Рассвет придет - Гульнара Черепашка

- Ложно, - согласился Охитека, спохватившись, что на вопрос следует ответить.

- Ты просишь убежища для себя и своего спутника?

Нэси моргнул. Чего он спрашивает – ему ведь не единожды было сказано: они с Роутэгом ищут убежища! То ли он сам скверно соображает, то ли у жреца с памятью плохо.

Токэла присел, заглянул пристально в глаза. Охитека глядел бездумно в ответ. Так странно: желтоватый пергамент лица, глубокие провалы с ярко блестящими в них темными глазами и алые отсветы на периферии зрения. Льющийся с потолка рассеянный свет мерцал и переливался, а воздух стал похож на теплый безвкусный компот, без труда вливающийся в горло.

- Здесь только мои люди, - проговорил жрец. – Храмовые воины. И вы оба – под моей защитой. Если ты сказал правду – у тебя нет причин мне не доверять. Подумай, юный нэси: ведь нет?

Что? Доверять… не доверять. Звуки отдалялись, теряли смысл.

- Если ты сказал правду – ты должен мне верить, - с нажимом повторил жрец. – Выпусти из руки оружие. Оставь эти фляги. Мои люди позаботятся об этом, все приберут. Оставь.

Что? Охитека не сразу понял, что жрец похлопывает его слегка по руке – та занемела и будто сделалась отдельной.

Он бездумно опустил взгляд. Пальцы сжимали… предмета он почти не ощущал – пальцы на рукояти свело судорогой.

- Оставь, - повторил Токэла. – Выпусти это из рук. Ты должен выпустить.

За спиной его что-то проплыло – это Роутэга выносили на носилках. Храмовые бойцы и медики! – дошло до Охитеки. Они суетились за спиной Токэлы – а он видел лишь раздражающее мельтешение. Хотя – уже почти не раздражающее. Он перестал обращать на него внимание – внимания почти не осталось.

Чего жрец от него хочет? Он моргал, глядя недоуменно на собственную руку.

Импульсник! Это импульсник у него в пальцах. Сжал так, что аж перестал их ощущать. Это плохо – как бы не пальнуть ненароком. Да, магия Колизея погасит выстрел. Но прямо под стволом имульсника – фляги со взрывчаткой и ртутью!

Нэси вздрогнул. Токэла просит, чтобы он отдал импульсник и фляги. Что он должен доверять тому, у кого попросил убежища.

Он сфокусировал взгляд на лице жреца. Тот глядел с тревогой. Понял, что нэси поплыл, и почти ничего не соображает.

- Я услышал, - выдавил он кое-как. – Я понял… помогите сдвинуть руку, пальцы не слушаются…

Токэла кивком подозвал кого-то, что-то коротко приказал. Импульсник осторожно сдвинули, фляги забрали. Вытянули оружие из занемевших пальцев.

Носилки. Это – для него, Роутэга уже унесли.

Нэси завалился на них головой вниз. Кто-то закинул на них ноги, поправил свисающие руки. Рывок – носилки поднялись на воздух и поплыли.

Охитека попытался пробормотать молитву. Несколько слов – и качающийся воздух закутал в мягкое покрывало, унес в черноту.

Глава 36

- Да помилует нас Спящий! – жрец скривился. – Юноша, вы что, потомственный аристократ?!

- Только не говорите, что не выяснили, кто я, - пробурчал Охитека. – Зуб даю – я провалялся не один оборот.

- Вот такие речи мне больше нравятся, - Токэла уселся на край его постели. – Разумеется, я выяснил, кто вы. Да, вы – потомственный аристократ, почтенный господин Охитека. Я даже имел удовольствие немного знать вашего отца. Однако вы не похожи на аристократа нэси. Так что оставьте этот высокопарный тон и прекратите рассыпаться в благодарностях! Вам это не к лицу.

- Ладно, - проговорил Охитека, несколько обескураженный отповедью, полученной в ответ на благодарность. – Как мой спутник?

- Жить будет. Но он явно не аристократ! И даже не вхож в общество приличных людей.

- Парень был не в ладу с законом. Вот только он пострадал в каких-то стычках между радикальной конфессией, перекупленными стражами мира, социалистами и боги ведают, кем еще.

- Я должен пожалеть его?

- Возможно, его история покажется вам любопытной. Радикалы…

- Община Нового гласа, - сурово поправил Токэла. – Я даже слушать не стану. Мы живем в мире между собою. Все общины служат одним богам. Я не враждую с культом Нового Гласа. И не допущу, чтобы даже тень такой возможности появилась. Мне неинтересна судьба вашего спутника. Полагаю, вам просто случайно оказалось по пути. Меня больше интересует ваша история. Вас, юноша, представляют как террориста, опасного безумца и человека, подрывающего общественные устои. И ваше поведение подтверждает вашу славу.

- О, так убивать наследников крупных капиталовладельцев – таковы теперь общественные устои?! – вспылил Охитека.

- Не ерничайте. Просто расскажите по порядку.

- Я могу предложить вам, - начал нэси.

- После предложите, - отрубил Токэла. – Сначала – расскажите по порядку. Обо всем, что привело вас к последним событиям.

- Долго получится, - Охитека вздохнул.

- А вы куда-то торопитесь? Медики считают – вам еще минимум пару-тройку оборотов следует пролежать в постели. Порядочный аристократ и вовсе отлеживался бы минимум треть суток! Но вы, кажется, презираете принципы, по которым живут порядочные аристократы.

- Медузы бурые с вами, - нэси прикрыл глаза. – Расскажу с самого начала, с гибели отца. Слушайте…

*** ***

- Значит, готовы даже пожертвовать частью состояния, чтобы сохранить все остальное, - задумчиво протянул Токэла.

- И свою жизнь, - мрачно уточнил Охитека. – И, - он запнулся. – Я тут подумал…

- Давайте, излагайте – что вы там еще удумали!

- Я подумал – быть может, завещать общине все, что имею? В случае, если со мной что-нибудь случится, и я не оставлю наследников – либо с ними тоже произойдет какое-нибудь несчастье…

- Вроде того, которое пытались устроить вам, - ввернул жрец.

- Именно! Так вот – в этом случае все состояние переходит в руки общины. Я знаю, что служители культа Великого столпа никогда не запятнают себя убийством ради денег. А покушаться в таком случае на мою жизнь и на жизни моих детей или иных наследников станет попросту бессмысленно – если все умрут, мое состояние отойдет общине.

- На первый взгляд логично, - Токэла покивал. – Но вам ведь наверняка известно, юноша. Написанное единожды завещание в пользу общины служителей культа – аннулировать невозможно. Вы можете передумать, если