Как бы не так - Татьяна Полякова

Наташка попыталась еще что-то спросить, а я уже неслась покоридору. До ординаторской оставалось всего несколько метров, когда дверьпалаты напротив открылась, и в коридоре показался один из больных, ИванПетрович. Господи, что ему здесь понадобилось?

— Марина Сергеевна, сосед на боли жалуется…

У меня засосало под ложечкой, тот, в ординаторской, навернякаего слышит. Как можно спокойнее я ответила:

— Вернитесь, пожалуйста, в палату, я сейчас подойду.

Он ушел, а я шагнула к двери, больше всего на свете боясь,что столкнусь с тем типом нос к носу. Но он, как видно, решил не торопиться.

Левой рукой я ухватилась за ручку двери, а правой быстроповернула ключ в замке, дважды. И к стене привалилась. Теперь главное, чтобыникто не появился в коридоре.

В ординаторской было тихо, ни шагов, ни подозрительногошороха. Наташка торопливо шла мне навстречу.

— Позвонила? — спросила я.

— Ага. А охранника нигде нет.

Я так и стояла у двери до тех пор, пока не приехала милиция.Явились они быстро, но мой рассказ впечатления не произвел.

— У него может быть оружие, — предположилая. — Надо эвакуировать больных…

Один из прибывших взглянул на меня с сожалением, спросил:

— Ключ где?

— В двери, — ответила я, и наконец отлепилась отстены.

Он деловито шагнул вперед, а его товарищи выжидающеуставились на дверь. Она открылась, он вошел, правда, с осторожностью. Вслед заним вошли остальные. Я тоже вошла.

Ординаторская была пуста. Легкий ветерок шевелил занавескуна открытом окне.

— Удрал, — высказала я предположение. Тот, что былза главного, выглянул в окно, хмыкнул и сказал:

— Конечно.

Мне не понять его иронии, лично для меня второй этажпроблема. Впрочем, тот, что здесь недавно расхаживал, выглядел оченьрешительно. Все дружно посмотрели на меня, а я чувствовала себя полной дурой.

— Что ж, — опять усмехнулся главный. —Бывает…

— Что бывает? — ринулась я в атаку. — По-вашему,я все это придумала?

Он пожал плечами:

— Я этого не говорил…

— Но вы так думаете.

— Думать я могу что угодно. Это не возбраняется. Ноподнимать людей по тревоге только потому, что вам что-то привиделось…

— Вы его лица не видели.

— Ах, лица… тогда конечно, — он кивнул нателевизор. — Беда от этого ящика… — и пошел из ординаторской.

Я хотела возмутиться, но передумала. Тот, за чью жизнь яволновалась, благополучно покинул эти стены, а остальное не мое дело: на одинвечер неприятностей хватит… Как оказалось, я ошиблась: все было еще впереди.

Стражи порядка шли по коридору, когда из первой палатывыскочила Ася с совершенно белым лицом.

— Марина Сергеевна, — стуча зубами, сказалаона. — Там, в палате, охранник, раненый. А дядечки нет…

Стражи как по команде развернулись и ускорили шаг. Но доменя им было далеко.

Наш незадачливый охранник полулежал в углу, держась рукамиза живот, между пальцев стекала кровь, а сам он был без сознания.

— Черт… — кто-то охнул за спиной в два голоса, но мнеуже было не до этого…