Рыбки в пятнах света - Рику Онда

И тот факт, что мы сами загнали себя в нее, нисколько не облегчал наше положение.

Поначалу все было нормально. Мы могли рассказывать всем и каждому, что активно пытаемся компенсировать время, которое должны были проводить в семье, что имеем право жить вместе, как брат и сестра, и говорить друг с другом на любые темы. Наверное, мы даже переборщили с драматизмом, касаясь того, что с нами произошло.

Однако постепенно шестерни в нашем механизме стали выходить из строя, одна за одной. Между нами возникло странное напряжение.

Никто из нас не мог понять причину. Может, мы просто привыкли друг к другу? Или устали друг от друга? Недоумевая в глубине души, почему так происходит, мы старались снять напряжение, но оно никуда не девалось и давало знать о себе каждый день.

Мы избегали говорить на эту тему. Не могли найти правильных слов, ведь с подобными проблемами мы прежде не сталкивались.

И вот наступил тот вечер.

* * *

Это было в пятницу. Дождь лил как из ведра.

Перевалило за полночь, а ливень все не переставал.

Тиаки задерживалась – у нее на работе устраивали вечеринку. Она может прилично выпить без серьезных последствий, но в тот вечер, как мне показалось, перебрала. Я понял это, услышав нетвердые шаги в прихожей.

Я работал у себя в комнате, слышал, как она вошла, и сразу наступила тишина. «Странно, – мелькнула мысль. – Почему она не пошла в свою комнату?» Пора было ложиться спать, и я направился в ванную.

И увидел ее на кухне, за столом. Она так и сидела в плаще, опустив плечи и глядя перед собой, и не шевелилась.

В ее позе было что-то зловещее, и я застыл на месте.

– Аки! Что случилось?

Она вздрогнула, услышав мой голос.

– Выпила лишнего, – ответила она тихо.

Я вздохнул с облегчением.

– Тебе нехорошо? Дать воды?

– Ага, – вяло буркнула она.

Я сходил на кухню, достал бутылку воды из холодильника, налил в стакан и взглянул на Аки.

Она уставилась в какую-то точку на столе, глаза были широко открыты.

Выражение ее лица озадачило меня.

Она не была пьяна и контролировала себя даже лучше, чем обычно, но ее, похоже, что-то беспокоило. Приглядевшись, я заметил, что глаза у нее красные, она плакала.

– В чем дело? Что-то случилось?

Я поставил перед ней стакан с водой и сел напротив.

Она медленно покачала головой, лицо у нее было мертвенно бледное.

– Ничего.

– Но ты же плачешь.

Похоже, только после этих моих слов она заметила, что по ее лицу текут слезы. Торопливо вытерев глаза и лицо, она продолжала смотреть в одну точку.

– Плохие новости?

Я заглянул ей в лицо, она широко раскрыла глаза и решительно тряхнула головой.

Разумеется, я не принимал ее слова за чистую монету, потому что никогда не видел Аки в таком волнении.

– Мы же договорились, что всегда будем советоваться друг с другом, – настаивал я.

Так мы решили, когда начинали жить вместе.

– Не могу сказать.

– Договорились же!

Она говорила едва слышно. Но я не отставал. Надо узнать, что ее так расстроило.

Но она продолжала молчать и старалась не встретиться со мной взглядом. Такого прежде не было.

Меня вдруг охватила необъяснимая тревога.

Я ждал. Мне во что бы то ни стало нужен был ее ответ.

Наконец она сдалась и выдохнула:

– Юдзи сделал мне предложение.

Такого ответа я не ожидал. Это все равно что получить удар в лицо.

Я был поражен. Не фактом предложения, а сильным шоком, который эта новость вызвала у меня.

– И что же ты? – спросил я хриплым голосом, изо всех сил стараясь взять под контроль внутреннее смятение. Однако я не понимал его причины и потому был сбит с толку.

Юдзи Такасиро был на курс старше нас в университете и тоже занимался в теннисном клубе. Аки встречалась с ним уже почти два года. Хороший парень, на такого можно положиться. Я заметил, что он по-настоящему любит Аки, в общем, идеальный жених.

Она покачала головой.

– Ты сказала «нет»?

– Я ничего ему не ответила, – проговорила она мрачно.

Мне как-то полегчало.

– Вообще-то, он уже давно об этом говорит, – продолжала она, не поднимая глаз.

– О предложении?

– Не сколько о предложении, сколько чтобы я отсюда съехала.

– Отсюда?

– Он говорит, что я не должна жить с тобой. Это его давно раздражает.

– Но почему?

Моя тревога росла. Я спиной ощутил охватывавший меня страх.

– «Глядя на вас, не подумаешь, что вы брат и сестра». Вот что он сказал, – продолжала она глухим, дрожащим голосом. – «Ты не должна больше жить с Тихиро. Это невозможно».

Ее слова ошеломили и страшно испугали меня.

Я был в шоке от того, что у хорошо знавшего нас Такасиро сложилось такое впечатление. Но ведь он попал в точку, и это еще хуже.

Аки наконец подняла голову и взглянула на меня, лишившегося дара речи.

Холодок опять пробежал по спине.

Она никогда на меня так не смотрела.

Ее лицо было искажено страданием, слезы блестели в глазах, излучавших темный чарующий свет.

Все мое тело покрылось мурашками. Меня охватило ощущение, которое невозможно выразить словами. Страх… но не только он. К нему примешивалось еще что-то необъяснимо приятное, вызывающее чувство триумфа. Это надо признать.

– Я не могу уйти к Юдзи, – прошептала она со слезами.

В свете кухонного светильника Аки показалась мне потрясающе красивой.

Такой я никогда еще ее не видел.

– Хиро, ты… – начала было она, но вдруг уронила голову на сложенные на столе руки и зарыдала, сотрясаясь всем телом.

Ошеломленный, я будто прирос к своему стулу.

Какой же я идиот!

Открывшаяся правда раздавила меня.

Такасиро не просто разобрался в нашей ситуации, он видел ее насквозь. Нас с Аки связывала вовсе не любовь брата и сестры. Я хотел думать, что между нами семейная связь, верил в это, однако в реальности мы любили друг друга иначе. Как мужчина и женщина. Именно об этом говорили тогда наши взгляды.

С тех пор наша жизнь стала постепенно превращаться в ад.

Глава 10

Когда его взгляд уплывает куда-то далеко, мне всегда представляется солнечный свет, пробивающийся через кроны деревьев.

Фрагменты подавленных эмоций и желаний, которые мы не облекли в слова, скользят в мерцающих лучах, на мгновение пересекаясь, словно тени.

В ультрамариновых глубинах пруда, гладь которого испещрена пятнами света, на самом дне суетятся рыбки.

Их много. Иногда они поднимаются к поверхности, бьют по воде хвостовыми плавниками, но