Когда я вернусь - Татьяна Викторовна Полякова

– В общем, я предположил, что Мишей ты не просто так интересовалась.

– Каким Мишей?

– Мишель. Я сегодня позвонил ей, она не ответила. Зато вскоре я получил вот что, – и он протянул мне свой телефон, на котором я могла лицезреть красавицу-брюнетку у бассейна. Кроме плавок желтого цвета, на ней не было ровным счетом ничего, грудь она игриво прикрывала двумя бокалами с ярко украшенными коктейлями. Честно говоря, будь я на ее месте, бокалы выбрала бы побольше.

– Дай догадаюсь! Она зовет тебя присоединиться к ней на Лазурном побережье?

– Ну что ты! То ли Забелин не балует сотрудников достойной оплатой труда, то ли ваш Игорь экономит на любовнице. Впрочем, насколько я помню, Миша не особенно притязательна.

– Не тяни – где это?

– Турция, Белек, и там сейчас всего плюс шестнадцать, я уже поинтересовался.

– Она там с Игорем, правильно я понимаю? – задала я вопрос, обрадовавшись, что так легко и быстро удалось его найти.

– Нет, она там с подругой. Игорь оплатил им обеим путевку на неделю, так она мне написала.

– Хочешь сказать, что у него сразу две любовницы?

– Хочу сказать, что эти вопросы ты можешь задать этой самой подруге. Она сегодня спешно возвращается в Россию – дернули с работы, как я понял. В отличие от Мишель, она не живет праздной жизнью, а трудится на благо общества. В общем, записывай номер телефона и адрес. Живут они, кстати, тоже вместе. Хочешь, дожидайся возвращения Миши, ну или попробуй поговорить с подругой.

– Имя у нее есть? – напряглась я, опасаясь вновь услышать что-то экзотическое.

– Наташа.

– Ты лучший! – сказала я и посмотрела на часы, прикидывая, прилично ли звонить в это время или лучше дождаться утра.

– Самолет приземлился в Москве два часа назад. Миша ее предупредила, что с ней могут захотеть поговорить. На всякий случай я попросил не распространяться о нашем интересе. Уверен, они восприняли мою просьбу всерьез. Позвонишь Наташе утром, если, конечно, это не вопрос жизни и смерти, – изрек Бад, а я задумалась, тянет ли мой вопрос на эту категорию.

Звонок Наташе я отложила на утро, а вот Забелину позвонила, пока Бад отлучился в уборную. Бывший заверил, что прекрасно проводит время в постели с Умой Турман – смотрит «Убить Билла» на планшете. Я спешно произнесла: «Отлично!» И отключилась, не дожидаясь его колких вопросов. Я не школьница, не жена и даже не сиделка, пыталась я убедить себя. В этот момент в комнату вернулся Бад и открыл новую бутылку шампанского.

– Вторая? – опасливо посмотрела на нее я.

– Я не считаю, – с улыбкой произнес он, кивая на до отказа заполненный винный шкаф. – И тебе не советую!

– Значит, третья, – констатировала я, вздохнула и с удовольствием глотнула шипучий напиток.

Кажется, проснулась я от жажды. Яркий свет заливал комнату. Несколько секунд мне понадобилось на то, чтобы эту комнату идентифицировать. Я у Бада в гостиной. Хорошо, что не в спальне, плохо, что я не дома. Хотя, собственно, и у Забелина я тоже в гостях. Я откинула плед, на столике рядом с диваном стоял стакан воды, рядом лежал мой телефон. На экране сообщение от Валерки: «Сладких снов, милая!» – на часах восемь. Я жадно выпила воду и встала, чтобы пройти в ванную. Оттуда как раз выходил Бад в махровом халате:

– Доброе утро! Решил не укладывать тебя в спальне, чтобы не подвергать твою тонкую натуру возможным угрызениям совести. Раздевать тоже побоялся, хотя, признаюсь, желание было! Полотенце на этажерке, чистую футболку принести?

– Обойдусь, – ответила я и захлопнула дверь прямо перед носом Бада.

– Полина, завтрак на столе! – позвал из кухни он, когда я вышла. В квартире пахло свежим кофе и жареными яйцами.

– Кофе выпью, спасибо, а вот завтрак, пожалуй, отдам другу!

– Но в поговорке же не так: другу – обед, а завтрак как раз съешь сам.

– Ну вот сам и ешь! Мне от одной мысли о еде дурно, – ответила я, отхлебнув кофе. После двух чашек жизнь уже не казалась столь мрачной и отвратительной.

– Только не говори, что жалеешь! Отлично ведь посидели.

– Неплохо, – согласилась я, поднимаясь. – Ладно, поеду.

– Скажи мне честно, боишься бывшего или боишься за бывшего?

– Боюсь чашкой в тебя запустить! – ответила я – вопрос Бада задел меня по больному.

Сев за руль, я решила заехать в свою квартиру. Убеждала себя, что давно собиралась, тем более что она по пути. На самом же деле хотела оттянуть возвращение к Забелину, просто боялась себе в этом признаться.

Квартира встретила меня точно в том виде, в котором я оставила ее в прошлый свой приезд. Я открыла окна, а сама заглянула в шкаф с намерением прихватить что-то из весенней одежды и обуви. Я нашла большую сумку, бросила в нее любимую куртку и пальто. В этот момент в дверь позвонили. Разумеется, я никого не ждала. Может быть, соседка решила проверить, кто появился в квартире. Хотя, признаться, мои соседи совсем не отличались бдительностью. Я открыла дверь.

– Полина Леонидовна? – спросил молодой человек в зеленой форменной куртке. – Это вам, – он протянул мне большой букет из орхидей и фрезий нежно-лилового цвета. – Распишитесь, пожалуйста, вот тут о получении.

– Спасибо, – ответила я, закрывая за парнем дверь. Прошла в кухню и обнаружила в букете записку. Я почти не сомневалась, что это проделки Бада, но я ошиблась. На карточке значилось: «Доброе утро, милая!» Похоже, я потеряла бдительность и недооценила Забелина. Послать букет, чтобы проверить, где я ночевала, – изощренный способ контроля и дав-ления.

Первым побуждением было сделать фото и отправить ему с сообщением благодарности, как ни в чем не бывало. Но, занеся камеру над букетом, я резко передумала. Покидала в сумку пару коробок с обувью, закрыла окна, взяла букет и поехала в дом к бывшему.

Застала я его в кухне. Он сидел за столом и ел бутерброд с кофе. Сухомятку Забелин не любил – это я знала точно. Значит, пытается вызвать во мне чувство вины. Что ж, ожидаемо.

– Привет, дорогая! Позавтракаешь? – спросил он, жестом приглашая к своему скромному