Код да Винчи - Дэн Браун

– Ну… во всяком случае, не в том смысле, как мы понимаем этосегодня. – И далее он объяснил: то, что показалось Софи сексуальнымритуалом, на самом деле не имело ничего общего с эротикой. Это был духовныйакт. Ведь с исторической точки зрения совокупление было тем актом, черезкоторый мужчина и женщина познают Бога. Древние считали мужчину созданиемдуховно несовершенным до тех пор, пока он не прошел через плотское познаниесвященного женского начала. Физическое слияние с женщиной было единственнымспособом сделать мужчину совершенным с духовной точки зрения, помогало емуовладеть «гносисом», то есть знанием божественного. Со времен Исиды сексуальныеритуалы считались для мужчины единственным мостиком между землей инебесами. – Совокупляясь с женщиной, – сказал Лэнгдон, – мужчинадостигал такого состояния, при котором сознание оставляло его. И тогда он могвидеть Бога.

Софи окинула его скептическим взглядом:

– Оргазм вместо молитвы?

В ответ Лэнгдон лишь пожал плечами. Следовало признать, чтов целом Софи права. С чисто физиологической точки зрения оргазм у мужчинывсегда сопровождается секундным помутнением рассудка. Эдаким ментальнымвакуумом. Моментом истины, во время которого можно увидеть Бога. Гуру,занимающиеся медитацией, могли достигать такого состояния и без секса и частоописывали нирвану как нескончаемый духовный оргазм.

– Софи, – тихо сказал Лэнгдон, – очень важнопомнить, что взгляды древних на секс были диаметрально противоположны нынешнимнашим взглядам. Секс порождает новую жизнь, это само по себе чудо, а чудесаможет совершать только божество. Именно способность женщины вынашивать в чревесвоем дитя, новую жизнь, и сделала ее священной. Божеством. Совокуплениерасценивалось как единение двух половинок человеческого духа, мужской иженской. Только через совокупление мужчина достигал духовной целостности и ощущенияединения с Богом. И то, что вы видели, не имело отношения к сексу, это былчисто духовный акт. Ритуал под названием Хиерос гамос не извращение. Этоглубоко духовная церемония.

Последние его слова задели Софи. На протяжении всей ночи онадержалась на удивление стойко, и тут вдруг Лэнгдон увидел, что выдержка ееоставляет. На глазах снова выступили слезы, она смахнула их рукавом свитера.

Он дал ей время прийти в себя. Как правило, концепция,рассматривающая секс как часть пути к Богу, всегда вызывала у людей возмущение.Еврейские студенты смотрели на Лэнгдона с ужасом, когда он впервые сообщал им отом, что древние иудейские традиции включали ритуальный секс. Только в храме,никак иначе. Древние евреи считали, что в святая святых, храме Соломона, жил нетолько Бог, но и равная Ему по силе «половинка» женского рода, Шехина. Имужчины, ищущие духовной целостности, приходили в этот храм для свидания сожрицами. С ними они занимались любовью и постигали Бога через физическуюблизость. Знаменитое древнеиудейское сокращение YHWH, священное имя Бога,происходило от имени Иегова (Jehovah) и обозначения физического единения междумужским началом Jah и женским Havah – так звучало имя «Ева» на языке,предшествующем древнееврейскому.

– Для ранней Церкви, – тихо продолжил Лэнгдон, –использование секса как инструмента для прямого общения с Богом казалоськощунством, подрывало сами основы католицизма. Ведь это подрывало веру вЦерковь как единственное связующее звено между человеком и Богом. Ну и по этойпричине христианские священники просто из кожи вон лезли, стараясьдемонизировать секс, заклеймить его как акт греховный и омерзительный. Кстати,и все остальные религии занимались тем же.

Софи молчала, но Лэнгдон чувствовал, что она начала лучшепонимать деда. По иронии судьбы в том же семестре, о котором Лэнгдон вспомнил,ему пришлось затронуть на лекции ту же проблему.

– Удивительно, что у нас по поводу секса столь частовозникают разногласия, не правда ли? – заметил он. – Ведь само нашедревнее наследие, сама наша физиология, казалось бы, свидетельствуют о том, чтосекс – занятие естественное. Весьма приятный путь к духовной полноте исовершенству. И все же современные религиозные источники описывают его как актпозорный, учат нас бояться собственных сексуальных желаний и вожделений, видятв сексе руку дьявола.

Лэнгдон решил не шокировать студентов. Не стал говорить им отом, что в мире существует свыше дюжины тайных обществ – и среди них нескольковесьма влиятельных, – которые до сих пор практикуют сексуальные ритуалы и придерживаютсядревних традиций. Герой фильма «С широко закрытыми глазами» в исполнении ТомаКруза с трудом попадает на тайное собрание представителей высшей элиты сМанхэттена и становится свидетелем церемонии Хиерос гамос. К несчастью,создатели фильма превратно истолковали особенности и смысл этого ритуала, носуть была отражена: члены тайного общества собираются и восславляют таинствосексуального единения.

– Профессор Лэнгдон! – Какой-то паренек поднял руку и снадеждой смотрел на преподавателя. – Так вы хотите сказать, что вместотого, чтобы ходить в церковь, мы должны больше заниматься сексом?

Лэнгдон усмехнулся. На крючок его поймать было не так-топросто. Он был наслышан о студенческих вечеринках в Гарварде и знал, что всексе там недостатка не было.

– Джентльмены, – осторожно начал он, зная, что ступаетна скользкую почву, – лично я могу предложить всем вам лишь одно. Я ненастолько туп, чтоб отговаривать вас от добрачных связей без презервативов, ине настолько наивен, чтоб полагать, будто все вы тут ангелы с крылышками. Апотому готов дать один важный совет касательно половой жизни.

Студенты затихли.

– В следующий раз, когда найдете себе девушку, заглянитепрежде всего в свое сердце. И решите, можете ли вы подойти к сексу как кмистическому священному акту. Попробуйте отыскать в нем хотя бы искоркубожественности, которая позволяет мужчине приблизиться к священному женскомуначалу.

Девушки, сидевшие в аудитории, заулыбались и закивали.

В рядах молодых людей послышались смешки и не слишкомудачные шутки.

Лэнгдон вздохнул. Эти студенты – до сих пор еще мальчишки.

Софи прижалась лбом к прохладному стеклу иллюминатора иневидящим взором смотрела в пространство, пытаясь осмыслить то, что говорил ейЛэнгдон. Теперь она испытывала сожаление. Целых десять лет. Перед ее мысленнымвзором предстали пачки нераспечатанных писем, полученных от деда. Я должнарассказать Роберту все. И вот, не отворачиваясь от иллюминатора, Софи наконецзаговорила. Тихо. С опаской.