Три капли на стакан - Анна Орлова

– Выбью дверь.

Прозвучало решительно. Домочадцы покойного Мастерса тоже прониклись. Скрипнул засов, и кто-то выглянул в щель.

– Что вам угодно? – опасливо спросил пожилой мужчина.

Отвисшими брылями, лохмами пегих волос и несчастным выражением лица он напоминал большую печальную собаку. И вел себя как бездомная дворняга, которая ждет, что ее вот-вот пнут.

– Лейтенант Эллиот! – махнул удостоверением мой «напарник». – А вы?

– Стивен Керк, брат Уны… То есть миссис Мастерс. То есть я – ее сводный брат… Вы проходите, я…

Он сбился и замолчал, поправляя зачем-то наброшенный на шею клетчатый шарф.

Эллиот толкнул дверь, помог мне снять пальто и разделся сам, давая понять, что мы надолго.

Вручил верхнюю одежду опешившему хозяйскому брату и заявил властно:

– Мне нужно видеть миссис Мастерс.

Керк помотал головой.

– Она слегла. Доктор говорит…

– Понятно! – бесцеремонно перебил лейтенант. – А вас в день убийства дома не было?

– Нет, что вы! – испугался Керк. – Я же тут не живу. Приехал сестру поддержать.

Эллиот нахмурился.

– А кто из членов семьи еще дома?

– Сестра и мой племянник, Фойл, с женой. И секретарь, Рамзи.

– Предупредите их, что мне нужно с ними поговорить, – велел лейтенант, и Керк быстро закивал.

– Я сейчас! – он кое-как пристроил на вешалке нашу одежду и умчался.

А Эллиот повернулся ко мне.

– Мисс Вудс, я их пока отвлеку. А вам карты в руки. Начните с кухни. Вон там.

Он махнул рукой, указывая в сторону черной лестницы.

– Как скажете, – пожала плечами я, поправила волосы и уже шагнула вперед, но лейтенант придержал меня за рукав.

– Мисс Вудс, еще два слова.

Он увлек меня в нишу под лестницей, притянул поближе и сказал на ухо:

– Жену Мастерса зовут Уна.

– И что? – не поняла я.

Пахло от него приятно – мятой, мокрой тканью и чем-то таким очень мужским.

Эллиот вздохнул и повернулся так, чтобы видеть мое лицо. Еще и руку на плечо положил, удерживая на месте.

– Уна Мастерс. Не та ли это УМ? Может, подозревал, что она что-то у вас покупала?

– Нет, – ответила я твердо, не пытаясь отстраниться. Пусть этот… нюхач убедится в моей искренности. – Я не знаю никакую Уну Мастерс. Да и глупо – зачем бы ему понадобилось вот так записывать что-то о своей жене?

Спорить Эллиот не стал.

– Идите, мисс Вудс. И… удачи.

Я отрывисто кивнула.

Откуда-то донесся раздраженный мужской голос, затем виноватое бормотание мистера Керка.

И я сбежала к слугам, оставив Эллиота разбираться с хозяевами.

На кухне меня встретили неласково.

– А, еще одна! – неприветливо пробормотала низкая кругленькая повариха, вытирая руки о фартук. – Тоже шнырить будешь?

На носу у нее сидели очки в черепаховой оправе, затеняя добрую половину лица.

– Извините, – я постаралась душевно улыбнуться. – Я только осмотрюсь.

– Ходят и ходят, – не слушая, продолжила она. – Еще и припасы мои им зачем-то понадобились!

И с досадой взмахнула рукой, чуть не сбросив на пол лоток яиц.

Я обернулась – и заморгала. Кухонные шкафы (могу поклясться, даже тут антиквариат!) крест-накрест пересекали ярко-желтые ленты с грозными надписями: «Стоп!» и «Не трогать!»

– А мне как прикажете работать? – продолжала жаловаться повариха, воинственно уперев руки в едва заметную талию.

– Ничего себе, – пробормотала я. – Неужели все продукты опечатали?

– Все! – подтвердила она гневно.

