Сирийский гамбит. Операция "Мертвая рука" - Александр Полюхов

На еще безлюдной парковке ветерана окликнул охранник из черного внедорожника: «Товарищ Григ, следуйте за нами». Ожидание не затянулось: скоро из зала вышел Директор, сел в черную «ауди». Кавалькада рванула с места, почти сразу въехала под «кирпич» за забор Центральной клинической больницы и остановилась на пустынной алее. Руководитель разведки и Алехин пошли к пруду, сзади охрана прикрывала тыл.

– Матвей Александрович, простите покорно, что выдернул вас столь грубо. Хотел бы уточнить ваши дальнейшие планы.

– Никаких. Чуток отдохну на Кипре. Устал.

– Понимаю. Завидую. У нас осталось незаконченное дело с MI6.

– Джереми Кокрейна достать пока не удастся. Хотя рыло у него в пуху, о чем свидетельствуют записи разговоров, банковские проводки и прочие материалы. При случае у вас будет чем с Лондоном поторговаться. Когда англичане соберутся вылить на Москву очередную порцию помоев.

– Поведайте, как вы элегантно выразились однажды, о «выпадении политических осадков».

– В аппарате Кремля есть предатель – Данилин. Работал на Сосну и его британских покровителей. Администратор пытается вывести его из-под огня, хочет тихо уволить. По-моему, неадекватное наказание.

– Собаке собачья смерть. Пардон, вы же собаковод, – оговорился шеф разведки.

– Нынче принято, чтобы четвероногих любимцев безболезненно усыпляли любящие хозяева, – автоматически ответил Матвей и тут же подло ухмыльнулся, – Спасибо, вы подбросили забавную идейку.

– Какую еще идею? – удивился собеседник, нутром почуяв открывающуюся перспективу удара по Администратору.

– Публичный скандал воспрещен, сами понимаете, КЕМ. Тем не менее, следует добиться правильного исхода, при котором вы получите игровое преимущество, – и Алехин поделился экспромтом. – Окажете техническое содействие?

– Не вопрос.

– И мне нужен пистолет, лучше бы не проходящий по учетам и пулегильзотекам. А то ведь пришлось некоторых огорчить на родине и за рубежом. У них могут быть претензии ко мне, личного характера.

– Понимаю. Вам доставят. Какой предпочитаете?

– ПСМ и патронов несколько пачек, чтобы пристрелять ствол.

– Говорят, у него малая останавливающая способность, – блеснуло боевым жаргоном гражданское лицо.

– Годится для скрытого ношения, высокая точность, – поддержал треп о ТТХ отставник. – И потом он нужен как второе оружие.

– А какое у вас первое?

– Вот это, – полковник постучал пальцем по лбу.

– Кстати, Матвей Александрович, израильские партнеры передают пламенный привет и массу информации, полученной от Анвара.

– Живого или мертвого?

– Будем исходить из того, что тот уже в могиле. Одной ногой или двумя.

– Туда ему и дорога.

– Еще остался незакрытым вопрос о вашем награждении за операцию «Квитанция», – запустил зонд Директор, хотя уже знал ответ.

– Забудьте. Эта тема похоронена в кремлевской стене, за Мавзолеем.

Руководитель разведки понимающе поднял бровь, хотя и не уловил юмора. Или тов. Григ не шутил? Смысл его слов порой не понятен, но всегда есть. Неплохой мужик, дело свое туго знает. Еще и в винах разбирается: надо бы с ним как-нибудь выпить без повестки дня. Правда, нынче политически чревато, а жаль.

Тело Жданова при подрыве первичного заряда внутри имитатора ракеты пострадало мало – подброшенное вверх и в сторону оно пролетело по воздуху и рухнуло вводу. Воздействие взрывной волны многообразно: разрывы и поражения кожи и тканей заметны внешне, внутренние повреждения – нет. Вторичная детонация – от прикрепленных к днищу «подарков» от Доктора – настигла чекиста уже в водной среде, где ударная волна распространяется быстрее, а её воздействие более разрушительно. Моментально вытеснило воздух из легких, плавучесть трупа стала отрицательной. Обычно утопленник позже всплывает, этот пошел на дно вместе с обломками причала, где и нашел покой.

Когда через несколько дней «Лада» ушла на базу, USS Jimmy Carter выпустила необитаемый подводный Stingray для обследования места катастрофы. Картинка поступала отличная – на Кипре нет рек, а, значит, в море нет ила и мути в близлежащих водах – и скучная. Когда среди кусков темного бетона вдруг мелькнуло белесое пятно, оператор скорректировал аппарат и вздрогнул: в объектив «смотрело» безглазое лицо, уже расплывшееся от начавшегося разложения и отслоившихся остатков кожи. Вокруг роились рачки, пожиравшие плоть. «Жуткая смерть», – изрек матрос-латиноамериканец и истово перекрестился, как и полагается католику. В кают-компании по секрету поделился увиденным с товарищем, того едва не вырвало прямо на поднос с со стейком и картошкой фри. Но потом тот доел обед – в начале похода аппетит у подводников хороший, портится только к концу «автономки».

Кабинет в Ново-Огарево тот же, участники прежние, настроение иное.

– Движение влево сейчас неактуально, – философствовал САМ, – экономическая ситуация требует болезненных реформ и экономии на социальных программах. Поэтому «алмазную дубину» пока не станем пускать в ход, если коммунисты не сольются с непарламентской оппозицией, чтобы отравить жизнь общества.

– Вы правы: данный вариант целесообразно держать про запас, – согласился Администратор. – Как с мешками? Передадим в Гохран – попадут в распоряжение правительства, а там их распатронят. Лучше, оставить у нас, в Управлении делами, для особо важных нужд страны или зарубежных проектов, – поспешил предложить приближенный, руководствуясь самыми благими, конечно, намерениями.

Франсуа де Ларошфуко, знавший цену благости царедворцев, в тот момент не преминул бы ввернуть максиму: «Лицемерие – та цена, которую порок платит добродетели». Присутствуй француз при разговоре, убедился бы, что за три с половиной века нравы изменились мало.

– Пусть отлежатся в УД, позже решим, как их использовать, – вместо сочинителя-моралиста изрек № 1. – Развертывание общенародного фронта потребует серьезных финансов. И другие потребности могут возникнуть ближе к очередным выборам. Прибережем эту информационную «бомбу» для особого случая. СМИ сойдут с ума, если надумаем показать клад. Представляешь ТВ-картинку?

– Но если до этого произойдет утечка, то придется объяснять, почему находку скрывали, – опасливо напомнил подчиненный.

– Документы по «Шиа» где находятся?

– Их не существует. Приказы отдавались устно. Кроме нас, полные итоги известны только Чудову и Алехину, – заверил чиновник.

– Чудов, заняв место в штабе фронта, будет молчать и проследит, чтобы Алехин не проболтался. Они же на ножах, после убийства в Милане. Как считаешь, ветеран не станет трепать языком? – засомневался Президент.

– Нет, понимает, что на нем висит убийство.

– Как это?

– Мне тут неофициально стали известны кое-какие подробности, – Администратор умолк, ожидая реакции босса – хочет тот узнать о преступлении или нет.