Игра на два фронта - Марина Серова

В общем, снаружи и внутри клиника впечатляла, и даже очень. Я прямо так и сказала Владиславу Преснепольскому:

– У вас здесь, Владислав Семенович, очень стильно и современно.

– Благодарю, – кивнул Преснепольский. – Давайте поднимемся на третий этаж, там находится мой кабинет.

Пока мы поднимались, я задавала вопросы, не относящиеся к цели нашего визита в клинику. Однако я чувствовала напряженность и решила ее ослабить, насколько это было возможно.

– У вас ведь имеется стационарное отделение? – спросила я.

– Да, конечно. На четвертом этаже пациенты проходят реабилитацию после оперативных вмешательств, – объяснил мужчина.

Мы поднялись на третий этаж и пошли по коридору налево. Насколько я поняла, на этом этаже, во всяком случае, в его левой части, находились кабинеты руководства. Промелькнули таблички с надписями «Отдел кадров», «Юрисконсульт», «Бухгалтерия».

Владислав Преснепольский открыл дверь с табличкой «Директор».

– Проходите, Татьяна Александровна, – сказал мужчина.

Владислав встал сбоку, давая мне возможность пройти.

Кабинет руководителя клиники так же, как и первый этаж с холлом, был оформлен в современном стиле, с акцентом на элегантность и комфорт. В центре просторного кабинета стоял большой стол. На нем аккуратно расположены документы, ноутбук и канцелярские принадлежности. Справа находилось черное кожаное кресло для посетителя.

– Присаживайтесь, Татьяна Александровна, – предложил Преснепольский и кивнул в сторону кресла.

Сам Владислав сел в кресло руководителя.

Я тоже села в предложенное кресло и посмотрела по сторонам. Стены кабинета были окрашены в спокойные светло-серые тона, на стенах развешаны сертификаты и награды, подтверждающие профессионализм и успехи директора. Около одной из стен стоял массивный книжный шкаф с застекленными полками, на котором находились книги и справочники, надо полагать, по медицине.

Из больших окон в кабинет проникал естественный свет, усиленный искусственным освещением в виде точечных светильников. На подоконнике я заметила несколько растений в керамических кашпо, которые освежали деловой интерьер.

– Татьяна Александровна, что вы предпочитаете: чай или кофе? – поинтересовался Преснепольский. – Я сейчас позвоню секретарю, она приготовит.

– Владислав Семенович, спасибо, но я предпочитаю непосредственно приступить к делу: время дорого, – сказала я.

– Хорошо, тогда я сейчас.

Владислав встал с кресла и прошел к книжному шкафу. Он начал перебирать находившиеся там книги и пролистывать их. Перебрав несколько книг, он наконец вытащил одну и, подойдя к своему столу, снова сел в кресло.

– Это медицинские карты пациентов, которые оперировались в нашей клинике. То есть не подлинники – они находятся в архиве, – а ксерокопии, – объяснил Преснепольский. – Сейчас, одну только минуту.

Владислав бегло просмотрел взятую книгу, которая напоминала общую тетрадь, и спросил:

– Вы сами прочтете историю болезни, Татьяна Александровна?

– Владислав Семенович, будет лучше и рациональнее, если это сделаете вы. Мы тем самым сэкономим время, – ответила я.

– Хорошо, спасибо за доверие, – кивнул Владислав.

– У меня нет оснований вам не доверять, Владислав Семенович. Если мне будет очень нужно взглянуть на официальные документы, тогда я попрошу вас передать их мне. А в данный момент будет достаточно, если вы просто расскажете про то, что произошло, – сказала я.

– Ладно. Тогда небольшое предисловие. Основателем этой клиники пластической хирургии является мой дядя, старший брат отца – Виктор Васильевич Преснепольский. Он доктор медицинских наук, профессор общей хирургии в нашем Тарасовском медицинском университете. Хотя дядя и является основателем клиники, но в настоящее время руководство осуществляю я. Да…

Владислав сделал паузу.

– Видите ли, еще три года назад здесь все было по-другому, – продолжил Преснепольский. – Я был рядовым хирургом, а Виктор Васильевич сидел в этом кресле в этом кабинете. Тогда стационар только еще создавался, и начиналось все с нескольких палат. И вот произошло то, что произошло. Геннадий Смолянинников. Я ранее называл вам это имя.

– Да, я помню. Но вы ограничились только именем и фамилией. А что это за человек и какую роль он сыграл в вашей жизни? – спросила я.

– Прежде всего, он сыграл роль, причем роковую роль, в жизни дяди, – вздохнув, признался Владислав. – Геннадий Смолянинников, в общем-то – известная личность, но только в узком кругу. Это сорокачетырехлетний актер, правда, уже в прошлом. Потом он стал режиссером, что явилось естественным шагом, учитывая то обстоятельство, что у него уже был наработан опыт на съемочной площадке. Далее Смолянинников попробовал себя в роли продюсера, создал несколько проектов в кино и на телевидении. Кажется, еще он открыл школу актерского мастерства. А в целом… ну вот представьте себе, Татьяна Александровна, такой типаж: несколько отросшие волосы и уставшие глаза как результат постоянной борьбы за признание. В одежде предпочитает яркие цвета и экстравагантные аксессуары для того, чтобы привлечь внимание, но это выглядит неестественно. В общем, Геннадий Смолянинников – это смесь амбициозности и зависти…

Владислав замолчал.

– Вы знаете, Татьяна Александровна, а ведь клиника пластической хирургии, которую основал мой дядя, Виктор Васильевич, поначалу была просто косметическим салоном, – сказал Преснепольский.

– Вы это серьезно? – я с удивлением посмотрела на мужчину.

– Вполне. Дядя был одержим не только хирургией, но также эстетикой и красотой. После многих лет работы в клиниках он решил, что может сделать что-то большее, чем просто лечить болезни. Дядя мечтал создать место, где люди могли бы не только восстанавливать здоровье, но и улучшать свою внешность. Он мне позже рассказывал, что как-то раз проходил мимо уютного косметического салона и увидел, как женщины с воодушевлением обсуждали результаты процедур. Это вдохновило его на идею объединить знания общей хирургии с миром косметологии. Дядя начал активно общаться с владельцами салона, и вскоре они договорились о сотрудничестве. Профессор предложил проводить консультации и минимально инвазивные процедуры в их помещении. Это позволило ему использовать уже существующую клиентскую базу. Постепенно у людей рос интерес к его услугам. Люди стали приходить уже не только за косметическими процедурами, но и за профессиональным мнением о хирургических вмешательствах. Дядя понимал, что для создания клиники пластической хирургии требуется больше, чем косметический салон. И тогда он начал разрабатывать план по созданию полноценной клиники пластической хирургии. Дядя собрал команду единомышленников: хирургов, анестезиологов, медсестер и других специалистов, которые разделяли его видение новой клиники. Они начали проводить семинары и мастер-классы, а также использовать социальные сети, делясь историями успеха своих пациентов. И вот спустя несколько месяцев напряженной работы клиника была открыта. Она сочетала в себе современное оборудование, уютную атмосферу и высокий уровень обслуживания. Дядя внедрил индивидуальный подход к каждому пациенту, уделяя внимание не только физическим, но и психологическим аспектам. Он понимал, что для многих людей принятие решения о пластической операции