Убийство в частной клинике - Найо Марш

Она, видимо, заранее решила, что Аллейн должен встретиться с Джеймсоном, поскольку сразу же послала за секретарем. Рональд явился со смущенным и озабоченным видом.

— Это секретарь моего мужа, мистер Джеймсон, — представила его леди О’Каллаган.

— Добрый вечер, — произнес Рональд. — Вы меня, конечно, не помните, но мы с вами уже встречались.

— У меня плохая память.

— У Найджела Батгейта.

— Ах да. — Ответ прозвучал вежливо, но уклончиво.

— Вот как… — пробормотала леди О’Каллаган. — То-то мне показалось, что я вас где-то видела, мне знакомо ваше лицо.

— Людям часто кажется, будто им знакомы лица полицейских, — серьезно проговорил Аллейн.

— Это не то, что вы подумали, сэр. — Рональд повернулся к леди О’Каллаган: — Мистер Аллейн есть на нескольких фотографиях мистера Крысбона, которые висят в кабинете в Карнелли.

«Крикетные команды Крысомора, — подумал старший инспектор. — Этого мне только не хватало».

— Мистер Джеймсон, — начал Аллейн, — леди О’Каллаган пожелала, чтобы я побеседовал с вами по поводу инцидента, который имел место за неделю до операции сэра Дерека.

Рональд вздрогнул и, явно нервничая, посмотрел на Сесиль.

— Я рассказала старшему инспектору о своих подозрениях, и он согласился, что необходимо расследование.

— Это так, сэр? Конечно, вам виднее, но дело уж очень неприятное.

— Помните тот вечер, когда мой муж получил письмо от Джейн Харден?

— Да, — нехотя кивнул секретарь.

— Вы сказали мне, что письмо его расстроило?

— Да… но…

— И когда муж случайно подслушал, что вы об этом говорите, он беспричинно разозлился?

— Полагаю, что не беспричинно, — возразил Рональд. — Сэр Дерек был абсолютно прав: я не должен был обсуждать его корреспонденцию. Прежде ничего подобного я себе не позволял.

— И почему же позволили в тот раз? — спросила Сесиль.

«Ей бы подошло место Генерального прокурора», — подумал Аллейн.

— Потому что… потому что он был сильно расстроен.

Рональд поздно заметил ловушку и угодил в нее.

— Вот именно, — кивнула леди О’Каллаган.

— Опишите его состояние. Он был встревожен?

— Скорее взволнован и расстроен. Но ведь согласитесь, сэр, неприятно получать подобные письма. — Рональд смутился.

— Конечно, — согласился старший инспектор. — Как я понимаю, вы не присутствовали во время разговора сэра Дерека с сэром Джоном Филиппсом?

— Нет, не присутствовал.

— А там был кто-нибудь еще?

— Дворецкий Нэш принес им поднос с напитками.

— Он говорил с вами по этому поводу?

— Обычные сплетни среди слуг. Я осадил его, сэр.

— Что он вам успел сказать, прежде чем вы его осадили?

— Трезвонит, как старая баба, этот Нэш. Ему показалось, будто сэр Джон говорил угрожающе. Уверяю вас, сэр, он полный дурак.

— Понятно. Полагаю, леди О’Каллаган, на этом все. Можно устроить так, чтобы этот все замечающий Нэш появился здесь, когда я буду уходить?

Сесиль позвонила.

— Ему пора принести поднос с напитками, — произнесла она.

Дворецкий появился с подносом и осторожно поставил на стол.

— Не угодно ли, мистер Аллейн…

— Нет, большое спасибо. Мне пора идти. До свидания, леди О’Каллаган. Если позволите, я вам позвоню.

— Разумеется. Благодарю вас. До свидания.

Нэш открыл дверь и вышел за Аллейном в холл. Джеймсон дернулся, будто тоже хотел проводить полицейского, но Сесиль ему не позволила.

— Мистер Джеймсон! — позвала она.

Секретарь мгновение колебался, затем вернулся в кабинет и закрыл дверь.

Принимая у дворецкого шляпу и пальто, Аллейн помедлил и в упор посмотрел на него.

— Вероятно, вы догадываетесь, зачем я здесь?

— Не имею ни малейшего представления, сэр, — сдержанно промолвил Нэш.

— В связи со смертью сэра Дерека.

Дворецкий едва заметно кивнул.

— Я задам вам один вопрос. Вы не обязаны отвечать, но я особо настаиваю, чтобы это дело никак не обсуждалось ни в помещении для слуг, ни вне его. Вам понятно?

— Конечно, сэр. — Нэш не проявил ни малейшего волнения.

— Думаю, что могу на вас положиться. Как долго вы работали у сэра Дерека?

— Двадцать лет, сэр. Я был лакеем у его отца.

— Не слышали ли вы, чтобы сэр Джон Филиппс что-нибудь говорил вашему хозяину, когда приходил сюда в последний раз?

— Слышал, сэр.

— Что именно?

— «Если представится возможность, я без колебания вас раздавлю». Это его точные слова.

— Вы кому-нибудь об этом рассказывали?

— Мистеру Джеймсону, сэр. Посчитал, что это мой долг. Больше об этом происшествии в доме никому не известно.

— Что мистер Джеймсон подумал об этом инциденте?

— Он как будто не придал ему значения.

— Не придал значения? Благодарю вас, Нэш.

— Большое спасибо, сэр. Вызвать вам такси?

— Нет, я прогуляюсь пешком.

— Всего хорошего, сэр.

Дворецкий открыл дверь, и Аллейн вышел на улицу. На секунду задержался, закурил и, не успев удалиться от дома, услышал за спиной торопливые шаги и обернулся. Из двери с непокрытой головой выскочил Рональд Джеймсон и поспешил за ним.

— Прошу вас, извините меня, сэр, — торопливо произнес он. — Я считаю, что должен сказать вам кое-что еще, но в присутствии леди О’Каллаган это было затруднительно. Насчет ее подозрений. Уверен, что они безосновательны. Сэр Дерек был человеком светским, умел развлекаться. А она хоть на вид как ледышка и все такое, но, думаю, жутко ревнивая, и ей хочется наказать девушку. Не сомневаюсь, что дело именно в этом.

— Но с какой стати ей вместе с мисс Харден наказывать еще и сэра Филиппса?

— Одному Богу известно. Разве женщин поймешь?

— Я не пытался.

— Наверное, вы подумаете, что с моей стороны это большая дерзость, но… знаете… я считал сэра Дерека, как бы сказать, замечательным человеком, и мне невыносима мысль, что все это выплывет наружу и станет достоянием гласности. Отвратительно.

В этих сбивчивых словах чувствовался тот же душок уклончивости, что и в его покоряющей тактичности. Он почтительно посмотрел в насмешливое лицо полицейского. Тот удивленно изогнул бровь.

— Подумайте, а если сэра Дерека действительно убили, неужели вам бы хотелось, чтобы преступник избежал наказания?