Солдаты необьявленной войны - Александр Тамоников

— Похоже, мадам, ваш Бригадир сумел перехватить инициативу. Только почему он не подумал о тебе, крошка ты моя? Ведь он имел массу возможностей уничтожить меня. Даже здесь, в паре с Доку. Нет, он оставляет мне жизнь. Прекрасно зная, что только тобой я прикроюсь. Он жертвует тобой, провоцирует кровавый, но эффектный финал всей операции. Плевать ему и на тебя, и на Кудреева. Придется мне позаботиться о твоей персоне!

Воронцова проговорила:

— Вы же хотели отрубить мне голову?

— Хотел! Но изменил решение! Теперь, когда твое начальство сдало тебя, ты перестала быть моим врагом! А тот, кто не враг, тот друг! Как же я могу убить друга?

— Я никогда не буду в числе ваших друзей.

— Эх, дурочка! Неужели тебе до сих пор не ясно, что за тебя уже все и давно решили другие? Ну, ладно! Торчать здесь нам нет никакого смысла. Это к тому же опасно в первую очередь для тебя. Поэтому ответь: что за дверь напротив секретки? Куда она ведет?

Ольга ответила:

— В кабинет Кравцова.

— Вот как? Что собой он представляет? Такую же каморку, как эта?

— Нет, там комната объемнее. Со шторами.

— Решетка на окне присутствует?

— Все окна штаба зарешечены.

— Отлично! Слушай, что мы с тобой сейчас сделаем. Выходим в коридор, я выбиваю дверь замполитовского кабинета, и мы укрываемся в нем. Дальше — по обстановке. И учти, красотка, или мы уйдем из гарнизона вместе, или вместе погибнем. Других вариантов нет. Не дергайся, иначе я вынужден буду делать тебе больно. Тебе все ясно?

— Ясно. Но ничего у вас не получится.

— Может быть, может быть. Посмотрим. Итак, выходим.

Кудреев, ожидая появления в коридоре Кулаева с Ольгой, еще раз проинструктировал майора Мордовцева:

— Мавр! Как только Кулан с Воронцовой выйдут из секретки и удалятся от нее, обозначаешь себя. Кулаев должен повернуться к тебе. Увидишь сзади меня, сразу падай! Я буду стрелять, ты не должен оказаться на линии моего огня!

— Ольгу задеть не боишься?

— Игорь, делай свое дело.

— Понял!

Андрей вновь застыл в ожидании.

Наконец дверь секретки открылась. Об этом доложил и капитан Зайцев, контролирующий ситуацию внутри помещения секретной части. Кудреев прошептал, наклонив голову к рации:

— Мавр! Готовность полная!

— Принял!

Появились Кулан с Ольгой. Бандит, прижав женщину к себе левой рукой, правой держал пистолет у ее виска. Быстро осмотревшись и не заметив никого, двинулся к кабинету Кравцова. Он уже приготовился нанести по двери удар ногой, как услышал слева:

— Кулан! Стоять!

Аслан развернул Ольгу навстречу Мордовцеву, крикнув:

— Назад, спец! Исчез с глаз, или я снесу бабе череп! Ну?

Из своего укрытия вышел Кудреев.

Вскинув «вал», он прицелился.

Мордовцев упал к стене.

Раздался выстрел.

Пуля, выпущенная командиром отряда спецназа, выбила пистолет из руки Кулана. Андрей тут же приказал:

— Ольга! На пол!

Воронцова сориентировалась быстро. Она поджала ноги, и Кулаев не смог удержать тело заложницы. Оно выскользнуло и откатилось в сторону.

Кулан медленно обернулся, взгляд его был мрачен.

Андрей смотрел бандиту в глаза.

— Ну что, выродок, хотел получить Кудреева? Получи! Вот он я! Как и обещал Бригадир, я пришел!

Аслан вдруг ухмыльнулся, голос его звучал спокойно:

— Вот ты какой, Кудреев. В принципе я тебя таким и представлял. Что ж! Я проиграл. Надо уметь и проигрывать. Стреляй, подполковник, чего резину тянешь? Или думаешь взять меня живым? И не мечтай! Такого удовольствия я тебе не доставлю.

И, сделав шаг в сторону, Кулан отработанным движением левой руки выхватил из-за пояса гранату. Но вырвать кольцо предохранительной чеки не успел! Раздался второй выстрел. Пуля раздробила бандиту предплечье! Мощная граната «Ф-1» выпала из руки Кулана. Кудреев нажал на спусковой крючок еще раз, третьей пулей повредив правую руку, четвертой и пятой — обе ноги главаря группировки «Джихад». Бывшего главаря бывшей группировки. Взвыв от боли, Кулан упал.

К нему тут же подбежали Мордовцев и Прохоров.

Майор приставил глушитель «вала» к голове Кулаева. Старший же лейтенант быстро и профессионально обыскал его. На пол отлетела еще одна граната, кинжал и нож. Прохоров поднял голову:

— Объект чист, Шеф!

Андрей приказал:

— В дежурку его, Прохор! Охранять, оказав первую медицинскую помощь.

Кулаева потащили к фойе, рядом с которым находилось помещение дежурного по батальону.

Кудреев подошел к Ольге, которая сидела, уронив голову на поджатые колени. Присел и подполковник, взяв ее руки в свои ладони:

— Я вернулся, Оля! Как и обещал. Здравствуй.

Воронцова подняла заплаканное лицо:

— Андрей, я знала, что ты спасешь людей! Знала, что вернешься! Обними меня, пожалуйста, что-то холодно.

Кудреев прижал к себе любимую женщину.

Она прошептала:

— Ты весь мокрый.

— Под дождь попал. На Кавказе, знаешь ли, дожди. Ничего, обсохну.

Из кабинета вышел Воронцов, подошел к ним.

Встал рядом, не зная, что сказать. Неожиданные, мгновенные, отточенные и жесткие действия спецназа произвели на него сильное впечатление.

Впервые подполковник, не сталкивавшийся напрямую с войной, видел, как работает боевое подразделение и его друг, которого он знал спокойным, дружелюбным, обычным человеком.

Андрей, заметив присутствие командира рембата, аккуратно отстранил от себя невесту, подняв ее, и обратился к Воронцову:

— Дима, побудь пока с Ольгой, мне надо операцию завершить.

— Да, да, конечно.

Кудреев наклонился к Ольге, достал обручальное кольцо, вновь надел его на палец невесты. Она улыбнулась. Андрей проговорил:

— Я скоро освобожусь и приду за тобой.

Подполковник сил специального назначения вышел из штаба. Запросил Дубова:

— Дуб! Я Шеф!

— Слушаю вас!

— Доложи обстановку.

— Все спокойно. В своем секторе никого не вижу.

— Продолжай наблюдение. При появлении бандитов лепи их, как ворон. Понял?

— Так точно, Шеф!

— Вот и хорошо!

Пройдя в курилку, командир отряда вызвал Тарасова:

— Бригадир! Я Утес!