Аномальная зона - Андрей Кивинов

Скорик-то вовремя среагировал. Если бы не эта фура проклятая – ушли бы уже. А так – слишком близко. Артюхов матерился. Скорик сжал зубы.

– Машина двести пятьдесят шесть! Принять вправо и остановиться!

Обрадовались… Он, Скорик, обратно за решетку не спешит. Недолго погулял еще.

Свинья вдруг резко завизжала. Чувствительная, тварь такая… Артюхов хлопнул ладонью по крышке ящика.

– Иначе будем стрелять! – гремел громкоговоритель.

Микроавтобус продолжал движение. И как назло – пустой участок дороги. Никого.

– Давай по колесам, пока машин нет! – скомандовал Жаров.

Лобов отшвырнул мегафон (так, что едва в Жарова не попал), схватил автомат, высунулся в окно (едва не вывалился) и дал очередь.

Мимо…

Микроавтобус свернул к жилому массиву. Еще одна очередь… Кажется, зацепил.

Скорик резко затормозил, Артюхов выскочил вслед за ним. Ящик хватать было некогда. Да и не убежать с ящиком.

Ч-черт!

Проштрафившийся Лобов, заглаживая вину, старательно целился из автомата в убегающих. Жаров едва успел поднять ствол:

– Сдурел?! Там люди! Ушли, похоже…

Бросился обратно в машину, схватил рацию…

А Лобов услышал странные звуки. Они явно доносились из микроавтобуса. Он быстро залез в салон, осторожно приоткрыл ящик.

Батюшки… Что за чудовище такое? Свинья-шахидка?.. Тротиловая морская свинка замедленного действия?

Как и опасался Стрельцов, его сосед Липин вылакал в одиночку всю фляжку бодрящей настойки. Зато рассказал многое. И просить не пришлось: из того слова сами сыпались, как горох из распоротого мешка.

Рассказал – и заснул. На ящичке у своих шапок. И даже захрапел, шельмец.

– Хозяин, почем птички? – раздался знакомый зычный голос. Эксперт Семен заглянул в клетку с зеленым попугайчиком.

Попугайчик приветственно запищал, словно узнал знакомого.

– Тыща за штуку, – не растерялся Стрельцов.

– Ого! Чего так дорого?

– Редкая порода. Амазонский тукан. – Стрельцов уже вошел в роль. Раньше ему торговать не доводилось, но мало ли как жизнь сложится… Лишний навык не повредит…

– Гриш, у меня столько нет, – тихо отказался Семен, оглядевшись по сторонам.

– Ну, тогда извините, – громко возгласил Стрельцов. Семен продолжил конспиративным шепотом:

– Забрать их хочу, дочки запилили.

Продавец тоже снизил голос:

– А я с чем останусь?! Ты зачем пришел?

– Наши узнать послали… – Семен старался не перепутать, что говорить шепотом, а что для чужих ушей. – Может, сбросишь цену?

– Гражданин, вы не в Турции на базаре!

Почему ему в голову пришла Турция, Стрельцов не смог бы объяснить. Сам он в Турции не бывал. В Египте доводилось, там и впрямь можно было раза в три цену сбить, если торговаться упорно. Поди, и в Турции так же!

– Ладно, завтра приду и куплю, – раздраженно выкрикнул Семен. И добавил тихонько: – Барыга…

– Передай, – шепнул Гриша, – того, кто заказ принимал, звать Боря Скорик. От этого узнал.

Кивнул на спящего Липина.

– До свидания, хозяин! – попрощался Семен.

Когда шапкоторговец очнулся, Стрельцов попросил его минут пять посторожить товар и направился в местную забегаловку.

Дежуривший у дверей Жигалов с подозрением покосился на нового персонажа. Куда это он? А, в «Птичку».

Жигалов глянул в окно. Нет, ни с кем не общался, выпил пятьдесят грамм, и сразу обратно.

– А говорил, денег ноль! – Жигалов преградил дорогу Стрельцову.

– За сотню мышку продал.

– Ну, с дебютом тебя. Гони процент…

* * *

– Да ладно разыгрывать-то… Не до шуток, – нахмурился Рогов. Он не сразу сообразил, что в управлении ГИБДД о его поросячьих проблемах знать не могли, а если бы и знали случайно, то шутить над чужим человеком вряд ли бы стали.

На другом конце провода сильно удивились.

– Извините, это я не вам, – пробормотал Рогов. – Понял… А сами эти… Ага… Тьфу ты! Ладно, ждите. – Вася положил трубку. – Упустили, ешкин кот!

– Кто это? – Любимов с интересом слушал разговор.

– Гаишники. Они на Пулковском автобус по нашей ориентировке тормознули, а люди сбежали.

– Эти? – Жора потряс фотороботами «лесных братьев».

– Говорят, похожи. – Вася помедлил секунду и добавил: – И главное – свинья внутри.

– Твоя?! – расхохотался Жора.

Издеваться над Роговым коллеги до сих пор не перестали. Все понимали, что шутка глупая, – но все равно затягивает. Чем глупее, тем больше затягивает. Вчера вот кто-то брелок с Пятачком (из мультика про Винни-Пуха) на стол подбросил.

– Ну хватит тебе уже, – поджал губу Рогов. – Тебе бы такую подложили… Нет, не моя. Чужая. И очень маленькая.

– И у тебя вроде небольшая. Ну, поехали, глянем… на твое любимое животное.

Крутикова случившееся подкосило.

Он опустился обессиленно в кресло, взялся за сердце. С карикатуры ехидно ухмылялся Дарвин. За окном разлаялись собаки – что-то их там переполошило.

– Боря, ёпрст, как же так? – потухшим голосом сокрушался директор. – Договориться не могли?! Прокол за проколом. А что Татарину говорить?.. Он ждет. Да плевать он хотел!.. Придется ехать, объясняться. А вы давайте на базу и ждите. Если живой вернусь…

Крутиков подошел к бару, открыл дверцу. Достал пузырь виски и стакан. Нет, ну что за ослы! С такими подручными – прямой путь на… На.

Директор передумал, поставил бутылку на место, вытащил пузырек с каплями валокордина. Накапал треть стакана…

Дверь приоткрылась, заглянула Степанида.

– Чего тебе?! – рявкнул начальник.

– Анатолий Сергеевич… Злых на складе нет.

– Кого?!

– Табличек. Ну, «осторожно злая собака»…

– Хрен с ними!

– Анатолий Сергеевич…

– Ну?!

– Зато есть «очень злые». Брать?

Это как цепная реакция. Артюхов Крутикову – обухом. А тот – Татаринову. И неизвестно, кому больнее.

Авторитетный бизнесмен внешне был спокоен. В душе у него бушевал пожар, но что зря шуметь…

Он только сделал глубокий глоток испанского красного вина (врач говорил, что это полезно для сердца) и протянул Настасье вторую ногу для педикюра. При этом он привычно щипнул ее пальцами за сосок. Та хихикнула и шустро принялась обрабатывать пилочкой желтые ногти.