На шаг сзади - Хеннинг Манкелль

Валландер положил трубку и остался сидеть за столом. В дверях появился техник-криминалист, видимо, хотел что-то спросить, но Валландер отмахнулся. Ему надо было подумать. Недолго, хотя бы минуту. И в эту минуту он понял, что во всем этом деле есть что-то странное, что-то совершенно не укладывающееся в обычные схемы. Но что именно – ответить он не мог.

Техник вернулся:

– Нюберг хочет с вами поговорить.

Он прошел в гостиную. Каждый был занят своим делом, но атмосфера была невыносимо тяжкой. Сведберг еще два дня назад работал вместе с ними. Он был не особенно яркой личностью, но его все любили. А теперь он убит.

Врач стоял на коленях рядом с телом. То и дело сверкали фотовспышки. Нюберг что-то записывал в блокнот. Увидев Валландера, он подошел:

– У Сведберга было оружие?

– Ты имеешь в виду охотничье ружье?

– А что же еще?

– Не знаю. Не думаю, чтобы он был охотником.

– Довольно странно, чтобы убийца оставил оружие на месте преступления.

Валландер кивнул. Он тоже об этом думал.

– А больше ничего необычного ты не заметил?

Нюберг поглядел на него, прищурившись:

– По-моему, когда у твоего коллеги снесло полголовы, уже довольно необычно.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

Валландер не стал ждать ответа – повернулся и вышел, столкнувшись в дверях с Мартинссоном.

– Ну и как? Удалось установить время?

– Никто ничего не слышал, – повторил Мартинссон. – При том что, похоже, в доме все время были люди – либо в квартире напротив, либо внизу.

– И они не слышали? Как это может быть?

– Внизу живет пенсионер, бывший учитель. Он глуховат. У остальных слух в порядке.

Валландеру не верилось. Кто-то наверняка слышал выстрел.

– Продолжай, – сказал он. – Я еду в родильный дом. Помнишь его двоюродную сестру? Ильву Бринк? Акушерку?

Мартинссон кивнул.

– Может быть, это его ближайшая родственница.

– По-моему, у него была еще тетка в Вестеръётланде.

– Спрошу у Ильвы.

Он спустился по лестнице и, выйдя на улицу, глубоко вдохнул. К нему подошел журналист – знакомый, из «Истадской смеси».

– Что происходит? Выезд на место происшествия среди ночи, полной бригадой? В дом, где живет следователь Сведберг?

– Сейчас ничего не могу сказать, – буркнул Валландер. – В одиннадцать часов в полиции.

– Не можешь или не хочешь?

Валландер промолчал. Журналист – Валландер вспомнил его имя, Викберг, – кивнул:

– Значит, в деле труп. Или как? Ты не можешь ничего сказать, потому что еще не известили родню? Прав я или нет?

– Если бы это было так, я позвонил бы по телефону.

Викберг улыбнулся:

– По телефону? Так не делают. Ты должен найти полицейского священника, все эти процедуры… Что, Сведберг умер?

Валландер слишком устал, чтобы злиться.

– Мне совершенно все равно, что ты думаешь и какие догадки строишь. В одиннадцать часов информация для прессы. До этого ни я, ни кто другой не скажут ни слова.

– А куда ты сейчас?

– Проветриться.

Он пошел по улице. Дойдя до угла, оглянулся – сзади никого не было. Викберг исчез. Он свернул направо на Сладдергатан, потом налево на Большую Норрегатан. Хотелось пить. И писать. Он огляделся – никого. Подошел к стене дома и облегчился.

Что– то здесь не так, не выходила из головы мысль, что-то не так.

Что не так? Он не мог сообразить. Почему убили Сведберга? Эта жуткая картина, изуродованное, нелепо изогнутое тело… что здесь не так? Он уже дошел до больницы. Нашел приемный покой и позвонил в дверь. Поднялся на лифте в родильное отделение. В памяти ожила картинка – как два года назад они со Сведбергом пришли поговорить с Ильвой Бринк. Но теперь Сведберга с ним нет.

Словно бы его и не было никогда.

Вдруг он через стеклянную дверь увидел Ильву Бринк. В ту же секунду и она его увидела, причем узнала не сразу. Она подошла к двери и открыла.

И сразу поняла – что-то случилось.