Три капли на стакан - Анна Орлова

Наверное, я спросила это вслух. Или выражение моего лица было достаточно… красноречиво.

– Нет, – Эллиот отошел и облокотился о стойку. – Я был уверен, что вы ни при чем. Но убедиться не мешало.

Чтобы не вспылить, я предпочла заняться кофе.

Машинально сыпанула в него щепотку мускатного ореха, чуточку корицы, черный перец на кончике ножа… А потом вспомнила, что Эллиот любит напиток безо всяких примесей.

За десять минут, пока я колдовала над туркой, мой гнев тоже успел вспениться – и осесть. А с Эллиотом лучше дружить… насколько он на это способен.

Поэтому я извинилась, ставя на конторку чашку:

– Простите, забыла.

Он поднял бровь, и я пояснила:

– Что вы не любите специи.

– Ничего, – он с видимым удовольствием вдохнул ароматный пар. – Не яд же.

Хотя соблазн был…

Я прикусила язык и вынула бутерброды. Нехорошо питаться всухомятку, но на полноценную готовку меня не хватило.

– Не бойтесь, не отравлю, – щедро пообещала я. – Кстати!

И, дотянувшись до бутылки с коньяком, откупорила пробку.

– М-м-м… – я плеснула немного на пробу в рюмочку для лечебных настоек, сунула туда палец и облизала. Эллиот дернулся, но на этот раз хватать меня за руки не стал.

А я преспокойно вылила остатки коньяка в кофе.

Лейтенант еще немного посверлил меня взглядом, затем расслабился.

– Значит, не яд.

– Нет, – покачала головой я, с удовольствием прихлебывая пьяняще-пряный напиток. – Отличный коньяк. Дорогущий, кстати. Особенно теперь.

Эллиот дернул уголком рта.

– Еще бы. Мастерс себе ни в чем не отказывал. В своем мужском клубе он пил такой же. Увы, образцов взять не удалось, Мастерс с приятелями весь графин приговорили…

– Жаль, – пробормотала я, – не отказала бы от еще одной бутылки…

Эллиот пропустил мою реплику мимо ушей.

– Значит, эта версия отпадает.

– А какие еще есть? – поинтересовалась я почти мимо воли. – Вы же наверняка уже проработали первичные данные.

И прикусила развязавшийся от алкоголя язык.

– Проработал, – кивнул Эллиот, смакуя кофе. – Только это мало чем помогло. В трехчасовой промежуток до смерти Мастерса укладывается семейный ужин, визит в клуб и… что-то еще.

– Что-то еще? – переспросила я для поддержания разговора.

Лейтенант кивнул.

– Дело в том, что и дома, и в клубе Мастерс пил коньяк. А в желудке при вскрытии обнаружен также кофе. Вы ведь его не угощали, так?

– А у меня он был позже, – парировала я, проглотив неаппетитную тему вместе с очередным глотком.

Эллиота такая ерунда тем более не беспокоила. Он с видимым удовольствием оприходовал бутерброд.

– Ну вот. Так откуда? Значит, по дороге к вам он еще куда-то заходил. Жаль, что за рулем он был сам, так что… ищем.

– Вы хотите, чтобы я поискала яд у него дома и в клубе?

Эллиот покачал головой и живо возразил:

– Только дома. Во-первых, в клубе он пробыл совсем недолго и точно ничего не ел. Лишь выкурил сигару и выпил бокальчик. И там Мастерс полностью сам себя обслужил – взял с подноса стакан, налил коньяк, выбрал сигару. Трое свидетелей говорят, что незаметно бросить яд в посуду было невозможно, и тут я с ними согласен. А из того же графина пили остальные, и все живы-здоровы. А во-вторых, мисс Вудс, это самый дорогой мужской клуб в городе, исключительно для брюнетов. Девушек допускают в то заведение… хм…

– Не продолжайте, – перебила я, поморщившись. – И понятное дело, ордер вам просто так никто не даст.

– Нет оснований, – с сожалением признал Эллиот, баюкая в ладони опустевшую чашку. – Так что пока проверяем семью и слуг Мастерса. Всего шесть человек – кухарка, жена, дочь, сын с невесткой и секретарь. Остальная прислуга приходящая, в нужный момент дома никого из них не было.

– Понятно, – я принялась собирать грязную посуду. – А что насчет Лили?

– С Лили сложнее, – Эллиот уселся на стойку. – Или проще, тут как посмотреть. Если бы не убийство Мастерса, я бы сказал, что это доктор или вторая девица, Энн. А так придется еще дам из этнографического клуба, которые там заседали прошлым вечером.

– А Лили тут каким боком? – не поняла я, включая воду.

Он качнул ногой и потер переносицу.

– Они интересуются разными народами. Дурость, конечно, – много ли наизучаешь в городе? Но дамам нравится. В тот раз они решили пообщаться с настоящей блондинкой. Пригласили за стол, угощали кофе с мороженым.

– М-да, – я поморщилась, представив, как неловко было стеснительной Лили, когда ее разглядывали, словно зверушку в зоопарке.

– Кстати, – оживился Эллиот. – А у вас какие версии?

– Не думаю, что это доктор, – нехотя призналась я, оглядываясь на него через плечо.

Лейтенант удивился. Видимо, думал, что я наоборот попытаюсь все свалить на Рейстеда.

– Почему? – коротко поинтересовался он.

Я вытерла руки и развесила мокрое полотенце.

– Помните, как он орал, когда мы приезжали после смерти Лили? Знаете, почему?

Лейтенант вопросительно изогнул темную бровь.

– Нет. Просветите?

– Энн намного слабее, чем была Лили, и способна сварить только самые простые зелья. Неудивительно, что доктор лютует. Тяжело ему теперь придется.

– Думаете, у него не было мотива? – с сомнением уточнил Эллиот. – Может, на кону стояло что-то посерьезнее лекарств? Блондинку-то он новую найдет.

Звучало цинично. Но верно.

Я вздохнула.

– Значит, начнем с дома Мастерса?

Эллиот спрыгнул со стойки и усмехнулся.

– Как скажете, напарник!

***

– Ничего себе! – выдохнула я, когда развалюха Эллиота остановилась у обманчиво неприметного особняка.

Неброский серо-коричневый дом с деревянным крыльцом и наличниками… отделанный первоклассным мрамором и мореным дубом. А еще постройку щедро оплетали кружева защитной магии. Причем альбовской магии, что по нынешним временам вовсе редкость. Сделать такую же я бы не смогла, но оценила.

– Нравится? – хмуро спросил лейтенант, барабаня пальцами по рулю.

– А вы завидуете? – поддразнила я.

Он досадливо дернул щекой.

– Проклятое высшее общество! Жену Мастерса допрашивать не смей – ей доктор не велел волноваться. Дочь на допросы не является, сын заявил, что слова не скажет без адвоката… Не семейка, а змеиное гнездо!

– Кстати, а кто он был, этот Мастерс? – спохватилась я. – Чем занимался? Откуда такое состояние?

Нельзя же не спросить!

Глава 2.3

– Понятия не имею, – на меня он не смотрел. – На визитке у него написано «деловой человек», а в остальном… Сплошные недомолвки. Одно ясно – состояние он нажил сам. Родители у него были беднее церковных мышей.

– Интересно, – выдавила я и поправила ремешок сумочки на плече. – Пойдем?

Лейтенант кивнул и выбрался наружу…

Дверь очень долго не открывали. Эллиот вдавил кнопку звонка до упора, но на птичьи трели внутри никто не откликался.

Наконец он отступился,