Мент для новых русских - Александр Золотько

– Ой, рука, – искренне опечалился Зеленый. – Я не хотел, честно. Это я случайно.

Гриша встал, держась за левую руку. С ненавистью посмотрел на капитана.

– Как бы не перелом, – покачал головой опер, – ты сразу в травмапункт. Скажешь, у приятеля в заднице ковырялся. И не забудь сообщить моим соседям, что ошибочка вышла, и что вы искренне сожалеете о случившемся, а на самом деле я нахожусь на самом лучшем счету. А то я рапорт подам о дискредитации.

– Я лично скажу, – пообещал заместитель прокурора.

Когда Нинка вошла в квартиру, выслушав выступление Ильи Николаевича, Зеленый стоял в коридоре с некоторым удивлением рассматривая золотой «ролекс».

– Ты представляешь, Нина, мой уважаемый коллега умудрился такую ценную вещь у меня в доме забыть. Ты как полагаешь, они еще из подъезда не вышли?

– Только что в лифт сели, – деревянным голосом произнесла Нинка.

– Значит, успею, – капитан подошел к окну на кухне, открыл его и выглянул на улицу.

Трое вышли из подъезда и остановились, ожидая, пока к ним подъедет машина.

– Володя! – окликнул Зеленый.

– Что? – недовольным тоном откликнулся Володя.

– Ты тут часы потерял.

– А? – Володя быстро взглянул на свое запястье, потом посмотрел на перегнувшегося через подоконник капитана. – Я сейчас!

– Да ладно, – сказал капитан, – лови.

Часы веско припечатались к асфальту возле самых ног не успевшего отреагировать Володи.

– Не стоит благодарностей, – сказал Зеленый и, подумав, добавил, – так на моем месте поступил бы каждый.

Окно закрылось.

– Это ж он, сука, снял, когда руку жал… – Володя наклонился и поднял часы.

– Противоударные были? – спросил заместитель прокурора. – И что, вправду стоят десять тысяч?

– Это… – промямлил Володя, не в силах отвести взгляд от того, что еще пару минут назад было предметом его гордости и зависти окружающих.

– Это он дешевую подделку купил по случаю, – вмешался Гриша.

– Наверное, там же, где вы купили подделку своего костюма! – понимающе кивнул Илья Николаевич, усаживаясь в машину.

– Я этому Зеленому… – прорычал Володя.

– Козел, к нему сейчас уже хрен подъедешь. А вот с Ухорылом, сукой, мы поговорим, – пообещал Гриша.

– Вы там скоро? – окликнул их из машины Илья Николаевич.

Когда Зеленый вернулся в комнату, Нинка уже собрала свои пожитки в сумочку и стояла посреди комнаты.

– Где у нас шампанское? – спросил капитан.

– За диваном.

– Вот и славно, – капитан наклонился и извлек бутылку. – Из горла будешь?

– Нет, – помотала головой Нинка.

– Что так? И куда это ты собралась?

– Я пойду.

– Что-то не так? – спросил Гринчук. – Что-то случилось?

– Лучше бы ты меня ударил, – сказала Нинка.

– Это еще почему?

– По лицу!

– Меняем форму вопроса, – Гринчук отпил из бутылки, – по какой причине я должен тебя бить?

– Ну что же ты прикидываешься, что не понимаешь? – выкрикнула Нинка. – Что ты непонятливого корчишь? Ты же понял, что это я тебя сдала! Ты же понял! Это я! Я! Я!

Нинка бросила сумочку на пол и заплакала.

– Ну, милая, у тебя мания величия. Ты меня сдать не могла. У тебя ума, прости, не хватило бы, чтобы этим чистым рукам меня сдать. И даже твой любимый шеф не решился бы на это, – Гринчук обнял Нинку за плечи и попытался усадить на диван, но она вырвалась.

– Гиря мне позвонил и спросил где у тебя бабки, – тушь размазалась по щекам, на глазах дрожали слезы. – А я сказала. И тебя не предупредила!

– И это, по-твоему, повод для истерики? – капитан силой усадил Нинку возле себя. – Это, в лучшем, случае повод для смеха. Как они обломались!

– Обломались? Это они потом обломались, но ведь я и вправду думала, что ты эти деньги получил от Гири. И я тебя не предупредила… Это хорошо, правда хорошо, что ты денег не взял… Ты ведь не берешь взяток… Это все знают… А я…

– Дурочка, – усмехнулся Гринчук.

– Я знаю, – согласно кивнула Нинка.

– Ты не знаешь, – капитан погладил ее по голове. – Я действительно взял у Гири деньги. Взятку принял. А он, сволочь, записал все это на видео, чтобы иметь на меня компромат.

– Взял?

– Конечно.

– Но ведь номера…

– И серии, – добавил Гринчук.

– Они ведь не совпали… – шмыгнула носом Нинка.

– Не совпали, потому, что… – капитан вынул из кармана носовой платок и принялся вытереть девушке глаза. – Ты меня где нашла?

– В клубе.

– Вот там, у Графа, я деньги и поменял. Он пригласил знакомого нотариуса, и мы друг у друга одолжили деньги. Вот такие пироги.

– Так ты… – Нинка немного отстранилась от Зеленого. – Взятку…

– Дура ты, милая. Конечно взял, иначе как бы я определил, что для Гири наступил момент перелома. Он же так старательно меня готовил ко взятке, так трогательно укладывал тебя ко мне в койку и финансировал твою любовь ко мне, – Гринчук перехватил руку девушки возле самого своего лица. – И вдруг, когда я уже взятку принял – вдруг меня сдавать. Твой шеф, конечно, особым умом не блещет, но и полным идиотом не выглядит.

Подал голос сотовый телефон. Гринчук взял его со стола, нажал кнопку:

– Да.

Молча выслушав, Гринчук усмехнулся и отключил телефон.

– Только очень серьезные проблемы могли заставить твоего шефа меня сдать. Да еще так быстро. Только тот человек, который очень не хочет, чтобы Гиря в последнюю минуту спрыгнул с поезда. Вот сейчас, видимо, Геннадий Федорович бьется как рыба об лед, а Андрей Петрович, которого Гиря называл сукой, на него давит. Во всяком случае, как мне донесли мои наблюдатели, в клубе заменена охрана. И что это значит?

Нинка встала с дивана:

– Я пойду.

– Но я же тебе уже все объяснил.

– Но я все равно тебя предала, – прошептала Нинка.

– Но я же все равно знал, что ты меня предашь, – сказал капитан Гринчук. – Ты не могла меня не сдать.

– Я такая сука?

– Ты не понимаешь… Я ведь тебе уже говорил – от нас почти ничего не зависит. Все решается за нас, а мы можем только тупо получать пинки и затрещины.

– Но ты же можешь… – Нинка посмотрела в глаза капитану, – у тебя ведь получается оставаться самим собой. А я…

– А ты хотела бы жить так, как живу я? – Гринчук потер щеку. – Чтобы тебя ненавидели даже свои? Чтобы работа, которую ты любила и считала своим призванием, вдруг опостылела? Чтобы в тридцать шесть лет ты вдруг поняла, что нужно начинать все сначала, и что никто, или почти никто тебе не захочет помогать? И что лучшее, что тебя ждет, это работа в каком-нибудь охранном агентстве? Ты бы этого хотела?