Насмешливый лик Смерти - Росс МакДональд

Я подошел к стойке бара, занимавшего всю левую половину кафе. Кабинки вдоль противоположной стены были заполнены, а бар кишел субботними завсегдатаями: солдатами и горластыми черными девчонками, слишком юными для подобного заведения, женщинами средних лет в перманенте, стариками, в тысячный раз переживающими молодость, проститутками с мутными глазами, обслуживающими пьяных рабочих, и одинокими беглецами из верхней части города, топящими в вине свое «я», чтобы народилось другое. За стойкой здоровенный грек в переднике отпускал спиртное и наркотики с неизменной меланхолической улыбкой.

Я заказал себе водки и повернулся так, чтобы видеть Хейса в зеркале бара. Он наклонился через стол к темноглазой пампушке, и она таяла от удовольствия.

Кабинка за его спиной освободилась, и я занял ее, не дождавшись, пока уберут со стола. Было страшно шумно. В баре галдели, завывал автоматический проигрыватель. То и дело трещал электрический шафлборд. Я забился в уголок, прижавшись ухом к перегородке. В ярде от меня разливался Хейс:

― Я думал о тебе весь день, мечтал об этих больших прекрасных глазах. Я мечтал и об этих больших прекрасных et cetera, сидел и мечтал. Ты знаешь, что значит et cetera, Флосси?

― Догадываюсь. ― Она засмеялась булькающим смехом. ― Вы шутник. Между прочим, меня зовут не Флосси.

― Ну Флори, какая разница? Если бы ты была единственной девушкой в мире, а для меня ты единственная, что значило бы имя? Ты мой идеал. Но признавайся, у тебя ведь есть мил-дружок? ― Я догадался, что Макс пил весь день и достиг той стадии опьянения, когда слова льются из груди, как песня.

― Признаюсь, нет. А вообще это не ваше дело, мистер Десмонд. Я едва вас знаю. ― Но правила игры она знала отлично.

― Перебирайся сюда и познакомишься со мной получше, крошка. Флори. Сладкое имя для сладкой крошки. Тебе кто-нибудь говорил, Флори, что у тебя ротик как цветок?

― Я сама знаю, мистер Десмонд.

― О, зови меня Джулиан. И иди сюда. Но предупреждаю, что это небезопасно. Когда я оказываюсь рядом с большими прекрасными et cetera, мне хочется откусить кусочек, предупреждаю.

― Вы голодны или что? ― Я услышал шорох и скрип, свидетельствующие о том, что девушка переместилась на соседнее сиденье. ― Кстати, Джулиан, я проголодалась. Я бы что-нибудь съела.

― Лично я собираюсь съесть тебя. ― Макс говорил, словно в подушку. ― А может, лучше тебя сначала подкормить, а? Хочешь бифштекс? И выпить? А после этого, кто знает? Quien sabe, так ведь по-вашему?

― Я понимаю только по-американски, ― отрезала Флори. Сделав такое заявление, она опять расслабилась. ― Я обожаю бифштекс. Ты просто прелесть, Джулиан.

Хейс подозвал официантку, миниатюрную огненно-рыжую девицу. Она подбежала легкими семенящими шажками.

― Что желаете?

― Бифштекс для малышки. Я сегодня уже обедал.

― Так, я вижу, вы пьете херес.

― Очень сухой херес, ― уточнил Десмонд-Хейс.

― Ясно, что очень сухой. ― Она отвернулась и процедила в сторону: ― Могу выдать в порошке.

― Мне «аликзандр», ― попросила девушка.

― Конечно, детка, что твоей душе угодно. ― Но за нарочито бодрым тоном скрывалось уныние. ― Для Флори ничего не жалко.

Вдруг в дверях появилась женщина и быстро пошла вдоль ряда кабинок. Полы тонкого черного пальто с широкими плечами отлетали назад, открывая белый халат. Она меня не заметила, но я, увидев ее, напряженно выпрямился. Женщина остановилась рядом с Хейсом и Флори. Ее синие глаза блестели на холодном фарфоровом лице.

― Добрый вечер, миссис Беннинг. Вы хотите меня видеть? ― Голос Флори словно окостенел.

― Ты не закончила свою работу. Пойди и закончи ее сейчас.

― Я все сделала, миссис Беннинг. Все, что вы велели.

― Ты еще будешь со мной спорить?

― Нет. Но сегодня суббота. Я имею право на субботний отдых. Когда еще я могу развлечься?

― Развлечение развлечению рознь. Ты выбалтываешь мои секреты грязному нюхачу.

― В чем дело? ― встрепенулся Хейс. ― Что за намеки, дорогуша?

― Я вам не «дорогуша». Ты идешь, Флори? ― Женщина говорила тихо, но ее голос гудел, как высоковольтка.

― Надеюсь, все в порядке, мадам? ― подскочила к ней сзади официантка.

Миссис Беннинг оглянулась. Я не видел ее лица, потому что она повернулась ко мне затылком. Официантка попятилась, держа меню перед грудью, как щит.

Хейс встал, но миссис Беннинг продолжала возвышаться над ним.

― Я вас не знаю, дорогуша, но скажу, что вы не смеете публично оскорблять мою подружку.

Он попытался изобразить возмущение, но, напоровшись на ледяной взгляд, опустил глаза.

Наклонившись к нему, миссис Беннинг заговорила низким монотонным голосом:

― Зато я вас знаю. Я видела, как вы слонялись вокруг дома. Я слышала через отводную трубку, как вы разговаривали с Флори по телефону. Предупреждаю, держитесь от нее подальше, а особенно подальше от меня.

― Флори вправе иметь друзей. ― Хейс взял светский тон, но быстро сорвался. ― А что до вас, миссис Беннинг, раз уж вы так себя называете, то к вам я пальцем не прикоснусь. Гроша ломаного за вас не дам...

Она рассмеялась ему в лицо:

― Тебе не представится такого случая, малявка. Ползи в свою нору. Если еще попадешься мне на глаза, пришибу палкой, как суслика. Пошли, Флори.

Флори сидела, подперев руками опущенную голову, испуганная и неподвижная. Миссис Беннинг схватила ее за запястье и дернула вверх. Флори безропотно встала. Шаркая ногами, она потащилась за миссис Беннинг к двери. У желтого парапета их ждало такси. Когда я выскочил на улицу, такси уже затерялось в потоке машин.

У меня было чувство, что история повторяется, и не только как фарс. Это чувство стало еще острее, когда сзади ко мне подошел Хейс и положил свою лапу мне на плечо. Он имел обыкновение при всякой возможности трогать людей руками, чтобы лишний раз удостовериться в своей принадлежности к человечеству.

― Пойди купи яду для сусликов, ― сказал я.

Его красный шишковатый нос выделялся на бледном лице.

― Ага, я тебя засек. Думал, что уж никогда тебя не найду, парень. Вот, утешался в своей потере чудной душистой мексиканской карамелькой.

― Выжимал из нее информацию, так?

― Обижаешь. Я уже давным-давно все из нее выжал! Досуха! Они не могут передо мной устоять, парень. И что они во мне находят?