Смерть в ночном эфире - Сандра Браун

– Не отвечайте, – предупредил адвокат.

Дин еще больше понизил голос и заговорил с Армстрон­гом так, словно они были в комнате одни:

– Я ясно вижу, что произошло три дня назад, Брэдли. Вы встречались с молодой, очень сексуальной девушкой. Вы думали, что она влюблена в вас. Она регулярно встре­чалась с вами, и вы были уверены, что вы у нее единствен­ный. И в тот вечер она снизошла к вам. Это замечательно, но вы знали, что она неискренна. Вы знали, что она лгунья и безжалостная обольстительница. Вы знали, что она ждет другого мужчину, который придет и заменит вас. Когда вы прямо сказали ей об этом, Джейни велела вам убираться. Вы сказали, что ревнуете, что она должна принадлежать только вам. И ваши слова рассердили ее. «Неужели ты и в самом деле думал, что я брошу других мужчин ради те­бя? – спросила она вас. – Ты просто бедный, мечтатель­ный идиот». Тут вы разозлились не на шутку. Вы спросили себя, почему ей все сходит с рук. Как она посмела позво­нить на радио Пэрис Гибсон и говорить о вас в эфире? Да за кого она себя, черт побери, принимает? – Дин взглядом гипнотизировал Армстронга. – Когда в тот вечер вы сели в машину Джейни, вы не планировали похищать и убивать ее. Я в этом не сомневаюсь. Думаю, вы собирались только поговорить с ней и все выяснить.

И, возможно, если бы Джейни вас не высмеяла, этим бы все и закончилось. Но она расхохоталась вам в лицо. Джейни просто кастрировала вас своими издевками, ос­корбила вас так, что вы не могли этого вынести. И вы поте­ряли контроль над собой. Вы захотели наказать ее, что вы и сделали. Вы решили, что сексуальное насилие будет для нее самым лучшим наказанием. Несколько дней вы при­чиняли ей боль, а когда сочли, что отомстили, вы задуши­ли ее. Вам было наплевать, что вы дали Пэрис срок в семь­десят два часа.

Окаменев от ужаса, Армстронг смотрел на Дина. Он перевел взгляд на Кертиса, чье лицо оставалось непре­клонным и суровым. Тогда, сложив руки на столе, он уро­нил на них голову и хрипло простонал:

– О господи, господи!

Кертис и Дин удовлетворили просьбу адвоката побыть с его подзащитным наедине и вышли в коридор. Кертис улыбался и потирал руки, предчувствуя скорую победу.

– Но Армстронг пока не подписал признания, – осту­дил его пыл Дин.

– Просто под рукой не оказалось ручки и бумаги, – не сдавался Кертис. – Кстати, вы отлично поработали.

– Спасибо, – рассеянно поблагодарил Дин. Это могло оказаться всего лишь первым раундом долгого и изматыва­ющего допроса, и потом его мучили некоторые вопросы. – Я не спросил, слышал ли он, как Джейни рассказывала в эфире о любовнике, которого собиралась бросить.

– Вы намекнули на это, и он не стал отрицать.

– Но Армстронг отрицал, что звонил Пэрис по поводу Джейни.

– До того как мы его об этом спросили. Для меня это оз­начает, что он виновен.

– Армстронг знал о звонках Пэрис, потому что об этом сообщали в прессе. Судя по записям, он на студию не зво­нил.

– Существует множество способов позвонить, чтобы не осталось никаких записей.

– Раньше Армстронг никогда никому не звонил с угро­зами. Почему он поступил так теперь?

– Может быть, решил развлечься иначе. Звонки от име­ни Валентино возбуждали его, а с другой стороны, пугали Пэрис. Он хотел нагнать на нее страху и отомстить ей.

Это имело смысл, но только если укладывалось в общую схему.

– Я не вижу в Армстронге Валентино. Стоматолог, не­сомненно, болен, но в нем нет той злости и ненависти, ко­торая есть в Валентино.

Кертис раздраженно нахмурился:

– Да забудьте вы на минуту о мотивации и посмотрите на факты.

– На какие именно?

– Его профессия. Он дантист.

– Химический состав для обмывания тела. – Дин рас­суждал вслух. Эксперт подтвердил, что трупы Мэдди Ро­бинсон и Джейни Кемп были тщательно вымыты. – Это мог сделать человек, знакомый с медициной, но и психо­пат, стремящийся смыть свою. вину.

– Армстронг подходит под обе эти категории, – поды­тожил Кертис.

Дин обернулся и через плечо посмотрел на закрытую дверь комнаты для допросов.

– Джейни удерживали силой. Ее мучили. На ее теле нашли следы укусов.

– Мы сможем сравнить отпечаток зубов.

– Я говорю о том, что в предыдущих поступках Армс­тронга не было даже намека на насилие. Он псих, согла­сен, но не склонный к насилию.

– В чем дело, Мэллой? – сердито поинтересовался Кертис. – Его собственная жена сказала нам, что в нем растет тяга к насилию. Вы сами говорили, что именно так обычно развивается психоз, которым страдает Армстронг. Вы что, себе самому не доверяете?

– Я помню, что я говорил, и я не ошибался, – задумчи­во произнес Дин.

– И потом накануне вечером он ударил Мелиссу Хэтчер.

– От случайной оплеухи до пыток, насильственных дей­ствий сексуального характера и убийства путем удушения огромное расстояние.

– Я с вами не согласен. Да и убитые женщины с вами не согласятся.

– Не перегибайте палку, Кертис, – рассердился Дин. – Я никого не оправдываю. Я только говорю…

– Проклятие! Я слышу, что вы говорите, – пробурчал Кертис и с силой выдохнул, пытаясь снять раздражение. Помолчав и немного успокоившись, он спросил: – Чем еще порадуете?

– Мы забыли о фотографиях.

– Армстронг признал, что мог сделать несколько сним­ков Джейни.

– «Мог», «несколько». Армстронг говорил о фотогра­фиях, как о пустяке. Джейни имела в виду совсем другое. Прежде чем мы снова возьмемся за Армстронга, могу я привести сюда Гэвина и расспросить его об этом попо­дробнее?

Кертис пожал плечами:

– Я согласен на все, что поможет нам прижать этого парня.

Дин вышел в вестибюль и знаком подозвал к себе Гэви-1 на. Мелисса осталась сидеть с женщиной и мужчиной. Дин догадался, что это ее родители.

– В чем дело, пап? – спросил Гэвин. – Он сознался?

– Пока нет. Мне нужно, чтобы ты повторил мне и сер­жанту Кертису все, что Джейни говорила тебе о Валентино Любую мелочь, все, что сможешь вспомнить. Согласен?

– Да я уже раз десять все рассказывал, – с досадой ска­зал Гэвин.

– Еще один раз, пожалуйста.

Когда они вошли в закуток Кертиса, тот наливал себе кофе. Детектив предложил кофе и им, но они отказались. Кертис сделал глоток из пластиковой чашки и произнес:

– Любое замечание Джейни может нам пригодиться, Гэвин. Не бойся повторить то, что уже говорил.

– Мне бы очень хотелось вспомнить что-то еще, сэр. Она говорила, что парень старше нас. Что он клевый, знает, как надо обращаться с женщинами.