Вечный кайф - Сергей Зверев

Студенты-химики сейчас на зоне. И братва, и правоохрана ждут, когда выйдут. Система наша государственная сейчас безвольна и слаба. В нормальном государстве нашли бы способ обуздать их творческую активность. А у нас? Все опера с ужасом ждут, когда вновь появятся ампулы с «мертвой водой».

Но пока объявился лишь порченый героин. И опять та же история — дохнут наркоши незнамо от чего. И экспертиза бессильна.

— Высокие технологии, — сказал я.

— Чего? — спросил Арнольд.

— Такие фокусы возникают, когда братва получает доступ к высоким технологиям.

— А на шиша эти технологии? Чтобы травить наркошей? — иронично осведомился Арнольд.

— Неизвестно, — пожал я плечами.

— В общем, завтра Куравлев летит со всеми материалами в Москву, — сказал Романов. — В ЭКЦ министерства. Пусть там гадают.

— На самолете? — удивился Арнольд.

При безденежье лететь самолетом туда, куда можно неторопливо дотрюхать на поезде, никто не даст. Нет денег в МВД. Уже несколько лет ни на что в стране нет денег, кроме как на прокорм вечно голодных олигархов. Так что билет на самолет означал, что начальство очень сильно озабочено всем происходящим.

— У кого-то наверху заболела голова от наших проблем, — сказал я.

— Это уж точно. Так что нам лучше напрячься, — устало произнес Романов. — Нет, Терентий, от тебя я не ожидал такого. Ведь не просто этот барыга несчастный смылся. Нить порвалась.

— Свяжем, — заверил я. — Морским узлом.

— Ну так вяжи!

* * *

— Ты, мать твою за ногу, подлый убийца! Сам держишь притон. Сам вколол Олечке отравленный героин! Заставлял ее, невинное дитя, торговать наркотиками! Ничего, скоро все будет в газете.

Арнольд подирижировал в такт доносящейся из громкоговорителя телефонного аппарата брани. Это звонила бабка Турусова, которая все упрекала Арнольда в том, что он отравил ее внучку.

— Знаете, чего эта карга старая устроила, — сказал Арнольд, дав отбой. — Приходила в мой подъезд и пыталась взять у соседей показания, что я веду аморальный образ жизни.

— Ну, тут ей искать долго не пришлось, — сказал Асеев, отвлекшись от пишущей машинки.

— Обижаешь, — произнес Арнольд. — Соседи знают меня как исключительно добропорядочного семейного человека.

— И непьющего, — поддакнул Галицын.

— Кто без греха, пусть первый бросит в меня камень, — продекламировал Арнольд.

— Так колись, дали на тебя соседи показания, что ты притон содержишь? — потребовал я.

— У меня сосед, вечно пьяный новый русский, ее пообещал с лестницы спустить… В таком возрасте — и такая неуемная энергия.

— Появилась у Бабы-яги цель в жизни, — сказал Асеев. — Добра молодца в печи изжарить.

Послышался опять звонок.

— Опять она? — прошипел зло Арнольд, включая громкоговоритель. — Что вам?

— Арнольд. Это Рок, — огласил сбивчивый голос стены нашего кабинета.

— И чего с этого?

— Я сейчас приеду, — заявил Рок. Потом голос его отдалился, видно было, теперь он обращался к кому-то рядом с собой. — Я в ОБНОН еду. Что, не слышала? Бойцы невидимого фронта.

— Ты что там несешь?! — заорал Арнольд. — Ты кого там грузишь, урод?

— Да не бойся, Арнольд. Она — надежный человек.

— Я тебя убью, ублюдок! Понял?

— Ладно, ладно. Не шуми, — примирительно заявил Рок. — Буду.

Забулькали гудки.

— Ну что с ним сделаешь, а? — покачал головой Арнольд. — Только отравить порченым героином, как Бациллу и его корешей.

Рок появился через час. Арнольд хотел ему дать в лоб сразу у входа. Но морда у Рока и так была разбита.

— Еле добрался, — сообщил он. — Пришлось водителя кинуть.

— Как это? — спросил Арнольд.

— Ну, сказал ему, что по делу в ментовку приехал. И если ему бабки нужны, пусть у дежурного возьмет.

— Во даешь, — покачал головой Асеев. — Ты вообще знаешь, как на троллейбусе ездить?

— А зачем, когда тачек полно? — с недоумением произнес Рок.

Да, Рок вообще при коммунизме живет. За такси не платит. За сигареты не платит — взял с лотка и пошел.

— Тебе водители рожу намылили? — спросил Арнольд.

— Чурки наваляли. У Южного рынка палатка. Чего они ко мне привязались?

— Кинул их? — осведомился Асеев.

— Не. Просто суки. Как бы нам их встряхнуть? Чурбаны клятые.

— Они наркотой торгуют? — спросил я.

— Торгуют, — закивал Рок. — Чем им еще торговать?

— Так продумай как — мы их возьмем, — сказал я.

— Посчитаемся с чурбанами, — зловеще ухмыльнулся Рок и потер руки. — Возьмите агентом. Всю мафию встряхнем.

— Агентом, говоришь, — задумчиво произнес Арнольд. — Ты всерьез решил?

— Я давно и крепко все обдумал.

— Ну хорошо. Возьмем.

— Арнольд, ты чего? — воскликнул я.

— Выйди, — кивнул Арнольд Року.

Рок послушно вышел.

— Ты чего ему обещаешь? — вскипел я.

— А чего, приколоться нельзя?

Арнольд объяснил идею.

— Клоун, — покачал я головой. — Ладно.

Вскоре Рок писал заявление с просьбой принять его в «секретные агенты отдела по борьбе с наркотиками с дальнейшей постановкой на вещевое и денежное довольствие».

— Без ошибок пиши, — склонился за его спиной Арнольд. — Секретный сотрудник должен быть грамотным. Образованным. Не пить.

— Ага, — Рок скосил взор на Арнольда, от которого разило перегаром.

— Не ширяться наркотиками, — добавил Арнольд.

— Как?

— Ну, это в идеале. Давай, пиши.

Сопя, Рок начал аккуратно выводить буквы.

— Число, подпись… Все. Теперь начальник должен утвердить, — Арнольд взял листок.

— Какой начальник?

— У, большой начальник. Сам Карл Карлович, — протянул Арнольд.

Он вышел из кабинета и через некоторое время появился в компании со своим старым собутыльником — толстым, представительным усатым майором из отдела кадров.

Насупившись, энергичным шагом майор ворвался в кабинет.

— Готов служить не за страх, а за совесть? — набросился он на Рока.

Рок вытянулся по струнке и с энтузиазмом воскликнул:

— Готов!

— Но ведь служба эта опасная, — покачал майор головой.

— Я мечтал о ней с детства, — Рок вытянул руки по швам.