Последняя осень. Буря - Дарья Пырх

— Но ведь это сильно влияет на карьеру, — тихо пролепетала Яна. — Работодатели правда мониторят соцсети.

Ее довод не поддержали. Беседа свернула на тему болячек. Несмотря на молодой возраст, почти у каждого были плоскостопие, сколиоз, гастрит или проблемы со зрением.

— Скучно, — протянул Михаил, зевнув. — Может, еще раз в бутылочку?

Молчание было красноречивее любых слов. Ангелина предложила разгадывать данетки.

— Что это? — уточнил Леонид.

— Головоломки, — пояснила девушка, с умным видом надвинув очки на переносицу. — Вам дается ситуация с загадкой, и чтобы ее решить, нужно задавать вопросы, на которые можно ответить «Да» или «Нет». Попробуем?

Маша мысленно скривилась. Ангелина напоминала ту самую душнилу, которая не давала спокойно развлекаться, а в разгар вечеринки, когда начиналось классное общение, заставляла играть в настолки, хотя никто этого не хотел и ни о чем таком не просил.

— Звучит интересно, — сказала Эмилия скорее из жалости, чем из любопытства.

Ангелина обрадовалась, таинственно произнесла:

— Представьте огромное поместье. Вечер, граф и графиня ужинают в роскошной столовой. Неожиданно входит дворецкий и чопорно объявляет: «Мэгги умерла». Граф откладывает вилку и нож в сторону, выпивает бокал вина, достает пистолет и убивает жену.

«Звучит знакомо», — подумала Маша, но тут же отмахнулась от мысли. Намного приятнее было подсматривать за Марком, ловить момент, когда он слегка прищуривался во время улыбки или когда отводил воротник рубашки, царапавшей шею, и через расстегнутые пуговицы можно было разглядеть ложбинки над ключицами, вспоминать, как она проводила по ним пальцами, спускалась ниже, очерчивала торс, замирала, поддразнивая.

Сообразив, что пожирает бывшего парня взглядом, Маша отвернулась.

— Что дальше? — спросил Леонид.

— Вы должны сами догадаться, — ответила Ангелина.

— Мало ли, почему он ее убил, — сказал Леонид. — Где конкретика?

— У игры такие правила, — отчеканила та.

— Бесполезное занятие, — буркнул Леонид.

Ангелина обиженно надулась.

— Мэгги — человек? — спросила Эмилия.

— Нет, — тут же приободрилась та.

— А кто? — встрял Леонид.

Ангелина, протерев очки, вновь объяснила смысл данеток. Леонид махнул рукой, будто ему растолковали какую-то чушь.

— Граф пристрелил жену, потому что она что-то сделала? — вклинилась Яна.

— Да.

— Мэгги убили? — предположил Кирилл.

— Ага.

— Жена графа? — встрял Игорь. — Она прикончила какую-то Мэгги?

— Не совсем, но близко.

— Если Мэгги не человек… — размышляла Динара. — Это… животное?

— Точно. У тебя есть детективные задатки, — усмехнулась Ангелина.

Через несколько минут ребята выяснили, что Мэгги была лошадью.

— Граф ненормальный, — сказал Леонид. — Кто будет стрелять в жену из-за кобылы?

— Ты в курсе, что такое игровая условность? — спросила Вика.

— Откуда? — насмешливо хмыкнул Михаил. — В его селе не было таких умных слов.

— Отвали, — буркнул Леонид.

— Мэгги зарезали? — спросил Игорь.

— Нет.

— Сожгли? — не сдавался он.

— Пустили на колбасу? — усмехнулся Женя.

— Боже, нет, конечно, — пролепетала Ангелина.

— Отравили? — спросила Яна.

— Да, это очень важная деталь, — просияла Ангелина. — Ой, случайно вырвалось.

— Зачем кому-то травить лошадь? — принялся за старое Леонид. — Они стоят очень дорого. В загадке нет никакого смысла.

— Ты всегда такой нудный или по понедельникам? — хмыкнула Вика.

— Я привык думать, а не верить на слово, — сказал Леонид.

— Мэгги принадлежала графу? — спросила Яна.

— Нет.

— Значит, это коняшка его жены, — сообразила Динара, пьяно улыбнувшись. — Графиня приказала расправиться с Мэгги?

— Нет.

— У нее был тайный любовник? — спросила Эмилия.

