Морские хищники - Александр Тамоников

К острову Юрген, восточнее которого находился морской полигон бундесвера, а по дну Балтики пролегали трубы Северного морского газопровода, постепенно введенного в эксплуатацию по инициативе правительства России, Германии, Нидерландов и Франции, катер «Корсар» подошел в 20.03.

Приказав Ядвиге оставаться в каюте, Гозняк вместе с Шиманьчиком, несшим с собой и чемодан со спецаппаратурой, и довольно увесистую спортивную сумку, поднялись на палубу.

Ларсон доложил:

– Мы у Юргена.

– Это понятно, – проговорил главарь банды, – надо выйти на участок, где пролегает газопровод.

– Это на территории военно-морского полигона, господин Гозняк.

– И что? Он как-то обозначен на море? Стоят буи или, может, по периметру натянут канат?

– На море, – ответил шведский капитан, – полигон не обозначен ничем, он обозначен на всех картах с просьбой частным судам в целях их же безопасности не входить в воды полигона.

– Вот! – поднял Гозняк указательный палец вверх. – С просьбой. А просьба – это не приказ и не безоговорочный запрет, да и никаких маневров сейчас ВМФ ни НАТО, ни Германии не проводят, а значит, что? То, что полигон этот не более чем обычный район моря.

– С восточной стороны острова может находиться судно охраны газопровода.

– Патрулирование осуществляют российские ВМС. Ты никогда не видел русского сторожевого катера? Ничего особенного. Это не крейсер.

– Я в курсе.

– А если в курсе, Нильс, то выполняй приказ.

Ларсон кивнул:

– Есть выполнять приказ. Один вопрос, пан Гозняк?

– Ну?

– А если все же мы попадем под судно охраны?

– И ты не знаешь, что в этом случае делать? Выполнять требования командира сторожевика.

– Я понял и хочу предупредить, после обхода Юргена у нас останется топлива только до Ростока.

– Мы пойдем в другое место, что ближе немецкого порта.

– Могу узнать, куда?

– Узнаешь, Нильс, в свое время все узнаешь. Выходи в район работы.

– Слушаюсь!

Ларсон повел катер вокруг острова. Его опасения не оправдались. Никаких судов поблизости не было. «Корсар» прошел еще несколько миль. Шиманьчик доложил:

– Мы над трубой!

– Малый ход, капитан! – приказал главарь банды.

Ларсон сбавил обороты.

Шиманьчик провел корректировку:

– Немного назад.

На малых оборотах Ларсон провел маневрирование.

– Здесь! – сказал Шиманьчик, глядя в монитор своего поискового устройства.

– Стоп машина! – отдал приказ Гозняк.

Шиманьчик подтвердил:

– Мы над трубой, глубина залегания сто десять метров.

– Сбрасывай болванку.

– Есть, командир.

Подельник главаря бросил за борт увесистую болванку, внешним видом напоминающую донную мину. Шиманьчик склонился над аппаратурой. Вскоре доложил:

– Болванка на правой трубе.

– Не упадет?

– Магниты удержат.

– Все! Уходим!

Ларсон спросил:

– Куда идем?

– В бухту Фонзанд.

Взревел дизелем катер, и он пошел к острову. Обойдя Юрген с юга, «Корсар» направился к побережью.

Шиманьчик продолжал отслеживать обстановку. В 22.32 он доложил:

– К месту сброса болванки от острова Борланд идет российский сторожевой катер.

– Скажите точнее, где он находится?

– В миле от места сброса.

– Быстро. Русским понадобилось около часа, чтобы вывести сторожевик в район предполагаемой диверсии. Но почему он вышел от Борланда, когда ближайшая стоянка сторожевика на острове Кредом? Оттуда катер русских подошел бы за полчаса.

– На Борланде стоит промежуточная компрессорная станция, охраняемая подразделением морской пехоты российских ВМС. Видимо, патрулируя акваторию, катер зашел на Борланд. А спешить русским особо некуда. Специальные сенсоры зафиксировали посторонний предмет на трубе, идентифицировали его, обнаружив, что болванка не несет угрозы трубопроводу, передали информацию в центр управления. Русские передали команду сторожевику пройти район, что катер и сделал.