Признание - Чарлз Тодд

— Тогда кто же человек на фотографии?

Моррисон нахмурился и снова осмотрел снимок.

— Извините. Мне кажется, я никогда раньше его не видел. Но вы сказали, что он сам пришел к вам в Скотленд-Ярд? Тот, кто на снимке? С чего вы взяли, что он — майор Рассел?

— Так он мне представился, — уверенно ответил Ратлидж.

— Очень странно! Говорите, когда его тело вытащили из воды, на нем был медальон с фотографией мисс Фаррадей?

— Да, так утверждают те, кто его нашел.

— Тогда… по-моему, вам следует найти саму мисс Фаррадей и спросить, знает ли она этого человека.

— Прежде чем я последую вашему совету, что еще вы можете мне рассказать о семье Рассел? Может быть, где-нибудь неподалеку живут слуги, работавшие в доме? В Фарнэме, например…

— Слуг у них было немного. Экономка, конечно, несколько горничных… Кухарка… Пожилой лакей. Ах да, еще один молодой человек. Когда приезжали гости, он исполнял роль дворецкого, но в остальное время он работал шофером и повсюду возил миссис Рассел, когда она выезжала. Семья не очень ладила с местными жителями и чаще всего не общалась с ними. Лакей умер вскоре после исчезновения миссис Рассел. А кухарка переселилась к кому-то из своих родственников… Фамилия ее миссис Бродли. Я хорошо ее помню — она прекрасно готовила. Что стало с экономкой, миссис Даннер, я не знаю. Кажется, кто-то говорил, что она нашла работу где-то в центральных графствах. Харолд, шофер, первые несколько недель войны оставался в доме сторожем, но потом тоже записался добровольцем и ушел в армию. После этого в усадьбе никого не осталось.

— А горничные?

— Ах да, чуть не забыл. Нэнси вышла за Самьюэла Бразерса, сына местного фермера. Их хозяйство за Фарнэмом, недалеко. Другие девушки куда-то уехали.

— Скажите, как найти ту ферму?

— Вам надо проехать через Фарнэм; потом повернуть налево и больше никуда не сворачивать. Ферма Бразерсов будет второй.

Ратлидж поблагодарил священника и собрался уходить. Моррисон, как гостеприимный хозяин, проводил его. У двери он сказал:

— Надеюсь, вам удастся опознать этого несчастного с фотографии. Я буду молиться за него.

— Спасибо, преподобный.

Дверь закрылась, священник возвращался в алтарную часть, его шаги гулким эхом отдавались в пустом храме.

«Он был влюблен в девчонку, чье фото в том медальоне», — сказал Хэмиш, когда Ратлидж шагал по узкой полоске травы к своей машине.

«Кто, Моррисон?»

«Ну да, священник».

Ратлидж вспомнил грусть в глазах священника, когда он сказал, что Рассел охотно женился бы на Синтии Фаррадей. Рассел, конечно, больше подходил ей, чем сельский священник. Возможно, это объясняет, почему Моррисону трудно оказалось говорить о ней.

Он остановился, достал ручку и в тишине услышал шепоты в траве. Легко было представить себе людей, спрятанных в зарослях камыша; местами заросли оказались выше мужчины среднего роста. Ратлидж понял: здесь трудно найти кого-то даже в двадцати футах от того места, где стоишь. Вот почему поиски миссис Рассел шли с таким трудом.

Они поехали в сторону Фарнэма.

Кто же был тот человек, который явился к нему в кабинет, заявил, что он — Уайат Рассел, и признался в убийстве Джастина Фаулера? Более того, кто убил его самого через двенадцать дней? Связаны ли как-то два этих события? А может, в прошлом жертвы имелось что-то еще, приведшее его к смерти?

Хэмиш заметил: «Ответы на твои вопросы наверняка знает та девица из медальона».

«Да, вполне вероятно. Разыскать ее — еще одна непростая задача».

Внимательно глядя на дорогу, чтобы не пропустить поворот, о котором говорил Моррисон, он увидел его с левой стороны в трех четвертях мили от церкви. Повернул, проехал через Фарнэм, затем повернул прочь от устья реки к фермам и пастбищам, одержавшим победу над болотами. Хозяйства были небольшими, но с виду вполне процветающими. На лугах мирно паслись молочные коровы. Фермерам здесь хватало и зерна, и сена для кормов. Он видел зеленые ростки пшеницы на дальнем поле, которые шевелились от легкого морского бриза.

Найдя ферму Бразерсов, он повернул на ухабистую тропку, ведущую к дому. За домом располагались старый амбар и несколько хозяйственных построек.

Ратлидж постучал, но дверь никто не открыл. Выждав немного, он обошел дом с тыла и направился к двери черного хода. На заднем дворе он увидел женщину в черном платье, видавшем лучшие дни. Она стояла в проволочном курятнике и насыпала корм для цыплят, которые толпились у ее ног. Когда Ратлидж показался из-за угла, она вскинула голову и смерила его настороженным взглядом.

К такому выражению у жителей долины реки Хокинг он уже начал привыкать.

Впрочем, женщина вполне вежливо спросила:

— Чем я могу помочь вам, сэр?

— Доброе утро. Моя фамилия Ратлидж. Я ищу миссис Бразерс.

— А на что она вам, когда вы ее найдете?

— Я ищу всех, кто знал семью, жившую в усадьбе «Берег». Священник церкви Святого Эдуарда, мистер Моррисон, сказал, что миссис Бразерс когда-то служила там горничной.

Кивнув, женщина опорожнила миску, которую держала на сгибе локтя, вышла из курятника и заперла за собой дверцу.

— Ну что ж, пойдемте на кухню.

Следом за ней он пошел по дорожке и каменным ступенькам, проложенным между грядками с лекарственными травами, цветами и овощами. Огородик вплотную примыкал к двери кухни. Ратлидж обратил внимание на то, что хозяйка тщательно ухаживает за садом и огородом. На грядках и клумбах все пышно росло и цвело, а почва между грядками тщательно выполота.

На кухне он отметил ту же опрятность. На столе лежала чистая, отутюженная скатерть; на раковине и шкафчиках не было ни пятнышка, как и на полу.

— Я Нэнси Бразерс, — представилась женщина, предлагая гостю стул и вставая перед широким буфетом. — А зачем вам понадобились те, кто служил в усадьбе?

— Пока еще не знаю, — ответил ей Ратлидж. — Я ищу женщину, чей снимок внутри этого медальона. — Он достал медальон из кармана и протянул Нэнси, держа за цепочку. — По моим сведениям, она, возможно, жила в усадьбе «Берег».

Миссис Бразерс не взяла медальон.

— Значит, вы юрист или полицейский? — спросила она.

Ратлидж сказал ей правду:

— Я из Скотленд-Ярда. Обычно мы не разыскиваем владельцев пропавшей собственности. Но в данном случае она может помочь нам в другом, довольно важном деле.

Миссис Бразерс взяла медальон, нашла застежку и открыла его.

— Ах!

— Вы узнаете ее? — спросил Ратлидж, видя, как пристально она смотрит на крошечную фотографию.

— Медальон… еще бы я его не узнала! — медленно ответила Нэнси Бразерс. — А я думала, что все осталось в прошлом!