— Ты права.

— Он жил далеко? — скороговоркой выпалила Динара. — К нему нужно было ехать верхом?

— Да.

Маша зевнула, проговорила:

— Других коней тоже отравили?

— Точно.

— Яд подсыпали в конюшню любовника? — вновь спросила Маша и получила утвердительный ответ.

Она вдруг поняла, что уже слышала похожую загадку от Павла, забавного соседа по лестничной площадке. Он, одетый в неизменный спортивный костюм, как всегда, выгуливал Седрика, своего пса, и расспрашивал Машу, не успевшую вовремя забежать в подъезд. Тогда ей не удалось назвать правильный ответ — она и не пыталась, — но сейчас знания пригодились самым неожиданным образом.

— Граф приказал отравить, эм, сено — или что там едят лошади — в конюшне мужчины, которого считал любовником своей жены. Мэгги умерла, то есть была в той конюшне, а значит, графиня действительно изменяла. Поэтому муж убил ее.

— Вау, — протянула Ангелина. — Все верно!

— Как? — удивилась Динара. — Это невозможно!

Маша пожала плечами и, не признавшись в жульничестве, полезла в карман за телефоном. Экран показал половину второго ночи. Ее потянуло в сон. Невпопад попрощавшись, она мазнула взглядом по Марку, вздохнув, поплелась в спальню, где сразу же скинула одежду, нацепила пижаму и забралась в ледяную постель. Веки потяжелели, дыхание замедлилось, как вдруг щелкнул выключатель. Ругнувшись, она зажмурилась от ослепительного света.

— Прости, — с искренним сочувствием шепнула Эмилия.

Соседки зашуршали пакетами, пронеслись по комнате небольшими смерчами. Спать расхотелось.

— Где Динара? — спросила Маша, не обнаружив подругу среди снующих девушек.

— Осталась там, — ответила Ангелина и, выпив таблетку, с восхищением произнесла, расплетя косички: — Ты очень умная! Быстро уловила суть загадки.

— Просто повезло, — неопределенно сказала Маша.

Вскоре все трое улеглись. Эмилия проговорила:

— На новом месте приснись жених невесте.

Маша неслышно повторила, затем громко пожелала доброй ночи. Кровать жалобно скрипнула. Воцарился покой.

* * *

Над гаражами клубились свинцовые тучи. Под ботинками хлюпала грязь, шелестели пожухлые листья. Металлическая стена царапала спину. Покрасневший Артем нависал, крича: «Ты знала о моих чувствах! Зачем игнорировала? — он зверел с каждой секундой. — Теперь никуда не денешься!» Грубо схватив за плечи, он приложился к ее губам своими. От отвращения и страха свело живот. Накатила паника. Собравшись, Маша пнула его в пах, отскочила. Вслед донеслось зловещее: «Стой!» Пальцы дрожали, пока она набирала номер, грозила: «Не подходи, позвоню в полицию». На мгновение вернулся тихоня-ботаник: «Извини, погорячился. Надеялся, ты по-другому отреагируешь». Она не поверила в раскаяние. Артем бросился к ней и схватил телефон. Боль прострелила запястье. Маша поставила подножку, со всей силы толкнула. Тот покачнулся и рухнул на груду хлама. Острая арматура, торчавшая из земли, полоснула затылок. Очки слетели и разбились. Все стихло. По спутанным волосам потекла кровь, испачкав воротник клетчатой рубашки. Рядом с телом возникла Екатерина Николаевна и, склонившись над сыном, надрывно заверещала: «Убийца! Ты сдохнешь в тюрьме!»

Маша проснулась. Кошмарное воспоминание не отпускало, сердце бешено билось. «Ну и жених приснился», — поморщилась она. В глаза ударил свет, послышался смех Динары. Маша обулась и вышла, заметив девушку посреди пустого коридора.

— Ты чего? — удивилась Маша.

— О, красоточка, хи-хи, — пролепетала подруга.

— Кто-то перебрал, — хмыкнула та.

Из ванны вырулил Глеб.

— Давай помогу, — предложил он.

Вместе они отвели Динару в комнату. Маша чуть не запнулась о раскрытый чемодан, откатила его влево. Поблагодарив парня, она усадила подругу на заправленную кровать и скомандовала, когда тот ушел:

— Подними руки.

Динара