Объявлено убийство - Агата Кристи

Инспектор Краддок осмотрел стену за ее спиной. На нейявственно виднелись две дырки от пуль. Сами пули уже изъяли и отправили наэкспертизу, чтобы определить, из какого пистолета они были выпущены.

– Вы чудом избежали смерти, мисс Блэклок, –бесстрастно произнес Краддок.

– Он стрелял в нее! – воскликнула миссБаннер. – Именно в нее! Я его видела. Он высвечивал лица фонарем, пока необнаружил Летти, а когда обнаружил, то прицелился и выстрелил. Он хотел тебяубить, Летти!

– Дора, милая, это все твои фантазии!

– Он стрелял именно в тебя, – упрямо повторилаДора. – Хотел тебя застрелить, а когда промахнулся, покончил с собой. Яуверена, что все было именно так.

– А мне кажется, ему и в голову не могла прийти мысль осамоубийстве, – возразила мисс Блэклок. – Не из той он был породы.

– Выходит, мисс Блэклок, вы до самого последнегомомента, вплоть до выстрелов, считали происходящее шуткой?

– А как же иначе?

– И кто, по-вашему, выступал в роли шутника?

– Сначала ты подумала на Патрика, – напомнилаподруге Дора Баннер.

– На Патрика? – резко спросил инспектор.

– Да, это мой юный племянник, – так же резкоответила мисс Блэклок и продолжала, раздосадованная поведением Доры: – Прочитавобъявление, я заподозрила, что это розыгрыш Патрика, но он категорически всеотрицал.

– И ты заволновалась, Летти, – напомнила миссБаннер. – Ты волновалась, хотя прикидывалась спокойной. И, между прочим,правильно делала, что волновалась! В газете говорилось: «Объявлено убийство», идействительно было объявлено убийство, ТВОЕ УБИЙСТВО! Если бы он не промахнулся,тебя уже не было бы в живых. Что бы мы без тебя делали?

Произнося эти слова, Дора Баннер задрожала. Лицо еесморщилось, она готова была разрыдаться.

Мисс Блэклок ласково потрепала ее по плечу:

– Все хорошо, милая Дора, не волнуйся. Тебе вредноволноваться. Это было ужасно, но все уже позади. Ради меня, возьми себя в руки,Дора, – добавила она. – Ты моя опора, все наше хозяйство на тебедержится. Да, кстати, если я не ошибаюсь, сегодня должны привезти белье изпрачечной…

– О да, Летти, как хорошо, что ты напомнила! Интересно,они привезут пропавшую наволочку? Надо будет записать, чтобы не забыть… Сейчаспойду узнаю.

– И унеси фиалки, – велела мисс Блэклок. –Ненавижу увядшие цветы!

– Они увяли? Какая жалость! Я же только вчера ихсорвала. Совсем не постояли… О господи, да я забыла налить воды! Толькопредставь себе! Все время что-то забываю. Ладно, пойду выяснять про белье. А товедь они с минуты на минуту приедут…

И Дора Баннер, повеселев, ушла.

– У Банни слабое здоровье, – сказала миссБлэклок, – ей вредно волноваться… Что еще вы хотели узнать, инспектор?

– Кто, кроме вас, живет в доме и что это за люди?

– Сейчас здесь живут два моих дальних родственника –Патрик и Джулия Симмонсы.

– Дальние родственники? Вы же сказали, племянники…

– Нет, на самом деле мы – дальняя родня, хотя они иназывают меня тетей Летти. Их мать приходится мне троюродной сестрой.

– Они всегда проживали с вами?

– Нет, что вы! Они тут только два месяца. До войныребята жили на юге Франции. Потом Патрик служил во флоте, а Джулия, по-моему,работала в каком-то министерстве. Они жили в Льяндудно. А когда войнаокончилась, их мать написала мне письмо, попросила сдать им пару комнат… Джулияпроходит практику в милчестерской больнице – она будущий фармацевт, – аПатрик учится на инженерном факультете в милчестерском университете. Вы жезнаете, от нас до Милчестера от силы десять минут на автобусе… ну, так вот… яих с радостью приняла. Для меня одной дом слишком велик. Ребята вносятнебольшую сумму за жилье и питание, и мы с ними прекрасно уживаемся. Я люблюобщаться с молодежью! – добавила мисс Блэклок с улыбкой.

– Кроме них, у вас живет миссис Хаймес, верно?

– Да, она работает помощницей садовника в «Дайас-Холле»у миссис Лукас. Миссис Лукас попросила меня выделить Филиппе комнату. Филиппа –очень хорошая женщина. Ее мужа убили в Италии. У нее восьмилетний сын,школьник. Мы с ней договорились, что он приедет сюда на каникулы.

– У вас есть прислуга?

– Пять раз в неделю по утрам приходит делать уборкумиссис Хиггинс из поселка; еще у меня работает беженка с неудобопроизносимымименем, она готовит еду. Поладить с ней непросто. Боюсь, вы в этом убедитесь насобственном опыте. У Мици что-то вроде мании преследования.

Краддок кивнул, припомнив еще одно важное замечаниеконстебля Легга. Сказав, что Дора Баннер «с приветом», а Летиция Блэклок –«нормальная», он припечатал Мици метким определением «лгунья».

Будто прочитав мысли инспектора, мисс Блэклок сказала:

– Только, пожалуйста, не относитесь к бедняжке спредубеждением! Я уверена, что в любой лжи всегда есть доля правды. Взять хотябы ее россказни о всяческих преступлениях. Они росли как снежный ком, и теперьМици кажется, что все ужасы, о которых сообщают газеты, происходили с ней или сее близкими. Но с другой стороны, она действительно много перестрадала, и на ееглазах действительно убили какого-то родственника. Я считаю, что большинствоперемещенных лиц вполне заслуженно нуждаются в повышенном внимании и заботе;судьба обошлась с ними жестоко, и, чтобы вызвать к себе сочувствие окружающих,они частенько преувеличивают и привирают. Хотя, конечно, Мици кого угодносведет с ума, – добавила со вздохом мисс Блэклок. – Порой она наспросто бесит, мрачная, подозрительная, вечно у нее дурные предчувствия,обижается на ровном месте. Но мне ее все равно жалко! – Летицияулыбнулась. – Тем более что, когда Мици в хорошем настроении, она готовитпревосходно.

– Постараюсь ей не докучать, – пообещалКраддок. – Скажите, а кто та девушка, которая открыла мне дверь? ЭтоДжулия Симмонс?

– Да. Если хотите, можете с ней поговорить. Патрикасейчас дома нет, Филиппы тоже. Она на работе в «Дайас-Холле».

– Спасибо, мисс Блэклок. С вашего позволения, япереговорю с мисс Симмонс.