Когда я вернусь - Татьяна Викторовна Полякова

– Привет, спасибо, не голодна.

– Решила переночевать у себя? – спросил он буднично, но я-то знала, что это лишь начало. Он уверен, что сейчас я отвечу положительно, и тогда он упрекнет меня во лжи и лицемерии. Для чего, собственно, он и затеял эту проверку с букетом.

– Да, рассчитывала выспаться.

– Получилось?

– Почти. В следующий раз делай пометку для курьера, что раньше девяти тридцати меня лучше не беспокоить. Кстати, симпатичный букет. Оставила в машине – думаю, он отлично будет смотреться в переговорной. – Я говорила и наблюдала, как невозмутимое лицо Забелина едва уловимо бледнеет, «Один – один», – подумала я.

– Поработаю сегодня из дома, а ты можешь доехать до офиса, я отлично справляюсь, – сказал Забелин. – Тем более что позвонила Маруся – берет больничный, простудилась.

– Предлагаешь мне взять на себя ее обязанности?

– Нет, но неплохо бы проверить обстановку. Игорь так и не объявился. У Кристины тоже никаких новостей.

– Какие же вы, мужики, циничные! – покачала я головой.

– И жестокие, – добавил Забелин.

– Как и сама жизнь! – резюмировала я и стала собираться в офис.

Припарковавшись у здания фирмы, я взяла букет с пассажирского сиденья, действительно намереваясь поставить его в переговорной. Уже почти достигнув дверей, передумала заходить, вместо этого зашла за угол с намерением обойти здание. Мне хотелось понять, как можно было проникнуть в офис, минуя главный вход. Ничего нового мне заметить не удалось. Разве что я обратила внимание, что кроме запасного выхода на первом этаже снаружи имеется пожарная лестница, которая ведет к такому же выходу на втором. «Не густо», – подумала я, почти полностью обогнув здание. Тут я почувствовала резкий запах – пахло отнюдь не букетом, который я до сих пор держала в руках. Посмотрела вниз и обнаружила рыжего кота, заметающего следы преступления. Давалось ему это нелегко – снежный наст никак не хотел крошиться.

– Ох, Маруся! – произнесла вслух я, покачав головой. Видимо, сделала это слишком громко: кот, то ли услышав знакомое имя, то ли просто отреагировав на звук моего голоса, резко прервал свои попытки. Сел было копилкой у моих ног, явно ожидая угощения, но быстро понял, что его надежд я не оправдаю, поднялся и помчался прочь. Спустя буквально пару секунд он нырнул под забор одного из домов, которые находились прямо за офисом. Недолго думая, я отправилась за ним.

Подойдя ближе, я прикинула, что здание офиса может хорошо просматриваться из двух из них. Остальные находились слишком далеко. Оба частных дома были в плачевном состоянии – облупившуюся краску давно пора было обновить, а покосившиеся заборы – подправить. Недолго думая, я решила начать с левого из них. Открыла калитку – она была не заперта, поднялась на крыльцо и громко постучала в дверь. Ждать пришлось недолго, мне открыла грузная женщина лет шестидесяти в фартуке поверх домашнего платья в крупную клетку.

– Вы кто? – спросила она, с подозрением разглядывая меня и огромный букет в моих руках.

– А это вам! – лучезарно улыбнулась я и протянула ей цветы.

– Вы ошиблись! – нахмурилась женщина.

– Я из администрации района, мы проводим опрос среди населения о качестве жизни в нашем районе. В знак благодарности за ответ на вопросы мы хотели бы подарить вам этот букет.

– Ой, – растерялась женщина и принялась вытирать руки о фартук. – Это ж надо! Ну проходите, проходите, холодно!

– Спасибо, – ответила я и прошла вслед за женщиной в дом.

– У меня там борщ на плите, пойдемте в кухню! – затараторила она. – Вы уж извините, не убрано – гостей не ждала.

Мы вошли в кухню. Ее украшала шикарная русская печь. Внутри все просило ремонта, так же как и снаружи. Однако тут были заметны попытки навести хоть какой-то уют: симпатичная скатерть на столе в тон занавесок, яркие половики и вышивка на стенах в дешевеньких пластиковых рамках.

– Меня Ларисой Петровной зовут, да вы, конечно же, знаете!

– Я Полина Леонидовна, – тут я решила не мудрить, вряд ли она станет связываться с администрацией района, чтобы проверить мои слова, иначе не пустила бы меня так легко в дом. Хотя цветы, конечно же, сделали свое дело. Они до сих пор были у меня в руках, и я спросила: – Ваза есть у вас?

– Ой, конечно-конечно! В серванте была. Сто лет ведь не доставала! – расплылась в улыбке женщина. – Последний раз мне муж цветы-то дарил, а его уж девять лет как нет!

– Значит, одна живете?

– Одна. Да вы присядьте, – ответила она, пододвигая для меня стул. Мы устроились за столом.

– Лариса Петровна, мы проводим опрос среди населения района. В наших общих интересах улучшить качество жизни горожан. Мы хотим учесть все замечания и недостатки. Вместе мы сможем сделать наш город лучше! – импровизировала я на ходу.

– Да-да, для такого дела я всегда готова!

– Расскажите, пожалуйста, как давно вы живете в этом доме? – аккуратно начала я.

– Да с рождения и живу, – улыбаясь, начала она. – Выросла я тут. Так что район я знаю прекрасно и проблемы его тоже! Сначала с родителями жила, потом замуж вышла, но из района не уехала! В однушке мы с мужем жили, на Семашко. Там и дочь вырастили, выучили. Тридцать лет там прожили. Ну, а когда его не стало, я квартиру-то дочери и отдала. Она как раз внучкой беременна была, ну и въехали они с мужем. Чего снимать-то, чужим людям платить?

– А вы сюда перебрались?

– Да, к родителям. И им хорошо – помощь все-таки, и мне повеселее. Правда, и их схоронила друг за другом в позапрошлом году, – женщина тяжело вздохнула и резко перевела тему, глядя на букет: – Какие цветы-то красивые! Дорогие, наверное?

– Мы искренне хотим порадовать жителей нашего района.

– Это правильно! Но вы бы это, передали там куда следует, чтоб фонарями нас порадовали!

– Не хватает? – спросила я и достала свой ежедневник, где сразу же начала делать для видимости заметки.

– Был один рабочий, да с прошлого года ведь не горит! А улица у нас темная, иной раз поздно идешь из магазина – боязно! Все-таки и шпана забредает, и эти, пропойцы из «Орхидеи», – сетовала Лариса, имея в виду