Кажется, повариху это задело куда больше, чем смерть хозяина.

Хотя ее ярость я как раз понимала. Стоит лишь представить, что такое же могли сотворить с моей аптекой!..

Значит, со мной Эллиот обошелся еще гуманно.

– Сочувствую, – искренне сказала я, и насупленное лицо поварихи смягчилось. – Не переживайте. Сейчас я тут все осмотрю и сниму это безобразие.

Я кивнула на полицейские художества.

Раз уж Эллиот не гнушается коньяк с конфетами… «уничтожать», то вряд ли и тут возразит.

– Спасибо! – выдохнула она прочувствованно.

Я спрятала улыбку. Самый простой способ сделать человека счастливым – сначала отнять что-то нужное, а потом вернуть обратно.

– Кстати, а что было в тот день на ужин? – поинтересовалась я, сдирая липкие желтые ленты.

– Да известно что. Меня уж раз пять спрашивали! – повариха всплеснула руками, но перечислила заученно: – Чили со свининой, фахитас с курицей и фасолью, острые крылышки, кукурузный пирог с клубникой, ванилью и шоколадом.

Я прониклась. При таком изобилии острого настойкой черноголовника можно блюда вместо соуса поливать – все равно никто не заметит.

– Ничего себе! Неужели вы это каждый день готовите?

– Каждый день? – фыркнула повариха, возвращаясь к недовзбитым яйцам. Венчик в ее руках мелькал с такой скоростью, что куда там миксеру. – Да нет, так-то я обычное готовлю. Пудинги, ростбифы, бифштексы. Но хозяйка всяким, – неопределенный жест, – увлекается. Национальным! Вот и требует, чтобы раз в неделю тематический ужин сготовили. Вчера вот был куперский день.

«Куперами» в просторечье называли рыжих – еще один покоренный брюнетами народ. Впрочем, эти давным-давно ассимилировались, только и остались кое-какие суеверия да традиционная кухня.

– Понятно, – я оглядела ровные ряды баночек со специями и тяжко вздохнула. Работа мне предстояла каторжная. – А рецепты вы откуда берете? Или готовое покупаете?

– Вот еще! – оскорбилась она. – Хозяйка мне книжку подарила, по ней и готовлю. Вот, полюбуйтесь!

И любовно похлопала по обложке толстенный том. «Кухни народов мира» скромно гласила золоченая надпись.

Я настежь открыла все дверцы шкафов, снова вздохнула, оценивая фронт работ… и начала.

***

На деле повариха, миссис Тиммонс, оказалась милейшей женщиной.

Поворчать она любила, не без того. Зато когда у меня перед глазами от усталости уже мельтешили мушки, она от души напоила меня чаем, еще и толстенный кусок кекса отжалела.

И какого кекса! Мягкого, пушистого, с кусочками сухофруктов, апельсинов и шоколада… М-м-м!

– Вам можно уходить в шеф-повары любого ресторана! – похвалила я и, не удержавшись, облизала вилку.

Повариха зарделась от удовольствия и положила на мою тарелку еще кусочек.

– Скажете еще! – польщенно заулыбалась она.

Идиллию прервало появление всклокоченного лейтенанта. Он там домочадцами Мастерса пыль вытирал, что ли?

Под его взглядом я чуть не подавилась чаем.

– Мисс Вудс? Что-то нашли? – отрывисто спросил он.

– Нет, – честно призналась я, отправляя в рот еще кусочек божественной выпечки. – Здесь все чисто.

– Понятно, – нахмурился он. – Тогда займитесь хозяйской спальней. – И добавил ядовито: – Уж будьте так любезны!

Можно подумать, я – его отлынивающий от работы подчиненный!

– Конечно, – согласилась я безмятежно. Сладкое настроило меня на мирный лад. – Сейчас, только доем.

И повернулась к насупившейся поварихе.

– Миссис Тиммонс, а можно еще кусочек кекса и чашку чая?

– Да можно, конечно. – Она тщательно вытерла руки. – Только вы-то еще это не доели, мисс!

– Так это не для меня, – легкомысленно