Рыбки в пятнах света - Рику Онда

– И в чем же?

С настороженным видом она наливает вино в своей стакан.

– Мне бы тоже этого хотелось.

Я осушаю свой стакан. Она тут же наполняет его снова.

Я чувствую в голове необыкновенную ясность, хотя алкоголь наконец начинает действовать. Появляется странное пьянящее ощущение – будто меня от окружающей среды отделяет какая-то тонкая пленка.

С тех пор как мы с сестрой встретились, я много раз замечал, что у нас с ней схожий ход мыслей, но никогда не думал, что это совпадение окажется настолько глубоким. Не мог представить, что и в нынешней ситуации мы будем мыслить одинаково.

Да, я в самом деле надеялся, что это сделала она.

Смерть проводника стала громом среди ясного неба. Я и представить не мог, что тот человек вторгнется в нашу жизнь таким образом.

Ворвется совершенно неожиданно.

И внесет в нашу жизнь путаницу и беспорядок.

Его смерть надо было как-то объяснить. И это объяснение должно было быть таким убедительным, чтобы могло легко сохраниться в памяти и закрыть вопрос.

Так у меня в голове родилась замечательная теория, которая показалась мне наиболее вероятной: нашего отца убила Аки.

– А почему же тебе тоже этого хотелось? – как бы обращаясь к самому себе, говорю я.

Она хмуро смотрит и быстро отвечает:

– Ты знаешь почему.

Я не могу долго выдерживать ее взгляд, отвожу глаза и слышу опять:

– Ты знаешь почему.

Конечно, знаю, просто не хочу говорить.

Промолчав, я делаю глоток из стакана.

Вино окрашивает губы. Почему так получается – когда я вижу в зеркале свои испачканные вином губы, я теряюсь, словно при виде следов преступления?

Почему? Не знаю.

Я перевожу взгляд на окно.

В летнем мраке тихо колышутся ветви деревьев.

Часы в парке, которые я видел сотни, нет, тысячи раз.

Глядя на их стрелки, я остро ощущаю, как эта ночь постепенно, минута за минутой, уходит.

Я не знаю, согрешили мы или нет. И что такое грех? Прежде я никогда не думал об этом так много, как в последние дни и весь сегодняшний день.

– Наверное, это все-таки несчастный случай, – говорит она с обреченным видом.

– Проводник в горах поскользнулся и разбился насмерть. Вот и все. И оказалось, что проводник – наш отец. Чистая случайность, как и то, что мы в это время оказались там. Редкое совпадение, но от этого оно не перестает им быть. А мы пытаемся изобразить из несчастного случая убийство. Только и всего.

Не понимаю.

Что мы сделали?

Совершили ли ошибку?

Она аккуратно поправляет упавшую на лицо прядь волос.

– Но я думала, что это ты его убил, Хиро. Чтобы связать нас неразрывно. Такими узами, которые не разорвешь вовеки. Понимаешь?

Она снова обращает свой взгляд на меня.

И опять я отвожу глаза первым.

– Мы же брат и сестра. Это же связь на всю жизнь с самого начала. Разве нет?

– Да, мы же брат и сестра, – повторяет она, усмехаясь над моим притворным простодушием и глядя в одну точку на стене. – Брат и сестра на всю жизнь.

Воздух вокруг нас снова начинает сгущаться.

Повисает тишина – не такая холодная и полная подозрительности, как до сих пор, а более плотная, наполненная чувством вины, удушающая.

Я помню эту тишину. Она часами висела между нами в самый тяжелый момент моей жизни. Самый тяжелый до последнего времени.

Она медленно встает с татами и направляется в ванную.

Я все так же смотрю на стрелки часов в парке и слышу, как за ней закрывается дверь.

Яркое весеннее солнце. Переливающаяся зеленью листва.

И женщина бежит ко мне, откуда-то издалека.

Да, она права. Я хочу привязать ее к себе. Прочными узами, которые невозможно разорвать до конца жизни.

Я чувствую во рту горечь.

Бежать некуда.

Что это – грех?

Полюбить другого человека?

Не в силах сдержаться, я ударяю кулаком по ее чемодану, превращенному в импровизированный столик.

Бумажные тарелки с едой взлетают в воздух.

Врать самому себе я не могу. Мы были влюблены друг в друга, пока не узнали о своем родстве.

Глава 8

Я стою перед тускло освещенным зеркалом, мою руки тщательнее, чем обычно, и смотрю на свое отражение.

Ну и видок! Неужели это в самом деле я?

Под струей холодной воды руки постепенно немеют.

Хотя я видела свое лицо в зеркале бесчисленное количество раз, сейчас я себя не узнаю. Неужели это я?

Осторожно касаюсь зеркала. Передо мной усталое и напряженное лицо, глаза смотрят с подозрением.

Когда мы только переехали сюда, взгляд был искренен и полон надежд.

Какие же мы идиоты! Не заметили ловушку, которую сами же поставили, и угодили прямо в нее.

Мы стали жить вдвоем, узнав, что мы брат и сестра, и убеждали себя, что всё понимаем. Поселились вместе, потому что росли по отдельности и хотели компенсировать то время, когда жили, не подозревая о существовании друг друга. Плюс в Токио, где все так дорого, жить вдвоем дешевле и удобнее. Да и с точки зрения безопасности лучше. По крайней мере, мы в это верили и убедили в этом наших родителей.

Моя семья сначала была против, но в конце концов сдалась.

Я заявила, что уже взрослая, и на этом спор окончился. Но теперь, оглядываясь назад и думая, почему родители не хотели меня отпускать, понимаю, что причина беспокойства, которое я прочитала в их глазах, была в другом.

* * *

Капризы судьбы. Часто приходится слышать эти слова.

Но для нас в них нет ничего забавного.

Трудно представить такое совпадение: мы с братом поступили в один и тот же университет и вступили в один и тот же клуб.

Судьба так распорядилась?

Мы разнополые двуяйцевые близнецы; гены у нас разные, но несмотря на это, мы очень схожи по характеру. То же самое можно сказать о нашей успеваемости в школе, увлечениях и интересах в старших классах. Возможно, люди с похожими склонностями совершают похожие поступки, и их привлекают одни и те же места.

Встретившись в теннисном клубе, мы сразу обратили внимание друг на друга.

Сейчас я могу сказать лишь одно: увидев его, я что-то почувствовала. Он говорит, что тоже. Даже в этом мы похожи.

Хотя в нашем клубе не проводились официальные университетские соревнования, дисциплина в нем была достаточно строгая, и тренироваться все равно приходилось серьезно.

И он, и я занимались теннисом в школе, и когда