов. Стены, залепленные плакатами Джона Леннона, Джимми Хендрикса и «Пинк Флойд», многоцветные граффити, надписи «NOT WAR!», — все это промелькнуло перед глазами, а уши наполнились музыкой трех различных команд, одновременно игравших в переходе. К сожалению, им некогда было глазеть на посторонние забавы.

В турагентстве их немедленно принял директор, с которым они связались еще по дороге:

— Где вы пропадаете? Я ожидал вас еще вчера! — обеспокоенно вскричал он. — Миллер оборвал телефон, в гостинице ничего про вас не знают, телефон вчера целый день не отвечал.

Действительно, свои телефоны они забрали у князя только час назад.

— Ничего, Лев Давидович, зато у нас есть новости и просьбы.

— Сейчас же свяжитесь с Миллером! — закатывая глаза, потребовал старый тбилисец Лев Давидович.

«Интересно, — подумал Марат, — с какого года он завербован МИ-6?»

Боб строго спросил у тбилисского резидента МИ-6 (такое впечатление у него сложилось о должности пожилого грузина во время инструктажа у Миллера):

— Комнату давно проверяли на прослушивание?

— Мы свое дело знаем, — сказал Лев Давидович тоном, в котором читалось: «…в отличие от вас», — проверили два дня назад лучшими сканерами, готовимся к визиту как-никак.

Грузин сам набрал необходимый номер и доложил:

— Господин Миллер, они появились. Да, здесь. У меня в бюро. Даю трубку.

Марат от протянутой трубки отвернулся, поэтому ее взял Боб:

— How do you do, mister British Petroleum? («Как поживаете, господин "Бритиш Петролеум"?») — с ходу огорошил его Богуслав новой кличкой.

Тот поперхнулся от такой фамильярности, но быстро справился с собой:

— Что случилось, почему вы исчезли? Загул, как у Смирнова?

— Вы практически угадали — мы выпили вчера ведра по два их слабого винца и очень утомились.

— Напрасно, вы необходимы здесь. Объявился склад боеприпасов в районе Карабаха. Он представляет собой немалую угрозу, а потому все силы надо сконцентрировать здесь.

— Жаль, а то мы только-только побратались с местными террористами.

— Что вы несете? — рассердился господин Миллер. — У вас есть какие-то сведения?

— Вы ведете запись разговора?

— Нет.

— Включите, а то много текста и фамилий, можете не запомнить.

— Не беспокойтесь об этом.

Для начала Боб продиктовал расценки курдских представителей, назвав их имена.

— Это не очень важно, но для отчетности сгодится, — сказал Боб.

Миллер отозвался:

— Это они впрямую вам сказали?

— Да.

— Редкостный цинизм. Это все.

— Это начало. Два боевика — осетин Зураб Гасиев и русский по кличке «майор Кожан» — вчера вечером отбыли в Боржоми, отменив свое участие в теракте, который готовится в Тбилиси. По-видимому, там у них нашлась более интересная работа. С ними можно связаться через некоего массажиста Левана. Только будьте осторожны, пригласительные билеты выписаны только нам с Маратом, а в остальных они имеют обыкновение стрелять без предупреждения. Серьезные ребята…

— Я знаю, кто это, — совсем другим голосом сказал Миллер. — Неужели вы виделись с ними?

— Вчера в двадцать часов.

— Сможете опознать их?

— Да.

— Это очень ценная информация в свете последних событий. Хозяин Боржомской компании связан с делом о схроне взрывчатки. Эти люди могут появиться у нас. Срочно выезжайте в Акстафу!

— Да подожди ты, торопыга, — рассердился Боб, правда, сказав это по-русски. — Я еще не начал о важном. — Снова перешел он на английский.

— Ах да, вы сказали об их несостоявшемся участии в каком-то теракте в Тбилиси, — спохватился британец. — У вас есть информация?