Код да Винчи - Дэн Браун

Начав рассказывать о том, что случилось с ней той ночью, оназаново, шаг за шагом, переживала те события. Вот она видит свет в окнахдедовского дома в Нормандии… вот входит в дом и не видит там ни души… вотслышит чьи-то голоса внизу… затем обнаруживает потайную дверцу. Бесшумно имедленно спускается в подвал по каменной лестнице. Чувствует в воздухе влажныйзапах земли. Прохладно… А потом вдруг свет! Да, тогда был март. И вот, стоя налестнице, в тени, она смотрит, как какие-то незнакомые люди раскачиваются ибормочут заклинания в мерцающем свете свечей. Это сон, беззвучно твердила Софи.Я сплю, и мне снится сон. Иначе просто быть не может!..

Женщины и мужчины, чередование цветов, черное, белое,черное, белое. Платья из тонкой белой ткани колышутся, когда женщины поднимаютзолотые шары и выкрикивают в унисон: «Я была с тобой в начале, на рассветевсего, что есть свято! Я выносила тебя в чреве своем, прежде чем день настал!»

Вот женщины опускают шары и начинают раскачиваться взад ивперед, точно в трансе. И окружают нечто, лежащее на полу, в центре.

На что они смотрят?

Голоса звучат все громче. Темп ускоряется.

«Женщина, которой ты владеешь, есть любовь!» – хоромвыкрикивают женщины. И снова поднимают золотые шары.

А мужчины отвечают: «И жить она будет вечно!»

Ритм этих заклинаний то убыстряется, то стихает. Потом опятьускоряется и звучит с громовой силой. Участники делают шаг вперед и опускаютсяна колени.

И тут наконец Софи видит то, что было скрыто от ее глаз.

На низком расписном алтаре в центре круга лежит мужчина. Онобнажен, лежит на спине, на лице черная маска. Но Софи тут же узнает его породимому пятну на плече. Она едва сдерживает возглас: Grand-père! Одногоэтого зрелища было достаточно, чтобы шокировать Софи сверх всякой меры. Но тобыл еще не конец.

Деда оседлала голая женщина в белой маске, роскошныесеребристые волосы разметались по спине. Тело плотное, далеко от совершенства,и она ритмично, в такт заклинаниям, вращала задом. Занималась любовью с еедедом!..

Софи хотелось отвернуться и бежать куда глаза глядят, но онане могла. Казалось, каменные своды подвала давят на нее, прижимают к земле, непозволяют шевельнуться. Ритм заклинаний все ускорялся, казалось, участниковсотрясает лихорадка. Голоса звучали визгливо, истерически. И вдруг послышалсяуже совсем невыносимый пронзительный вой, все помещение взорвалось этим криком.Софи было трудно дышать. Только сейчас она заметила, что плачет. Онаотвернулась и стала медленно подниматься по ступенькам. А потом выбежала издома, бросилась в машину и, вся дрожа, помчалась в Париж.