Охота на медведя - Петр Катериничев

Сон был сумбурный. Снились какие-то лестничные пролеты, всходы, подвалы...

А потом он бежал куда-то и — зацепился локтем за какой-то ржавый гвоздь, попытался вывернуться, но вместо этого — упал с грохотом на пол, чувствуя, как плечо и всю руку сводит тянущая боль.

И понял, что уже не спит. С вывернутой в плечевом суставе рукой он лежал на полу около диванчика. Его держал Сева. Борзов стоял, ощерившись, рядом.

— С добрым утречком, медвежонок.

Олег только поморщился:

— Такое утро можно считать добрым?

— Смотря для кого, — продолжая нехорошо улыбаться, бросил Борзов.

— Может, ослабишь хватку? Не убегу, — кривясь от боли, сказал Олег.

— Не убежишь, это точно. Бежать придется мне, — ответил за охранника Борзов.

— С чего? Моя схема сработала.

— Но... Биржа еще не открылась, но мне сообщили... Сначала мировые нефтяные трейдеры, а потом и ОПЕК сделают сегодня заявления о коренном изменении и новой скоординированной политке в области нефтедобычи... Часика в четыре по московскому времени... Понимаешь, что это означает? Посыплются все российские «голубые фишки»... Вся нефтянка... — Борзов закашлялся, помотал головой, продолжил:

— Никто из предполагаемых воротил российского и мирового фондового рынка, как и никто из олигархов, больше не вольет в купленные нами акции ни цента. Никто из политиков не станет давить: нефтянка и энергетика — это становой хребет и основные валютные поступления, станут спасать их. Даже ценой президентской короны. — Борзов усмехнулся невесело. — Возможно, эта цена была назначена изначально, а? В таких играх «наши не пляшут». Что остается? — Борзов засмеялся скрипуче. — Лучше пить жидкий чаек, чем никакого.

— Лучше. Но... Мы не использовали все возможности.

— Всех возможностей нет ни у кого. Только у Господа Бога. Но он не играет на фондовом рынке. Ты понял, что это означает для нас? Хотя — для тебя уже ничего.

Борзов обхватил ладонями лоб, скрутился сжатой пружиной, расхохотался:

— Подумать только! Меня — меня! — завлекли играть «зайчиком»! Ты-то, Медведь, игрок, но... Ты же умный! А когда большие мужчины ведут финансовые разборки с очень большими мужчинами, — мы здесь не танцуем ни под какую музыку, мы просто болтаемся на веревочках! Ты же умный, как ты попался?

— Я все рассчитал стратегически правильно. Но... не правильно выбрал время.

— Все идиоты упорны в своих заблуждениях. Пожалуй, ты умрешь с улыбкой.

— Ты хочешь успеть вынуть деньги, Борзов?

— Ну конечно! И с прибылью! Сколько сейчас влито в наш рынок? Миллионов пятьсот? С открытия до четырех я вытащу соточку и десятку, а то и полторы сверху... Сотку верну кредиторам — чтобы не нарушать отчетности, и — сольюсь...

— Ты не успеешь вынуть столько до четырех...

— Медведь, на меня будут работать пять брокерских контор, не считая твоей.

Неужели ты думаешь, я не подстраховался?

— Знаешь ты — знают и воротилы, и если они тоже примутся изымать капиталы...

— Не начнут. Ты же прекрасно понимаешь, им не до этого. Да и... «полная тайна вкладов». Когда люди работают десятками миллиардов, на сотни миллионов им пока наплевать.

— Наш рынок все равно поднимется.

— И что с того? Через полгода, не раньше. После выборов. Может быть и до, но... «В твоем доме заиграет музыка, но ты ее не услышишь...» — Борзов замолчал, убежденно кивнул своим мыслям: