Бриллианты вечны - Бретт Холлидей

Она кивнула головой. Я встал.

— Неувязка. Если бы они не имели вашей половины, все было бы логично. Но если она у них, то зачем вас убеждать, что этот человек — ваш брат? Я вызову полисмена, чтобы он остался с вами. Затем я хочу разыскать Лорна.

— Лорн должен был знать, что священник — Френсис! — воскликнула Сю.

— Он не знал. И по той же причине он не был уверен в личности вновь прибывшего. — Я коротко объяснил ей все.

— А вы попытайтесь позвонить Марианне. Если она придет, расспросите ее. Я уверен, что ей кое-что известно. У меня есть надежда, что Марсель рассказал ей то, что он видел. Постарайтесь выведать у нее побольше. Но будьте все время с полисменом. Мне очень не хочется покидать вас, но нужно разыскать Лорна.

Я спустился во двор по винтовой лестнице. Под мигающим светом арки стоял один из наших стражников. Убедившись, что за мной никто не наблюдает, я позвал его и повел за собой. Когда он пришел в мою комнату, то понял, наконец, чего от него хотят. Сю стала с ним беседовать, и я оставил их. Мне очень не хотелось оставлять ее, даже под охраной этого рослого стражника, но я надеялся, что Ловсхаймы еще не узнали о ее побеге и опасность еще не так велика.

Коридоры были пусты. У самой двери в комнату Лорна я вдруг встретил мадам Грету. Она выскользнула из его двери, бесшумно закрыла ее и увидела меня.

Глава 19

Это был единственный раз, когда я видел страх в глазах этой женщины, и то на одно мгновение. Медленным, грациозным движением она подняла свою белую руку, поправила волосы и с беззаботным видом сказала:

— Ну, что?

Я не отвечал, думая о том, что они сделали с Сю и что еще могли бы сделать. Она подошла, взяла меня под руку и спросила:

— Вы ищете меня?

Я мрачно ответил:

— Я ищу Лорна. Что вы делали в его комнате?

Мне пришла в голову мысль, что они задумали избавиться от Лорна. Они могли узнать или догадаться, что он вот-вот разоблачит убийцу и обладает сведениями, угрожающими им. Не дожидаясь ответа, я оттолкнул ее в сторону, распахнул дверь и заглянул в комнату. Она была пуста, но в ней был полнейший беспорядок. Мадам Грета слегка улыбнулась.

— Ну, что? — лениво повторила она.

— Где Лорн?

— Мне кажется, он внизу, — спокойно сказала она, — несколько минут назад он и Ловсхайм были в холле.

Я поспешил вниз. Мои шаги по каменным ступенькам отдавались эхом от холодных плит холла. Поэтому, я полагаю, Лорн заметил мое приближение. И я услышал его голос, напряженный, резкий и странный:

— Сандин! Сандин! Поторопитесь!

Я вбежал в холл. Лорн и Ловсхайм были там. В руке Лорна был револьвер, нацеленный прямо в жирное брюхо Ловсхайма. Тот стоял за своей конторкой, высоко подняв руки с драгоценными камнями. Его лоснящееся темное лицо выражало тревогу и изумление.

— Револьвер с вами? Он был у меня в руке.

— Да.

— Задержите здесь этого человека, пока я приведу полицию. Стреляйте без колебаний. Он — убийца.

— Ловсхайм?!

— Да. Я знал это давно, но теперь у меня есть доказательства. Я получил их у Марианны.

Губы Ловсхайма зашевелились, он пробормотал что-то невнятное и поспешно умолк, так как револьвер Лорна грозно дрогнул.

— Каковы эти доказательства? — спросил я.

— Есть подтверждение его связи со Стравским. Горничная слышала, как они разговаривали ночью во дворе незадолго до убийства Стравского. Спокойно, не двигайтесь, Ловсхайм! Она слышала, как Стравский обещал что-то добыть для Ловсхайма. Ловсхайм предостерег Стравского, чтобы он на этот раз не допустил ошибки. Предметом разговора, конечно, был сувенир мисс Телли.

Ловсхайм вновь издал какое-то бормотание, но револьвер Лорна опять дрогнул, и оно прекратилось.

— Стравский сказал, что он завтра даст его Ловсхайму. Вы знаете, что виновны, Ловсхайм! Виновны и умрете за это. Я позову полицию. Не давайте ему уйти, Сандин.

Лорн вышел во двор, резко распахнув дверь, и холодный воздух ворвался в холл и захлопнул дверь. Полные ужаса глаза Ловсхайма смотрели на меня. На этот раз его бормотание можно было разобрать.

— Я не делал, я не... я не делал...

— Что это значит? — раздался рядом голос Греты.

— Они говорят, что я убийца... — Унизанные кольцами руки Ловсхайма дрожали над головой.

— Остановитесь! — резко сказал я Грете, попытавшейся украдкой удалиться. Она остановилась на полпути. — Вернитесь сюда, встаньте там.

Она наградила меня злобным взглядом, но повиновалась и довольно спокойно сказала:

— Тебе лучше не двигаться, Марк. Мне кажется, наш друг действительно способен пристрелить нас.

В холле стало очень тихо. Тишину нарушил легкий шелест крыльев попугая, который забирался на конторку. Оттуда он перешел к своей хозяйке. Она не двигалась и не сводила с меня глаз, когда птица поймала ее зеленый рукав и неуклюже вскарабкалась на ее плечо.

Издав хриплый крик, Пусси зарылся своим широким клювом в волосы мадам Греты. Снаружи завывал ветер, плясали огоньки света и голубые тени плыли по двору.

Но все происходящее было каким-то странным. Что-то не увязывалось, было не так, как должно было быть.

Пусси продолжал копаться своим клювом в рыжих волосах. Он что-то вытаскивал. И вскоре из копны рыжих волос показался белый тонкий кусочек. Это был сложенный листок бумаги.

Мадам Грета услышала его шуршание, повернула голову и пронзительным голосом крикнула: "Пусси!".

Я опустил руку с револьвером.

— Опустите руки, Ловсхайм. Дайте мне эту бумажку, мадам.

Она послушалась, не колеблясь ни мгновения, и я знал, что она так поступит. Осторожно отняв бумажку у Пусси, она положила ее мне в руку. Бумага оказалась тем, что я предполагал. Ловсхайм все еще стоял неподвижно с поднятыми руками, и я повторил:

— Опустите же руки, Ловсхайм. Вы не убивали их, теперь я это знаю.

— Что... Что?!

Грета прислонилась к конторке и только этим проявила свою слабость. Она сказала:

— Молчи, слова ни к чему. Он знает.

Снаружи послышались шаги и голоса, дверь распахнулась, и появился Лорн. Даже в этот напряженный момент я заметил особенный взгляд, которым он посмотрел на нас. В его взгляде было удивление, разочарование и в то же время решимость. Войдя, он что-то резко сказал по-французски, и следовавшие за ним полицейские вошли в холл. Лорн указал